Фэнтези форум
 
ФорумПорталКалендарьГалереяЧаВоПоискРегистрацияВход

Поделиться | 
 

 Звездный огонь.

Предыдущая тема Следующая тема Перейти вниз 
На страницу : 1, 2  Следующий
АвторСообщение
Харитон

avatar

Сообщения : 81
Дата регистрации : 2011-10-09
Откуда : город-герой Москва

СообщениеТема: Звездный огонь.   Вс Фев 12, 2012 9:20 pm

Звездный огонь. часть первая. фрагмент первый.
Плоская чернота космоса вращалась вокруг кабины. Машина уверенно пёрла сквозь пространство за последним из противников. Тот крутился, отчаянно вихлял и упорно не желал умещаться в прицеле. Он крутил спирали, чтобы Дэну было сложно просчитать, в какую сторону рванёт, рыскал во всех трёх направлениях, не жалея двигатели выжимал форсаж, но всё было бесполезно. От Дэна так не уходят. Противник с отчаяния развернулся вокруг продольной оси, пытаясь достать Дэна короткими очередями, но манёвр был предсказуем, а гашетка нежно утоплена. Кабина врага брызнула осколками, захват прицела погас. Поражение. Дэн, по давней и почти легендарной привычке, отправил на глазок ещё одну очередь. И опять не промахнулся.
Последний, уже не угрожающий истребитель эскорта вздулся огненным шаром и рассыпался обломками. Было видно, как некоторые из них замолотили по корпусу обречённого транспорта и, рассеивались по космосу. Празднуя очередную победу, Дэн обошел вокруг гладкого цилиндра корабля. Взгляд автоматически зацепился за чёрный панцирь десантного бота. «Жук» уже пристыковался, и десантники наверняка сейчас рассыпаются по коридорам. За них можно не беспокоиться. Миссия закончилась успешно, но Дэн не торопился выходить. Он продолжал переживать закончившийся бой. Каждое недавнее его попадание отзывалось в нём сладкой дрожью, сродни сексуальному желанию. Страстно мечталось повторить всё заново. Сбить каждый из поражённых сегодня истребителей по-новому, разными способами.… Но не получится - симулятор не то.
В шлеме раздавались голоса ребят, оживлённо обсуждающие детали. Среди возгласов типа «Ух ты, как ты его»! и «Это уже мой третий!» редко вклинивались вполне себе трезвые голоса, обсуждающие манёвры, свои и чужие ошибки, и что песчаники опять сменили тактику. Большинство голосов уже принадлежало иному миру – бой окончен, на дворе ночь, а большинству завтра на работу. Командная игра закончена. Развлеклись, пора и честь знать. Дэн глубоко вздохнул и тоже засобирался в реальный мир. Он бросил последний взгляд на транспорт, теперь помеченный в прицеле как «свой», отыскал среди звёзд тоненький, едва заметный серпик Пустыни, отсвечивающий бесконечными песками, и нажал на «выход»…

… и снова превратился в Данилу. Игрок снял с головы виртуальный шлем и откинулся на спинку кресла. Хорошая была игра, лучше, чем в предыдущие разы. Мастерство ребят растёт, но что бы сравнится с ним, Дэном-Данилой, им потребуется две вещи: ещё как минимум полгода упорных тренировок и некоторая забывчивость. Они должны перестать играть и начать в игре жить.
Данила подошёл к окну и стал смотреть на небо. Игра игрой, но ему очень хотелось оказаться там, среди звёзд. Чтоб и перегрузки настоящие, и рывки отдачи и барабанящие по корпусу обломки. Нет, он понимал, что те времена, когда он мог бы испытать все эти эмоции по-настоящему, давно прошли. Но это пустяки. Человеческая воля штука такая, что когда её много, даже непреодолимые обстоятельства отступают. Так учили древние и в это хотелось верить.
Он послал Недоступным Светилам мысленный привет, отошел от окна и плюхнулся в разложенную кровать. Выудив из-под подушки книгу «Основы тактики истребительного боя», с точно таким же, как в Игре кораблём на обложке, и погрузился в чтение. Когда Данилу сморил сон, он не заметил разницы. Те же манёвры, взаимодействие, трасы опушечного огня, закачивающиеся взрывами и родной мир за спиной, чьему мирному труду никто не должен мешать, а сон беспокоить…

Утро не задалось. Впрочем. Такие «незадачи» в последнее время случались регулярно. Сначала позвонила мама. Первым делом она возмутилась тому, что на дворе белый день, а сынок ещё спит. Робкая попытка сопротивляться, мол, некоторые и ложатся с рассветом, была легко пресечена выверенным доводом: нормальные люди в своё время с рассветом вставали, а не ложились. И всё такое, и так далее. Данила только успевал задремать с открытыми глазами перед экраном фона, как матушка умело переходила на другую тему, одновременно меняя громкость и тональность голоса. Претензии, не смотря на всю театральность, были прежними: нет постоянной работы, о семье и не думает, живёт «оторванным листком, который гонит ветер» (не иначе, как матушка взялась перечитывать свою классику поэзии). Короче, Данила в очередной раз слушал «осыпание хрустальных лепестков разбитого маминого сердца». Когда поток упрёков иссяк и после ритуального обещания подумать над своей судьбой, можно было попытаться поспать. Но тут позвонил работодатель.

Нет, он хороший парень, никогда не задерживал оплату и не торопил по пустякам, но сегодня был особенно не вовремя. Игры до утра в качестве отмазки, его не волновали. Хочешь работать - веди жизнь рабочего человека. На должность Дэна найдутся желающие.
Данила всё понимал и старался не выказывать неудовольствия ни издевательскому обращению, поскольку этим именем он позволял называть себя только близким друзьям, ни раннему звонку. Плевал Данила на сограждан, у которых день начался.
Оставщись наконец один, Данила понял, что спать больше не хочет. Ему хотелось только напиться кофе и дать кому-нибудь по физиономии. Надо работать, не смотря на то что после такой побудки вечерний бой под угрозой. Данила посмотрел на плакат любимой игры, где мчался среди огня и взрывающихся кораблей имперский истребитель, глубоко вздохнул и принялся за работу.
День незаметно проходил за попытками найти такой способ экономии электричества и воды в коммунальном хозяйстве, чтоб сделать его ещё менее затратным и более простым. Попытка не первая и не вторая. Даниле порой казалось, что это все видимость. Аналог пособия по безработице, чтобы получатель думал, что трудится. Способ занять делом людей, которым больше нечем заняться.
Планету Марту освоили во время первой волны колонизации. Вернее, между первой и второй, поскольку транспорт, первоначально нацеленный на совсем другой мир заблудился и спустя изрядно независимых лет оказался здесь. Согласно легенде, капитан того корабля обратился к своей жене, бывшей вторым пилотом: -"Ну вот, Марта, что делать будем"? Через несколько часов экипаж укоротил фразу до: - "Ну, вот - Марта". Получилось название.
Долгие годы самостоятельного развития наложили свой отпечаток на жителей этого гостеприимного мира. Во время Второй волны, когда межзвездные сообщения пришли в видимость порядка, оказалось, что Марта вошла в десятку наиболее развитых миров, сама того не подозревая. Было даже несколько конфликтов, когда ее пытались сдвинуть в табели о рангах к хвосту. Не вышло.
Вскоре руководство решило, что сохранить себя получится только став Первым обитаемым миром. Переименовало Марту в империю, выдвинуло тезис, что для разумной непреклонной воли нет преград и начало войну.
Результат известен: два десятилетия сражений изрядно подсократило население, сломало пресловутую волю и потомки героев утешались лишь тем, что война долго шла против совокупно более сильных противников.
Теперь, по данным полуофициального исследования, которое для Данилы добыл его добрый приятель, поскольку иначе прочесть его было нельзя, до сорока процентов населения Марты существовало на тех или иных видах социального пособия. Заводы, даже менее совершенные чем во времена Империи, были достаточно автоматизированы и почтине нуждались в рабочих. То же с производством продуктов и транспортром. По большому счету, население было не нужным. Вот и придумывали разные "приработки" для бездельников, чтобы те не совсем превратились в животных, а то и в растения.
О бо всем этом Данила думал занимаясь никому не нужной деятельностью. Об осмысленности своих действий он подумает позже. Есть слово - надо. Задача поставлена и должна быть выполнена.
Поскольку выспаться не дали, дело шло медленно. Вернее, время куда-то девалось. Стоило совсем не на долго отвести взгляд от циферблата, как проходили десятки минут. Свои рассчеты Данила отослал заказчику не за долго до окончания рабочего дня.
Потом было не интересно: обед, он же ужин, в ближайшей забегаловке, возвращение домой и попытки чтения учебника по тактике. Следует признать - день растрачен. Вернуться в "Звездный огонь" хотелось как никогда раньше, но сейчас от игрока Дэна толку было немного.
Он некоторое время провел в игре в статусе наблюдателя, слушая разговоры, и не проявляя себя. Болтали обо всем и ни о чем. Самые молодые делились новостями из школы, чуть по старше - из первых мест работы и институтов. И те и другие Данилу не интересовали. Все предсказуемо и повторялось раз за разом. Говорило и о игре, но ничего интересного не прозвучало. Наиболее вменяемые участники ещё не подошли.
Хотелось бы послушать чём балаболят противники, но не судьба. Пару раз находились умельцы взламывавшие чужие каналы связи, благо для некоторых Сеть штука простая. . Игра висла и после очередного инцидента её хозяева поклялись, что если ещё раз кто-то полезет ломать… Попытки прекратились.
Первым из его истребительной группы на связь вышел Нейл.
- Привет дружище, что творил сегодня? Поди как обычно, спал до середины дня? – Жизнерадостный голос здоровяка живо напомнил Даниле, что день прошёл не идеально. Сразу захотелось сказать в ответ какую-нибудь гадость. Но старый друг не позволил. – Слышал новость?
- Какую? - ответил Данила, в душе радуясь, что отвечать на вопросы пока не приходится. Он прекрасно понимал, что в его плохом настроении Нейл не виноват.
- Ты должен порадоваться. В сети уже обсуждают, хотя официально ещё ничего не объявляли, что скоро будет большой всепланетный чемпионат по нашему с тобой «Звёздному огню».
- И что? Не в первый раз.
- Нет, ты не понял. Призы будут настоящими. Даже что-то говорилось про размещение на орбитальной станции. Правда, пока официально не объявляли.
- Хорошо бы. Хочется посмотреть на настоящие немигающие звёзды, - в радужность подобных перспектив не верилось, ноДаниле очень хотелось, что бы друг оказался прав. – При чём тут станция?
- А при том, - Нейлу явно понравилось, что друга всё-таки проняло. - Размещать прошедших отбор предполагается на базе Флота, а не на перевалочной станции. Вроде как победители смогут даже полетать на настоящих машинах. На современных и на оставшихся от Империи. Только не обнадеживайся, пока это не точно.
- Ну хорошо. – Данила понимал, что перспективы сомнительны, но мысленно начал готовиться.
Дэн обнаружил, что его отпускает. Словно не было побудки и работы. Посмотрев окно контактов, увидел, что группа в сборе. Пора громить. Чуть сохло в горле от предвкушения, хотя это чувство посещало обычно накануне решающих сражений. Чемпионат скоро. – Ну что, Нейл, все вроде в сборе. Приступаем?
- Ага.
Нейлу пришлось ещё раз пересказать свою новость, поскольку некоторые слышали конец разговора. Потом определили план на вечер. Решили немного прогуляться - погромить рудокопов. Жертвами налёта должны были стать порождения Игры, а не живые люди.
«Звездный огонь» активная игра, а не симулятор логистики и торговли. Желающих что ли мало, или у торговцев свои забавы... Нарваться на игроков в шахтах можно было только если не повезёт. Раньше были настоящие игровые вселенные, где каждый мог заниматься тем, что ближе. «Звёздный огонь» был популярен именно симуляцией боевых вылетов. Редко попадались уникумы, управляющие большими кораблями, хотя технически ничего невозможного. Звено истребителей состояло из нескольких игроков. Сформировать экипаж корабля легкого класса, поскольку на средние и тяжелые не находилось желающих, тоже не сложно. Как правило, редкие любители, что находились, были в числе противников. Со стороны Империи - только пилоты. На уровне ощущений Дэну казалось, что за всем этим есть какая-то логика. Но, когда в прицеле показались фермы рудного комплекса, он выкинул все мысли из головы. Пора работать.
Дэн играл в полсилы. Противники не живые - не интересно. Он машинально уклонился от ракеты, пущенной из замаскированной в выбоине установки. Компьютер отметил максимум перегрузок. Интересно, возможен ли такой маневр в натуре, или именно для имитации правдоподобия заложены ограничители на манёвры? Впрочем, не важно. Дэн нырнул в складку астероида и прошел ее, за пару секунд расстреляв половину огневых точек. Ему стало скучно. Как-то Нейл показал медицинскую статью, из которой могло следовать, что Дэн действует со скоростью прохождения импульсов по нервным волокнам, без задержки. Пошутил, что еще немного, и друг опередит их. В этом бою Дэну казалось, что он превосходит самого себя, открывая огонь на мгновение раньше, чем самострел сбросит маскировку.
Черная громада астероида, казалось, тянулась на расстоянии вытянутой руки. Уже которой раз Дэн почти почувствовал на себе настоящий скафандр. В лицо плотно вжата маска. Перед глазами настоящий тактический монитор.
Конечно, можно было купить специальный игровой костюм, только не понятно для кого их делают. Те, кто зарабатывают деньги, в игрушки не играют. Парадокс. Дэн пока обходится и так.
Он обдумал это, машинально крутя спираль и запутывая ловушками настырную ракету. Он пошел на таран астероида, в последний момент уклонившись. Перегруженная борьбой с помехами ракета повернула позже чем следовало. Истребитель тряхнуло близким взрывом. Бой окончен, снова победа. Одного новичка, чьего имени Дэн не помнил, потеряли, а подбитый Нейл медленно уходил в пространство. Не надо было ему пытаться вычищать все установки за те же две секунды. Нейл человек по натуре неторопливый, такие маневры не его конек. Порой казалось, что друг пытается решить задачу, которая ему не дается. Раз за разом повторяет однотипные действия, подражая действиям более удачливых коллег. Он не играл, а занимался своего рода облегчённой работой. Подходил к игре так ответственно, что Дэн переставал понимать, почему друг занялся столь нерациональным занятием.
Сейчас пилот Дэн смотрел на ситуацию иначе: свой подбит. Надо перехватить, пока не улетел далеко.
- Марк, подбери его. - Еще один новичок, который, за сегодня не попал ни разу и вряд ли задержится в Игре дольше пары месяцев, рванул за подбитым Нейлом. Теоретически, можно было катапультироваться и выгрузится. Это просто, но тогда пострадает реализм, поскольку в настоящем бою такие фокусы невозможны. В реале надо тащить подбитого товарища на базу. Лишь в крайнем случае позволительно подобрать катапультированного пилота, "посадить на закорки" и дать деру.
Десантный бот неторопливо приближался к шлюзу. Бой можно считать оконченым. Захвату шахты ничего не мешает. Она будет работать на Империю и приблизит на несколько дней окончательную победу. Дэн знал, что таковой не будет, иначе игра кончится, но не стал об этом думать. В реальности игры он борется за победу.
Он начал сопровождать бот. Просто так, поскольку защита шахт выведена из строя. Дэн летел, наслаждаясь полётом, любуясь плавным приближением изрытой поверхности астероида. Он осматривал взглядом хозяина и решетчатые фермы, к которым швартовались автоматические рудовозы, и редкую россыпь огоньков иллюминаторов, и провалы туннелей. Скользнул взглядом по серой и практически не видимой в тени искорке истребителя у поверхности...
- Жук, влево до упора. Быстро!!! - Ден крикнул раньше, чем осознал смысл открытие. Бросил машину вправо, уклоняясь от очереди пустынника. Поймал в прицел, но некстати подвернувшаяся балка приняла ответные снаряды. Совершенная загадка, как враг маневрирует всего в метре от астероида и садит короткими очередями между решётчатых конструкций Ден не стреляет, поскольку не может прицелиться.
Черноту прорезал след ракеты. "Жук" не попал. Если так пойдет дальше, то пристыковываться будет не к чему - он разнесет все причальные приспособления и бой кажется проигранным. Дэн, прикрываясь облаком пыли и обломков, разгоняемым бьющим из отсеков воздухом, коротким форсированным импульсом приблизился к астероиду. Кое-как погасил скорость, начал маневрировать между торчащими из камня фермами и какими-то башнями. Он уверенно приближался, хотя уклоняться ему было все сложнее и сложнее. Пара ракет с "Жука" не принесли пользы. Врага лишь чуть шаркнуло о камень левыми двигателями. Без эффекта. Стреляет опять. Первые же снаряды летят в сантиметрах от кабины, но Дэн жмет гашетку и скользит вправо. Еще один снаряд прошел прямо перед глазами. Две машины лупят практически в упор друг по другу…
От вспышки Ден зажмурился и оцепенел. Никогда его не сбивали именно так - в упор и в лоб. Это трагедия, поскольку продолжить играть он сможет только как новичок. Сам в свое время выбрал такой реализм, никто не принуждал. Мастерство останется при нем, но истребитель будет барахлом и хуже слушаться. Правила запрещают сажать начинающего в гвардейсую машину. Даже в свою группу Ден вернется месяца через два, не раньше. Он сидел и ждал когда будет сигнал отключения от Игры. Но его все не было.
Когда пилот осмелился открыть глаза, то увидел прежний пейзаж. Он успел даже подумать, что Игра зависла. Когда истребитель вздрогнул от очередного касания каменной поверхности, Ден очнулся. Он был жив. Всего-навсего очередная ракета с "Жука" накрыла цель. Хоть бот и автоматический, но пользу, как оказалось, принести может.
Дальше было не интересно. Рудник захвачен, Нейл отправлен на ремонт, с "убитым" налажена связь и он готов продолжать работать в группе. Ему повезло - подстрелили в хвост и с какой-то там вероятностью он мог остаться в живых. И реализм персонажа у него был низким. Все это время Дэн висел неподвижно и смотрел на звезды. Его начинала колотить крупная дрожь.
После ритуальных прощаний и отключения от Игры, Данила не сразу пришел в себя. Он все еще был там, на волосок от смерти. Он почти видел, как снаряд раскалывает лобовое стекло, неторопливо приближается к голове, взрывается, выбивая пластинки фасеточного фонаря. Наружу летят обломки аппаратуры, обрывки скафандра, ошмётки...
Когда Данила откинулся на спинку кресла , то вздрогнул от прикосновения ледяной футболки. Та была - хоть выжимай. Игроман отправился в душ. Когда через полчаса он плюхнулся в кровать, то был почти спокоен. Только на границе сна и яви снова вздрогнул от неторопливого, как в фильмах, приближения к голове чуть заостренной смерти. Он несколько раз повторил себе, что все это было понарошку, сам себе поверил и перевернулся на другой бок. Когда слова самоубеждения стали путаться в дрёме, он перестал твердить эти правдивые глупости. Он знал, что это была простая игра. Почти точно знал.
Проснулся поздним утром. В голове туман и тяжесть. Такое состояние, наверняка, являлось следствием ночных посиделок и прошлой бессонной ночи. К такому выводу Данила пришел под горячим душем. Он даже не мог вспомнить момент, когда принял решение идти в ванную. Когда выключал воду, случайно ткнул пальцем не в ту кнопку. Данилу обожгло кипятком и он, едва не упав, вспомнил причину своей разбитости.
Странное дело – за всё время игры в «Звёздный огонь» ему не снились его подвиги, но сегодня ночью тематическое сновидение пришло. Там была стрельба и манёвры, прерывающиеся панические радиограммы и победы, а главное – там было много огня. Того самого, о котором напомнил водопроводный кипяток. Казалось, что что-то должно случиться, возможно сегодня.
Данила отряхнулся от лезущих в голову ночных глупостей. Не вытираясь, вышел из ванной. Плюхнулся перед компом, не вспоминая про завтрак. Глаз уколол мигающий значок нового сообщения. Писем было несколько, но это пришло с знакомого адреса администрации Игры.
«Уважаемый Дэн Грегг, мастерство, проявленное Вами в ходе игры, вызывает подлинное восхищение – многообещающе начиналось письмо. Не свойственный для администрации слог принуждал читать быстрее, пока прекрасное видение не развеялось. – На основании этого мы сообщаем Вам, что вскоре состоится всепланетный чемпионат «Звёздный огонь - Империя». Вы будете желанным участником. Прошедшие предварительный отбор игроки будут размещены на орбитальной станции флота «База – 5». Там они пройдут краткий курс обучения по имперской программе, включающей в себя пилотирование настоящих исторических истребителей. В качестве приза победителям могут быть предложены десять мест в Академии Флота и иные ценные призы, если победители не пожелают связывать свою дальнейшую жизнь со службой. В Вашем распоряжении пять дней, до истечения которых мы желаем узнать ответ. Отсутствие ответа будет считаться отказом. Надеемся на Ваше правильное решение. С уважением и пожеланием успехов, Ваша Администрация».
Данила раза четыре перечитал письмо и только потом шумно и неожиданно для себя выдохнул. Оказывается, за время чтения не дышал.
Он встал с кресла, заставил себя отправиться на кухню и позавтракать. Пока жевал бутерброды, несколько раз еле сдерживался, чтобы не побежать в комнату и не продолжить раз за разом перечитывать письмо. Данила усаживал себя обратно на стул и продолжал есть.
Вот оно - свершилось. Игра станет чем-то большим, чем оружием для убийства времени. Десять вакансий во Флоте, вот это да. Прочие ценные призы интересуют мало, но тоже ничего себе перспектива. Он станет настоящим пилотом, будет служить на настоящем флоте и никто больше не скажет, что Данила попусту расходует свою жизнь. И серьезные люди не будут больше смотреть на него свысока.
Данила кое-как запил последний бутерброд и, давясь и кашля, бросился бегом в комнату. Сообщение было прочитано с дрожью предвкушения. Даже посмеивался над собой: можно подумать, что он уже победил и вот-вот отправится примерять новенькую курсантскую форму. Нужно ответить словом "Да" и мечты сбудутся. Подумав так, он собрался написать ответ, когда с удивлением обнаружил, что ответ уже написан и осталось отправить.
Отправил и задумался над странной роскошью предложения. Нет, главный приз - логично и понятно. Но размещение на орбитальной станции Флота - удивительно по-настоящему. Слишком дорого. Но к чему сомнения? Данила достаточно подготовлен, отбор пройдет, а там...
После того как Марта проиграла Войну, победители решили, что подобных сюрпризов быть не должно. Флот был сокращен, и мог теперь только патрулировать и спасать. Пребывающее в предельной неуверенности население не горело пополнять собой ряды защитников, которые в случае серьезного конфликта погибнут первыми с честью, хотя и не принесут пользы. Последние десятилетия численность личного состава с трудом дотягивала до разрешенной цифры.
Однако, в последнее время ситуация стала меняться. Если верить официальным (и не только) источникам, в настоящий момент личный состав только тем и занимается, что крепит обороноспособность. Тренируется и тренируется, сплошные учения да стрельбы. Конкурс на свободные вакансии заметно превышал их количество. И вот, создана игра, участники которой смогут начать летать по-настоящему. Ловко и оригинально. Не иначе, как командование решило прибрать к рукам тех, кто не подавал заявлений. На каком-то форуме Даниле попалось на глаза не прямое утверждение, а так, намёк, что тем, кто не прошел отбор и не стал курсантом, настоятельно рекомендовали «Попробовать полетать на новом сетевом тренажёре». По странному стечению обстоятельств тот назывался «Звёздный огонь».
Данила хотел было зайти на форум и обсудить это дело, но передумал. Внезапно ему стало грустно. Сказано: - "Бойтесь своих желаний, они могут осуществиться". С некоторых пор Даниле очень хотелось, чтобы сутью его жизни слало именно то, что ему нравилось. Вот тебе, пожалуйста. Осталось только узнать, а почему именно бояться. Нейл был прав, когда предлагал другу отвлечься от проблем в виртуальном мире. Хорошая компенсация за все дела с этим семейством. Возможно, из игрушки выйдет толк. Интересно, как посмотрит Нейлова сестренка не на неприкаянного и ушедшего в виртуальные миры человека без внятных перспектив, а на настоящего флотского пилота.
Юлиана… хоть садись и пиши роман про рыцарей, злых великанов и прекрасную даму в окне высокой башни. Видение из какого-то иного, более совершенного мира. Таких даже среди актрис сериалов не водилось. Она так умела радоваться, что глядя на её улыбку и впрямь верилось, что все проблемы это так, рябь на воде – сейчас есть, а через минуту не будет. И перспектив у Данилы с ней не было, и быть не могло. Слишком по-разному видели они мир. Ангельские глаза созерцали иные горизонты. Там, где она видела ровную дорогу, простую цепочку из маленьких и достижимых целей, своего рода лестницу, Данила видел чащу непролазную, в которую не стоит и соваться. Да и некуда.
Как устраиваются люди – сиё тайна великая есть. Даже с такими пособиями по безработице, в очередях стоят, что бы хоть что-то делать. Тем, кому работы не доставалось, предлагалось множество способов уби… занять своё время. И садоводство – кактусоводство, и игры те же, и лёгкие, почти безвредные психоактивные вещества. Вернее, психотормозящие, поскольку принимающим их окружающее становится неважно и далеко. К чести руководства следует признать, что последний вариант был самым крайним. Всего лишь способ направить скуку и недовольство в безопасное для общества русло. Если некоторые личности не желают расти как таковые ни одним из обильно предложенных способов, так пусть не мешают другим.
- Привет, старый друг, - Выдохнул Данила, едва Нейл появился в сети. - Ты был прав насчет чемпионата. Мне пришло письмо от администрации игры. Приглашают участвоваль.
- Знаю, мне тоже пришло, - Ответил Нейл. Я для этого и пришел пораньше, чтобы это с тобой обсудить. Ты смотрел, что говорят люди по поводу чемпионата?
- Нет, я готовился. Я ответил согласием, мне следует много прочитать к началу.
-Этого я и опасался. Ты бы к экзаменам так готовился, как к игровым своим заморочкам. Ты же умный парень и понимаешь, что твои шансы получить приглашение в Академию совершенно нитчожны. Слушай, у нас на факультете открылась вакансия, я пока не давал об этом обявления. МОжет, пойдешь к нам? Нормальная работа, всего два года обучения. Что думаешь*
Даниала молчал. Как-то резко случился переход от надежного партнера к наставнику, кторой лучше знал как надо. Это его ранило. Он старался не думать о том, Нейл не вписывался в классический типаж игрока. Тепеь пришлось об этом вспомнить. Его пытаются предостаречь от бессмысленных мечтаний и неизбежного и очень мтрашного разачарования.
- К чему ты говоришь это, друг? Ты знаешь, что я живу в "звездном огне". Ты знаешь, что я буду бороться за призовое место, чего бы это мне не стоило. Факультет, в конце концов, может обождать.
-Не может. Чемпионат продлиться не менее двухмесяцев. Столько держать место никто не позволит.
- Тогда спасибо за предложение. Потом я постараюсь подыскать себе что-нибудь.
- Не сомневаюсь. Правда, ты будешь выжат до состояния сухофрукта. Не сможешь ничего делать. За что е овзьмешься -из рук вывалится. Потом ты скажешь, что ничего не получается и стараться не стоит и погрузишься в какой-нибудь "Огонь -2". Ты твердо решил бороться?
-Тверже не бывает. Вопрос только в том, будешь ли ты со мной. Да, к стати, что ты ответил на письмо?
- А я не отвечал.
- Ничего, время еще есть. Сегодня играть будешь?
-Да. - Голос Нейла был невеселым. Надо полагать, что он всерьез надеялся, что его предложение обустроится в реальном мире заслужит больше внимания. Онс большим бы удоволиствием обсудил бы перспективы Данилы и дал бы несколько советов, чем возвратился бы в банду придурков, которые в сейчас полетят, сидя в креслах в своих квартирах, драться с такими же придурками. Кажется, что-то подобное высказала его сестренка на прощание. Бой начался. Противники были живыми почти все и тоже явно мечтали о победе в чемпионате.
И полетели дни. Играть внезапно стало сложнее. Судя по всему, не только Данила читал мемуары асов. Разные описанные у них тактические уловки стали встречаться чаще, чем когда-либо раньше
Никогда Днила не чувствовал такого реализма всего происходящего. Он жил как во сне. Вернее, как будто и в самом деле шла война. Краткий сон между вылетами, отработка на симуляторе разных приемов, вечерне-ночные сражения. Обсуждения. Иногда стали проскальзывать сообщения, что близкие и любови пилотов все определенней и раздраженней стали высказываться по поводу одержимости некоторых бездельников делами не реальными и к жизни не относящимися. Но бойцы мужественно преодалевали невзгоды и раз за разом выходили на линию огня.
Вернуться к началу Перейти вниз
Линдор Айвендил

avatar

Сообщения : 2486
Дата регистрации : 2011-06-03
Откуда : Энроф

СообщениеТема: Re: Звездный огонь.   Пн Фев 13, 2012 10:48 am

@Харитон пишет:
Иногда стали проскальзывать сообщения, что близкие и любови пилотов все определенней и раздраженней стали высказываться по поводу одержимости некоторых бездельников делами не реальными и к жизни не относящимися.
От души надеюсь, что "близкие и любови" осознают свою неправоту. Хотя в жизни так, скорее всего, не бывает.
Вернуться к началу Перейти вниз
http://www.diary.ru/~tairent/
Харитон

avatar

Сообщения : 81
Дата регистрации : 2011-10-09
Откуда : город-герой Москва

СообщениеТема: Re: Звездный огонь.   Пн Фев 13, 2012 10:55 am

ох рараскаются, что не прервали развлечение раньше..
Или замечание относилось к слову "любови"?
Вернуться к началу Перейти вниз
Линдор Айвендил

avatar

Сообщения : 2486
Дата регистрации : 2011-06-03
Откуда : Энроф

СообщениеТема: Re: Звездный огонь.   Пн Фев 13, 2012 11:23 am

Слыхал я про таких...которые придумали термин Интернет-зависимость. А чем она хуже реал-зависимости.
Вообще я солидарен со Столяровым, написавшим "Мир иной".
Вернуться к началу Перейти вниз
http://www.diary.ru/~tairent/
Харитон

avatar

Сообщения : 81
Дата регистрации : 2011-10-09
Откуда : город-герой Москва

СообщениеТема: Re: Звездный огонь.   Пн Фев 13, 2012 11:45 am

не читал, но спасибо за наводку. Ну а зависеть от того, чего нет, действительно не стоит. В каком-то компьютерном журнале даже термин придумали: "геймер в завязке".
Вернуться к началу Перейти вниз
Линдор Айвендил

avatar

Сообщения : 2486
Дата регистрации : 2011-06-03
Откуда : Энроф

СообщениеТема: Re: Звездный огонь.   Пн Фев 13, 2012 11:53 am

Харитон, прочти, интересно. Книга "Звезды и полосы". Там "Мелодия мотылька", "Мир иной" и "Звезды и полосы". Все три о взаимосвязи реального и виртуального миров. "Мир иной" мне всего ближе.
Вернуться к началу Перейти вниз
http://www.diary.ru/~tairent/
Харитон

avatar

Сообщения : 81
Дата регистрации : 2011-10-09
Откуда : город-герой Москва

СообщениеТема: Re: Звездный огонь.   Пн Фев 13, 2012 10:18 pm

Посмотрим Wink
Хотя я не Столяров, и тема вроде не его (кхе-кхе)
Вернуться к началу Перейти вниз
Харитон

avatar

Сообщения : 81
Дата регистрации : 2011-10-09
Откуда : город-герой Москва

СообщениеТема: Re: Звездный огонь.   Ср Фев 15, 2012 4:32 pm

Звездный огонь. Часть первая. Фрагмент второй.
Похоже,такая атмосфера захватила даже Нейла, начавшего проводить в сети больше времени. На полчаса, но для него это уже достижение. Он стал лучше сражаться, прекратив копировать действия товарищей и начав приобретать свой, неподражаемый стиль боя. Он перестал тягаться с товарищами в скорости и напоре, начавиграть в обороне. Теперь, крича: - «Прикрой, атакую!», обращались к Нейлу.
Пролетело пять дней, к исходу которых хоть отпуск бери — команда была выжата. Нейл заметил, что толку от них теперь немного, провалят отбор. Казалось, что он этому рад, но утром шестого дня, когда Данила проснулся и первым делом посмотрел на экран, там было письмо.
«Уважаемый Данила, (Дэн Грегг). Просмотрев последние пять дней Ваших боев, Администрация рада сообщить Вам, что вы прошли отбор. Некоторым из Вашей команды нужно пройти еще один бой. Если пожелаете, то тоже сможете принять в нем участие. Это не обязательно. Ответьте сразу по получении данного письма».
Данила ответил и слегка задумался. Значит, организаторы не стали устраивать экзамен, а понаблюдали за претендентами, когда те раскованы и не думают о том, что их оценивают. Хитро. Интересно, какова же в таком случае цель чемпионата? Как будут оценивать участников, если пустят к себе уже готовые команды. И как призовые места будут делить? В среднем, истребительная команда состояла от трех до шести человек. Если победят две или три команды, то окажется, что десяти призовых мест может оказаться недостаточно. Впрочем, он вскоре узнает ответы.
Он позвонил матушке поделиться своей радостью. Она умеренно обрадовалась и выразила пожелание, чтобы сынок посмотрел по сторонам, понял, что есть и реальная жизнь и сделал правильные выводы. И вообще, чемпионат - чушь, а вот станция - нет. Девяносто девять процентов населения Марты не бывали за пределами атмосферы, не смотря на который уже век космических полетов. Нужно посмотреть по сторонам и подумать, что следует сделать в жизни, чтобы обрести нужную свободу передвижения. Данила пообещал, что так и сделает.
Вечером того же дня, уже получив вводную к началу испытания, устроили совещание. Кроме Дэна только Нейла обрадовали прохождением отбора.
- Ну что нам делать? - спросил Марк, один из молодых дарований, удивительно быстро поднявшийся в табели о рангах. -Следовать правилам, играть и выигрывать. - Нейла что-то сегодня потянуло на штампы.
- Вы поможете? Я не готов воевать без командира. - Не отставал Марк. Второй человек, не многословный и отзывавшийся на имя Серг, хранил молчание.
- Мы одна команда, одно подразделение. Мы поможем вам, так ведь, Нейл?- Так, ответил тот с некоторой заминкой. - Я по-прежнему думаю, что зря все так выкладывались в последнее время. Может и не получиться.
- Не роняй боевой дух товарищам, дружище. Все у нас получится. Через пару месяцев будем красоваться в курсантской форме, вот увидите. Воевать будем как привыкли. А теперь за дело, братья по оружию. Какая вводная?
Та проста и незатейлива - атака рудного астероида. Победа определяется захватом добывающего комплекса и всех находящихся рядом транспортов. В графе "предположительно" значилась возможность подрыва комплекса персоналом. Это жесткий дефицит времени отведенного на операцию. Но ничего, всего лишь дополнительное условие.
Первое впечатление от игры - удивление. Полный эффект присутствия. Группа Дэна оказалась на корабле – носителе, чего раньше не бывало. Перед лицом узкий стартовый туннель, чуть подсвеченный красным. Над головой толстые крепёжные балки, с подвешенными истребителями.Любят организаторы сюрпризы. Посмотрев на счетчик топлива, и список оборудования, Дэн понял, что усадили их на штурмовую версию факельщика. Мобильная артиллерия. Скорость, приемлемый маневр, высокая огневая мощь и малая дальность. Корабли последних военных серий были довольно уродливы, поскольку на обтекатели орудий уходило сколько-то дефицитного материала. Вообще, выглядели эти машины собранными из разнокалиберных балок и труб, кое-как сваренных и спрессованных вместе. Затупленный конус фюзеляжа, широкие доски крылышек с короткими цилиндрами двигателей. Торчащие стволы с массивными дульными тормозами. Предки хорошо летали на этой красоте. Если верить мемуарам, те же пустынники здорово опасались стремительных атак тяжёлых факельщиков. Вываливается кораблик с Изнанки, плюет в противников эскадрильей или около того машин, и начинает тормозить. В случае чего малый носитель подберет сбитых, если повезет, подхватит вышедших из атаки, досасывающих последнее топливо штурмовиков, или даст деру сам. Обычно, если сопротивление оказывалось слишком сильным, легкие силы приносились в жертву. Становились факелом последнего боя. Судя по всему, сейчас предстоял такая вот бой.Все эти мысли пронеслись в голове Дэна в одно мгновение, пока он смотрел на крошечное панно, в котором велся отсчет до выхода с изнанки пространства. Осталось пять... четыре...
Странные люди - организаторы чемпионата. Непосредственно перед его объявлением и во время отбора, Дэн отметил больше сюрпризов, чем за предыдущий игровой год. С форума игровых новостей он узнал, что с усложнением игры сталкивались и другие. У кого противник прятался, пристыковавшись к крупному обломку, у кого шел на таран, у одного человека даже прекратил маневр уклонения и обстрелял другого пилота, расслабившегося от только что одержанной победы.
Две..., одна...,Наверное, организаторы так проверяли игроков на реакцию. Как было у Дэна: полная победа, неторопливый неспешный полет, внезапный обстрел... Организаторам не сложно было просмотреть историю его боев и узнать, что Дэн любит такие вещи как сопровождение челнока с десантниками, описаниеь кругов вокруг захваченных кораблей, когда не ждёшь выстрела в спину... Странные у Администрации цели. Словно готовят их не к чемпионату, а к чему-то большему...
- Выход!!! - победно рявкнуло табло.Катапульта швырнула машину наружу. Рывок отделения и раскрывшая объятья чёрнота. Прямо по курсу крупная искра прущего в ночи транспортника. Множество искр поменьше – истребители раскинули охранный радиус. Корабль слишком близко, чтобы начать правильный перехват. Это пустяки. Челноки с десантом, общим числом два, не успеют затормозить. Дэн приказывает «жуку-два» идти к станции, а «Жуку-один» на контакт со вторым транспортом, почти теряющемся на фоне астероида и видимым лишь в системе наведения. Сам Дэн произносит скороговоркой: - «Делай как я» и идёт к ближайшему транспорту. Правильный перехват не возможен, но...
Быстрое сближение. Компьютер замигал надписью «Столкновение через…». Дэну плевать, он знал, куда выстрелит. Прежде, чем надпись перешла в следующее качество: - «Столкновение неизбежно», он перевёл свой факельщик в скольжение вдоль борта, сориентировал машину и утопил гашетку. Стрелять по двигателям чревато: равно можно не добиться ничего и взорвать корабль, благо, транспорт уже врубил форсаж, уходя под прикрытие орудий астероида. Дэн стрелял по иллюминаторам. Поскольку враги изначально собирались провести правильную стыковку, экипаж должен быть в главных отсеках. Справа и слева, вдогонку его очереди, потянулись трассы огня ребят. Некоторые снаряды летели между конструкций истребителя. Рискованный манёвр. Но Дэн ничего не чувствовал, ни страха ни недовольства партнёрами. Только чистая, не замутнённая ярость.
Он бил короткими, а ребята дополняли более длинными, хотя и менее прицельными очередями. Под трассами огня иллюминаторы гасли, множились зияющие пробоины. На фоне некоторых взрывов мелькали тени, подозрительно напоминающие людей. Но об этом подумаем потом. «Ракета» - известил компьютер. Эскорт очухался. Ничего, сейчас придёт и ваш черед. Последняя очередь летит в чуть заострённый нос. Можно было обойтись и без неё, поскольку транспорт теряет управление. Дэну внезапно понравилось стрелять и попадать. Он окончательно забыл, что это просто Игра.
Двухсекундный выстрел форсажем в сторону корабля, залп ловушками, уход в сторону. Дэн помнил, в сети был ролик о том, как ракета видит мир. Для неё при залпе ловушками корпус корабля – цели удлиняется в три – четыре раза. Ненадолго, надо знать когда ими пользоваться. Дэн знал и мельком, краем глаза просдедил, как белый след протянулся мимо его кабины и врезался в транспортник. Вот вам, придурки! Империя победит!
Истребители эскорта уже близко. Дэн правильно всё прикинул в ту долю секунды, что заняло отделение от корабля-носителя. Не могут же пилоты смотреть на то, как враг расстреливает их корабли. Немедленно либо на помощь, либо на отмщение. Ушедшие вперёд челноки временно остались без внимания. Чего Дэн и добивался. Без его прикрытия десантники некоторое время продержатся.Разворот вокруг поперечной оси, огонь по второй ракете. Та взрывается далеко, истребитель Дэна только тряхнуло. Поный вперёд.
Согласно мемуарам, во время таких сражений пустынники старались измотать факельщики. Они старались подождать, пока у тех не закончится топливо. Ничего, этой роскоши им никто предоставлять не собирается. Дэн опять оказывается впереди группы. Надо как-то проработать взаимодействие с ребятами. Что они тормозят всё время? Первый пустынник оказывается в прицеле почти сразу. Гашетка нажимается быстрее, чем мысль об этом действии сформировалась. Тот уклоняется. Ничего, никто не собирался попадать сразу. Дэн пёр вперед, хотя на самом деле только что пролетел мимо поверженного транспорта. Инерцию пока не отменили. Пустынник отвечает огнём, тоже мажет. Ничего, пустяки. Ты, парень, не первый такой шустрый. Мечется в прицеле точка упреджения – основная причина того, что истребители ещё не всё стали автоматическими. Предугадать действия живого пилота в реальном бою может только другой пилот. Компьютер бесполезно расстрелял бы боезапас, паля по предполагаемым траекториям врага. Дэн бьёт одиночными, для того, чтобы враг не догадался, до самого последнего мгновения собственной жизни не догадался, куда полетит решающая партия снарядов.
Гашетка опять жмётся быстрее, чем мысль появляется в мозгу. Плоский «икс» пустынного «квадро» одевается огнём четырёх пушек. Дульные тормоза – это красиво. Дэн успевает первым. Вспышка. Четыре крылышка с двигателями на концах разлетаются в стороны от взбухшего шара огня.- Глотни вакуума, сынок! – В восторге кричит Дэн. – Пустынные боги да пребудут с тобой. Империя на пороге!!!
В него уже летели трассы двух других истребителей. Легкий, не затрагивающий мозг маневр уклонения. Захват второй цели. «Икс» разбрасывает ловушки, но он уже слишком близко. Не надо было ему так разгоняться. Трелистники рассечённого тормозами порохового огня сплетаются в букеты с выхлопом двигателей. Залп ракетами в ответ. Три промаха. Близкое попадание отвешивает хорошего пинка машине Дэна. На экране заднего обзора гаснет россыпь разлетающихся обломков. Почти сразу взрывается евторой. Либо Марк, либо Серг.Оставшиеся враги пытаются перестроиться, гася скорость. Это вы зря, ребята. В какой-то момент, всего на долю секунды, скорости противников уравниваются. Машины бьют друг по другу. Очереди описывают красивые дуги, с обоих концов заканчивающиеся истребителями. Тех и других от снарядов отделяют сантиметры. Между Марком и его противником меньше километра – стреляют в упор. Четверть секунды подлётного времени. Пустынник исчезает в огне, а Марку сносит боковые двигатели. Жалко, что не секундой раньше. Эх, не пройдёт парень отбор. Хоть и молодой, но какой был бы пилот в группе…
Серг и Нейл уверенно добивают своих противников. Первый ракетами, пока второй его прикрывает, а потом вместе последнего уцелевшего. Чей снаряд поставил финальную точку, разберёмся потом, просматривая запись. Дэну же показалось, что друзья накрыли цель одновременно. Хорошую он подобрал команду. Есть за что себя похвалить.Далеко в стороне носитель отплёвывается частыми короткими очередями – до него добрались автоматические перехватчики. Толк от них, как правило, в основном лишь при таранах. За корабль Дэн спокоен. Один из автоматов уже взорвался, а два других явно не задержатся в этом мире. Интересно, а есть ли у машин свой собственный рай? Но это не важно, поскольку их кремниевые собраться уже нацелились на десант. «Жуки» отстреливаются, им нужна помощь.
Дэн быстро, только клавишами своей командирской панели, приказал строиться и следовать за ним. Автоматы, для пилотов его уровня, это учебные цели, не более того. Но автомат против автомата – простая математика. У перехватчиков стволов больше. «Жуки» доживают последние секунды, если никто не вмешается, но Дэн уже прицелился. Он вовремя сменил боеприпасы с обычных снарядов на реактивные. Они медленней вылетают из ствола, но через несколько секунд летят вполовину быстрее снарядов обычных. Для дальней дистанции - самое то. В перехватчик не попадёт, если только реально не повезёт, но может спугнуть. Программы у них довольно умные. Манёвр уклонения предусмотрен.
Парочка реактивов проходит совсем близко от первого автомата. Тот слегка дёрнулся, хотя вероятность попадания Дэн оценивал процентов в тридцать, и попал под очередь с «Жука-два», столкновения с которой первоначально пытался избежать. Осталось пятеро перехватчиков. По одному на каждого. Бой уровнял живых пилотов и порождений Игры, о которой никто сейчас и не вспоминал. Все сражались по-настоящему. «Жук – один» первым расправляется со своим, который пытался его таранить. Тупорылая игла не взорвалась а рассыпалась, разрезанная продольно. Серг спускает пару оставшихся ракет, но те не попадают. У автоматических перехватчиков тоже есть ловушки. Нейл садит одиночными, рациональными выстрелами, на которые перехватчик плюёт ответным огнём.
Дэн со своим танцуют трёхмерный вальс, вежливо раскланиваясь на предельной тяге боковых двигателей и ждут, плюясь друг в друга светлячками в твёрдокалёной оболочке. Расстояние сокращается быстро, но рывками. В конце последнего круга Дэн уже без электронной оптики видел своего врага. Перехватчик смотрелся ещё более неряшливым, чем имперский факельщик. Похожий на снаряд, с острым носом и тупой кормой, с кольцом систем ориентации посредине и каплевидными куполами маневровых двигателей, он воплощал в себе скорость. В последнюю секунду автомат дал очередь прямо перед собой, чтобы отдачей чуть погасить свою скорость, уклониться от завершающего залпа Дэна и круто повернуть навстречу. Дистанция три-четыре длинны его корпуса. Автоматы смерти не боятся.
От этом Дэн вспомнил, зажмуриваясь от вспышки прямо перед носом и режущего вопля, в наушниках. Перехватчик подорвал себя, испустив мощный ЭМИ импульс. Бортовая система факельщика накрылась тут же. Десяток-другой секунд на перезагрузку уйдёт. Это слишком много. Беспорядочно кувыркающаяся машина превратилась в безответную мишень. Дэн, отрезанный замолчавшим радио от товарищей, делал то, что умел – воссанавливал ориентацию и уклонялся. Это здорово, что конструкторы предусмотрели ручное управление двигателями. Жалко, что тянуться неудобно. Передней панели на них не хватило бы. Он быстро прекратил беспорядочное вращение. Периодически давая долгие импульсы разной мощности симитировал манёвры уклонения, на тот случай, если по нему всё-таки выстрелят. Дэн был собран и почти спокоен. Мелькнувший перед кабиной снаряд не заставил его ни вздрогнуть, ни улыбнуться.
- … ак ты там??? – Внезапно ворвался в голову голос Нейла. Оказывается, связь включается раньше, чем вся система. – Дэн, ответь!!!
- Доложить о ситуации! - Рявкнул командир группы, предотвращая радостное словоизвержение друга.- Порядок, Дэн. Перехватчиков больше нет. «Жук-один» уже подошел к стыковочному узлу. Транспорт вроде улепётывает, но «Жук-два» должен его догнать.
- Отлично. Идём к шахте. Делай как я.
Система наконец-то перезапустилась. Перехват радио сообщений – шахта велит транспорту держаться подальше. Всплывают в голове слова вводной: угроза самоподрыва. Патриоты хреновы.
- Управление огнём на меня. – Дэн упирается прицелом в административный отсек шахты. На пульте загорелись огоньки – группа готова стрелять. Залп. Дистанция великовата, но это не важно. Трёх секунд огня должно хватить. На максимуме увеличения видно как вертикальная стена испещренная иллюминаторами и большими прямоугольными окнами покрывается огненными оспинами попаданий. Освещение гаснет. На фоне взрывов искрится разлетающиеся облачка осколков. Опять силуэты тел. Детализация игры во время отбора потрясающая. Дэн лишь рывками, очень редко вспоминал, что это всё не по-настоящему.
Огонь с астероида редок. После разрушения центра управления, становится ещё малоприцельным. Вероятно, погибли операторы установок. Дэн привычно идёт на сближение. Группа быстро обгоняет тормозящий «Жук-два». Компьютер уже высчитал траекторию перехода на скольжение вдоль поверхности, но Дэн опять поступает по-своему. Орудия штурмовых факельщиков имели забавную конструктивную особенность: дульные тормоза могли сниматься. Слетали они быстро, а возвращались на место долго, секунд пятнадцать. Так повышали маневренность тяжёлой машины. Реально этой возможностью пользовались редко. Дэн решил попытаться.
Когда надпись «столкновение неизбежно» перестала мигать – электроника простилась с жизнью, он дал очередь вперёд, используя импульс отдачи в дополнение к форсированию двигателей. По крутой дуге машина переходит на скольжение вдоль раскинувшейся каменной равнины. Дэн стал крутиться на месте, ведя огонь то в одну сторону, то в другую. Инерция его несет в правильном направлении. Батареи не справляются с угловыми нагрузками и безнадежно мажут.
Мигнуло сообщение, что бот пристыковался к астероиду. Так, половина задания выполнена. Последний транспорт продолжает разгон и уже довольно довольно далеко. Правда, он гружён и «жук-два» быстро догоняет. Надо прийти на помощь. Дэн догадывался, что всё опять не будет просто. Он быстро расправляется с последней батареей и устремляется в пространство. Группа идёт следом. Это хорошо и правильно. Замечательная подобралась команда.
Словно подслушав мысли Дэна, последняя очередь снизу зацепила Серга. Машина катапультировал пилота и растворилась в огне. Только бы парень выжил. Не отвлекаясь, факельщики прут к цели. Пока не понятно по кому, но Дэн не сомневается, что стрелять придётся.
Так и есть! От чуть вытянутого цилиндра транспорта, чей корпус почему-то не вращался, отделяются новые искры. Четыре автоматических перехватчика атакуют в тот момент, когда Дэн с Нейлом поравнялись с «Жуком». Идут плотным строем, явно намекая на таран. Друзья открывают огонь – те уклоняются. Снявший дульные тормоза Дэн вынужден стрелять одиночными.
Танцуя трёхмерный танец, автоматы сближаются, и только с дистанции уверенного поражения открывают огонь. Подлётное время их снарядов меньше секунды. Залп ракетами. Дэн с Нейлом уклоняются, но тратят время, за которое перехватчики продолжают уверенно сближаться. Вдруг подумалось, что ведь Администрация Игры заверяла, что они оба уже прошли отбор. Сейчас умереть не страшно.
Нейл описывает спираль и срезает ближайшего к нему автомата. Облако взрыва позволяет следующему за ним приблизиться почти вплотную. Нейл скользит вбок, уклоняясь от огня и сбивая второго атакующего автомата. Смешно: Дэн не сбил ни одного.
Он бьёт одиночными, поскольку вернуть дульные тормоза нет времени. Перехватчики быстро приближаются. Манёвры уклонения у них стали экономными и эффективными. Один раз ближайший просто чуть повернулся. Дэновы снаряды прошли впритирку. Перехватчик оказался внутри образованного пушками треугольника. Противник стреляет короткими, а уклонение не повышает точность стрельбы Дэна. Это конец, не иначе.
Очередь Нейла не помогает. Дэн обращается в бегство, трёхсекундным импульсом форсажа уходит вбок. Автоматы открывают непрерывный огонь. Их более простые двигатели не приспособлены экстренно увеличивать тягу, они попытались достать врага огнём. Дэн уклоняется. Трассы огня летящие мимо кабины уже не волнуют. Нужно только уцелеть.
Нейл продолжает огонь, но успеха не достигает. Когда он брызгает двумя очередями по обоим перехватчикам и те на миг дёрнулись в стороны, Дэн поворачивает вокруг оси, повторяет форсированный импульс, чуть гасит инерцию. Риск «посадить» двигатели уже кажется приемлемым. Он рискует повторно – очередь уже из двух снарядов летят в первый автомат. Не попадает, но, рассеиваясь, задевает маневровые двигатели второго. Тот закрутился волчком, хотя и быстро останавливаясь. Дэн обменивается с первым ещё несколькими выстрелами и тут Нейл попадает.
Ну вот и всё, подумал Дэн, ловя в прицел почти прекративший вращаться второй автомат. Хотелось завершить бой красиво, одним выстрелом. Он уже давил на гашетку касанием коротким и нежным, как поцелуй на бегу, когда чуть заострённый нос перехватчика оделся огнём.
Снаряд факельщика уже аккуратно влетел под кольцо датчиков автомата, когда Дэн зажмурился от взрыва. Под веками неподвижно, как фотография, застыл пушистый шар металлического пара и недогоревшего топлива, на месте левых двигателей. Попадание. Дэн, как и неделю назад, сидел с закрытыми глазами и ждал отключения от игры. Он вновь стал Данилой. Он вновь ощущал, что сидит в кресле, а на нём одета мокрая от пота футболка. Способность воспринимать внешние раздражители, в том числе звуки, вернулась не сразу.
- Дэн, ответь! Данила, что там с тобой? Ты в игре, я же вижу. – Нейл часто путал игровое имя с настоящим. Не иначе как демонстрация отношения к подобного рода играм. Он имел в партнёрах живых людей, а не бесплотные маски.
- Да здесь я. Меня подбили. Лучше тебе такое ощущение не знать. Это не просто, поверь мне.
- Нельзя игру так воспринимать. Я тебе напомню об этом моменте, а пока подумай. Подумай, адекватно ли ты реагируешь на то, чего нет на самом деле. – Словно не было горячки боя, лучший друг решил немного пофилософствовать.
- Займись лучше транспортом. Мы поговорим о чём хочешь, только позже. – Дэн с трудом подбирал слова. Он только что сражался с неожиданно сильным и умелым врагом, показавшим, что у Игры могут быть сюрпризы ставящие бывалого игрока в тупик. Нейл говорил о том, что не особенно интересовало Данилу и в «реале».
- Как хочешь.
Автоматическая стабилизация уже выровняла подбитую машину. Дэн аккуратно развернул кабину в сторону улепетывающего корабля. Его преследовали две искорки – «Жук» и доморощенный философ. Электроника приблизила завершающие кадры боя. Всё шло как надо.
Нейл бодро, но как-то слишком технично, маневрируя сблизился транспортом с кормы. Тот дёрнулся в сторону, начал вращаться огромной дубиной, рассыпая в сторону надоеды огонёчки очередей. Нейл уверенно, но, опять же, технично, расстрелял батареи. Транспорт начал метаться, не давая к себе пристыковаться, но пара очередей куда-то в основание двигателей, его успокоила. «Жук» на месте, начинается работа. Тем временем, «Жук-два» отошел от взятого под контроль рудника и направился к беспомощному кораблю, подбитому в самом начале боя. На его борту оставались выжившие, иначе бы игра закончилась. Несколько минут можно поскучать и полюбоваться на немигающие звёзды. Потерявший половину двигателей истребитель медленно уходил куда-то в сторону основания «Маятника». Сорок световых лет – пустяки. Миллиона три лет в пути.
Данилу начало «отпускать». Его била дрожь. Когда снимал с головы шлем, то уронил его – пальцы не слушались. В чём-то Нейл прав. Нельзя игры принимать так близко к сердцу. Но впервые с первых месяцев, когда Данила торчал в «Огне» двенадцать – пятнадцать часов в день, ему было интересно играть. И, пожалуй, он в первый раз «там» жил по-настоящему. Надо поспрашивать потом, были ли его противниками люди, специально поставленные на отбор кандидатов, или компьютерные боты.
Додумывал Данила обрывки своих мыслей уже на полу ванной. Стоять под душем он не мог – слишком измотан. Да, видел бы Нейл его сейчас. Он бы не учиться пойти стал уговаривать, а лечиться. Можно подумать, что десять минут назад закончился настоящий бой, и пилот Дэн только-только, наверняка с посторонней помощью, вылез из кабины и отмокает теперь на казённых и неудобных для сидения плитах душевой на борту корабля-носителя.
Перед тем как рухнуть в кровать, Данила прочёл оперативно пришедшее от Администрации письмо. Там поздравляли его с «двойным прохождением отбора», надеялись, что инцидент в конце боя не отбил желание участвовать в чемпионате, намекнула, что это только начало. Состязание предстоит не только с людьми, но и с продвинутым искусственным интеллектом. Никто не обещал, что будет легко. Заканчивалось письмо загадочной, не свойственной для таких документов фразой, что будь в своё время у Империи достаточно таких подготовленных курсантов, возможно Война закончилась бы иначе.
Данила мысленно пожал плечами и упал в кровать. Лениво заползая под него, «курсант» подумал, что дело не чисто с этим чемпионатом. Уже который раз он ловил себя на мысли, что вся эта затея имеет цель отличную от заявленной. Если флот желает отобрать для себя десять лучших игроков и превратить их в настоящих пилотов, то можно было бы просто открыть список лучших. Вышло бы дешевле, проще и быстрее, чем уйму народа (интересно, а сколько нас, прошедших отбор, будет), тащить на орбиту. Что-то такое витало в голове Данилы, перед внутренним взором которого уже проплывала орбитальная станция «База- пять». В каком-то пособии попалась фраза, что проходящего обработку человека в первую очередь вырывают из привычной среды… Но он эту мысль не додумал.
Вернуться к началу Перейти вниз
Харитон

avatar

Сообщения : 81
Дата регистрации : 2011-10-09
Откуда : город-герой Москва

СообщениеТема: Re: Звездный огонь.   Ср Фев 22, 2012 10:52 pm

Звёздный огон. Часть первая (окончание)
Утром Данила проснулся самостоятельно. Пребывая в мутном полусне, размышлялтом, вставать или попробовать заснуть, как раздался звонок. Они уже начали решать за него, внезапно подумал счастливый, но не до конца проснувшийся участник чемпионата, увидев на экране человека во флотской форме. Звонивший имел обвисшее лицо, как бывает при частых перегрузках, тяжёлый и чуть насмешливый взгляд. Чёрно-синяя форма со шнурами, свитыми из маленьких звёздочек и погоны, вернули Данилу в реальность окончательно. До этого утреннего (хотя за шторами давно лучился день), он не считал чемпионат чем-то полностью настоящим. Тот казался притягательным, но каким-то сказочным призом, шансом, намёком на овеществление невозможной по-определению мечты… Не надеялся же Данила на самом деле войти в десятку счастливчиков? И Игра и чемпионат и письма от администрации были частью его внутреннего мира. До этой вот минуты. Увидев человека в форме, здорово захотелось отказаться от участия и крепко подумать над предложениями Нейла.
- Данила Григорьев? – Спросил человек неприятным голосом. Словно он уже замучился общаться с всякими ушибленными головой игроманами, но должен. Скорее всего, так и было. Игнорируя манипуляции Данилы с экраном, призванные слегка прикрыть полуголое, и не ахти как спортивное тело от кадрового военного, космонавт продолжал. – Как человек прошедший отбор на большой чемпионат по игре «Звёздный огонь – Империя», вы должны в трёхдневный срок известить организаторов о своём согласии участвовать. Напоминаю, что в течение двух месяцев вы будете находиться на станции «База-пять». Если вы имеете противопоказания к нахождению в невесомости, вам следует сообщить немедленно. У вас их ведь нет?
Данила чуть растерялся, он как-то сразу настроился прослушать лекцию, которую, вообще-то было бы проще изложить письменно.
- Нет, насколько мне известно, - Ответил он после заминки, когда понял, что ответа от него и впрямь ждут ответа. – И ждать ни к чему, я согласен участвовать.
- Не торопитесь. Вы уже получили файл, где описаны все ваши действия. Не затягивайте, начинайте проходить медосмотр и оформлять бумаги, если в этом есть необходимость. Насколько я знаю, вы не работаете и не учитесь. Это упрощает дело. Есть вопросы?
- Нет, вопросов не имею.
- До встречи на станции, кадет.
Глядя в опустевший экран с мигающим значком письма, Данила подумал, что сказка закончилась и началась жизнь. Интересно, с нами всеми так прощаются?
В письме была подробная инструкция. Участие в чемпионате, как оказалось, не требовало сложных подготовительных мероприятий. Пройти медкомиссию в таком-то центре? Запросто. Тем более, что там уже в курсе, что некий Данила Григорьев скоро явится узнать, а может ли он отправится на орбиту. Остальные пункты письма не представляли интереса. Он не учился и не работал. Проблем с работодателем и учебным заведением быть не могло по-определению.
Приложенный эскиз контракта тоже не представил интереса. Только на графе «Обязанности Организатора в случае увечья или гибели…» взгляд остановился. Вот оно – гибель. Разумеется, космос не самое комфортное место. Слишком сложно для Игры, хотя.... Додумать мысль опять не дали. На экране возник Нейл. Лицо у него было, словно идёт в бой. Только теперь в настоящий.
- Вижу, с тобой уже говорили, - Начал Нейл не здороваясь. – Ты всё-таки участвуешь?
- Да, чего и тебе желаю.
- Зря. Я тебе предлагаю реальную альтернативу виртуальным развлечениям.
- Спасибо. – Заметив, что друг что-то хочет вставить, Данила поспешно добавил, - Нет, правда, я очень тебе благодарен за участие в моей жизни. Благодарен, что стараешься наставить меня на путь истинный и всё такое… Сам подумай, когда у меня ещё появится возможность оказаться на орбитальной станции? Через двадцать лет? Через тридцать? Когда простой инженер-коммунальщик накопит достаточно, чтобы воочию посмотреть на немигающие звёзды? Когда ему это перестанет быть интересным. А тут здесь и сейчас, всего через несколько дней. Так что прости. Я благодарен тебе, но все возможные головокружительные перспективы я отложу на потом.
- Тебя не переубедить?
-Полагаю, что нет. Вы все мне твердите, что игрушки – это что-то ненастоящее. Смотри, как вируальная реальность предоставляет реальные шансы оказаться там и видеть то, о чём большинство наших сограждан может только мечтать… - Данила замолк, не в силах запихнуть в банальные слова всё то, что в этот момент он чувствовал. Как донести до лучшего друга, упёртого материалиста, что после чемпионата, даже если ни одно из призовых мест Даниле не достанется, он будет готов и жить как все, и работать. Нужно совсем малое – прикосновение к чему-то настоящему. Почувствовать себя имперским пилотом и летать в настоящем космосе, например. Нет, Данила не знал нужных слов. А Нейл их бы просто не услышал.
- Иллюзии и краткий миг блаженства против настоящей жизни, я так понимаю твои стремления…
- Да! Собственная жизнь есть у всех, а такая – только у некоторых. Жаль, что ты этого не понимаешь. А я не знаю, как тебе сказать.
- Давай без оскорблений. Я так понимаю, что ты не летишь. Ну и оставайся копаться в своих трубах. Жалко, что группа тебя потеряла. Твой взгляд устремлён в землю, бывший старый друг. Как и у твоей сестрёнки. – Данилу несло. Он вплотную подошел к словам, которые не вернуть обратно. Он был готов выплеснуть все претензии, всю боль, что причинила ему эта семейка. И сам Нейл, отбывавший номер в «Огне», без страсти и убеждения, даже не получая от игры удовольствия, и сестренка его, которая выслушала признание Данилы с терпением учительницы начальных классов. Папаша, который откровенно насмехался всякий раз, как видел Данилу, и матушка с терпением детского врача убеждавшая его что у всех такие моменты были, но все пройдёт, ничто не ново под лунами…
Вероятно, это намерение так отчётливо проступило на лице Данилы, что Нейл, явно вздрогнул и поспешил отключить связь.
- Прощай, старый друг! – Выкрикнул Данила в потемневший экран. – Ползай червяком. Ведь это вы называете «крепко стоять на земле»? Жаль, что не могу забыть вашу гнусную семейку.
Данила опрокинулся на неубранную кровать и сухо расплакался.
Медицинский центр находился не далеко. После того, как Данила немного отдышался после финальной ссоры с Нейлом, он решил ехать обследоваться немедленно. Раньше срока на станцию не отправят, но тем не менее…
Он не встретил усмешек умудренных опытом и возрастом людей. Данилу принял ведущий специалист по космической медицине. Обычно доктор занимался туристами, но никто не обещал, что игроки уже стали кадетами. Такие мысли пролетали в голове Данилы задним фоном, поскольку и это заведение и предстоящее обследование были в новинку.
Поначалу этот осмотр ничем особенным не выделялся из прочих, знакомых ещё по школе. Только психолог, со странным выражением, несколько раз меняя формулировку, спрашивала, а зачем он летит.
- Как зачем? Это мой единственный шанс оказаться в настоящем космосе, а не в виртуальном! – Данила говорил всё горячей. Доктора его красноречие не трогало совершенно. Она явно и не такое видала. В её взгляде всё отчётливей проступало желание препарировать душевные порывы глупого парня и разложить образцы по полочкам в герметичных банках с чёткими наклейками. Все порывы давно изучены и изложены в учебнике. Какие только мании не появлялись за последние десятилетия, когда уйме народа нечем заняться.
- Я хочу летать на истребителе, я хочу сражаться с равными себе. Я хочу пройти в финал и поступить во флот.
- А почему вы решили, что именно вы пройдёте? С чего вы взяли, что достойны такой чести? Чем вы лучше прочих?
- Ничем. Всё решит соревнование. Если я проиграю – так тому и быть. На службу попадут те, кто и впрямь достоин.
- У вас нет настоящего образования. Вы уверенны, что флоту нужны неучи?
- Дело наживное, пустяки.
- Почему вы не занялись этими «пустяками» раньше?
- И где я потом буду прилагать полученные знания? Возится с садовыми растениями, изучать древнюю поэзию, лепить кособокие скульптуры или заниматься математическими абстракциями? Не то. Я выбрал историю войны за наши права. Занятие не хуже прочих. Вы же и сами знаете, что на каждую вакансию приходится не один десяток кандидатов. Повторяя ваш же вопрос – чем я лучше прочих? – Данила начал злиться. Сама мысль, что эта нудная дама может стоять между ним и его мечтой, повергала в ужас. – Эта игра ничем принципиально не отличается от прочих конкурсов на свободные вакансии. Просто служба во флоте меня привлекает куда больше.
- Почему?
- А почему один человек жить не может без гренок с плавленым сыром на завтрак, а другой ограничивается стаканом молока? Почему один человек день напролёт копается в саду, хотя на пропитание ему так зарабатывать необязательно, а другой не может хотя бы помечтать о небе? Ответьте сами на свой вопрос. Наверняка в умных книгах, по которым вы учились эта тема есть. А, может, расскажете почему вы решили, что лучше всех сможете копаться в мозгах?
Выпалив эту фразу, Данила подумал, что провалился. Вся его воля пошла на то, чтобы не позволить лицу дрогнуть. Она не должна догадаться, сверля ничего не выражающим взглядом, что он испугался собственной смелости.
Когда молчание стало затягиваться, психолог внезапно подтянула к себе планшет и что-то быстро написала. Всего несколько слов. Данила не смог прочесть мелькание её пальцев. Он не понял, продолжать ли ему осмотр, или можно отправляться домой.
- Ну что ж, - Опять пауза. На устойчивость что ли она проверяет кандидатов? – Отправляйтесь к своей мечте. Боритесь достойно.
Как Данила оказался в коридоре и что ответил на прощание, он не запомнил. Оказывается, в медцентре жарко.
Дальше – проще. Никаких вопросов, только исследование. Карусели, провода, беговые дорожки. Кажется, докторов не устраивала его физическая форма. Не удивительно – бдения у компьютера приносят пользу только разуму и душе. Вместе с усталостью накапливались опасения и печаль, кажется, его могут и не допустить к полётам. Но всё обошлось. Вечером, чуть не падая от усталости, Данила подумал, что он молодец и скоро будет в небе.
Три дня пролетели быстро. Группа несколько раз собиралась, проводила небольшие сражения с живыми противниками и машинами, но без прежней настойчивости. Как выяснилось, все кандидаты на полёт на станцию отвечали на те же вопросы, что чуть не довели до белого каления Данилу. Всех спрашивали, а зачем им это мероприятие нужно, с чего они взяли, что достойны поступления во флот, и тому подобное. Серг выразился определённо – их проверяли на твёрдость принятого решения. Можно подумать, что их заберут во флот прямо сейчас, а не спустя два месяца. Сам Серг всоё стремление попасть на станцию обосновал просто – туризм. Он охотно согласился, что вряд ли попадёт в финал. Марк, напротив, рвал рубашку на груди и кричал, что он станет пилотом и что наверняка однажды их пошлют в настоящую атаку. Клялся, что не сплохует.
Данила был доволен собранной командой. Вечер перед отлётом они больше болтали, чем сражались. Нейл не появлялся.

Космопорт был построен по некогда модной, «пространственной» архитектуре. При ровном освещении, когда солнце стояло в зените, длинный купол терминала и контрольная вышка казались сделанными из тонких пластинок голубого хрусталя на серебряном каркасе. Когда по полю бежали тени облаков и затрагивали здания, силуэт космопорта размывался, становился нечётким, казался глубже, чем был на самом деле. Контрольная башня казалась летящей над сухой травой и бетоном лётного поля. Ворота в космос. Конверсия маскировочных военных технологий. На рассвете, как говорят, космопорт смотрелся драгоценностью.
Данила любовался переливами призёмистых куполов всё то время, как вагон надземки нес его к космопорту. В космосе такая маскировка не прижилась – дорого и ненадёжно, но на земле размытые очертания плоских куполов и кривой башни впечатляли. Даже со ста метров нельзя было уверенно сказать, сколько этажей в главном корпусе и в какую сторону наклонены стены.
Контроль – без сучка и задоринки. Таможенник усмехнулся с известным превосходством – перед ним человек играющий в игрушки всерьёз. Прочие его коллеги так не считали. Не многие из работников «Небесных ворот» бывали наверху. А эти игроки, которых к удивлению Данилы оказалось довольно много, будут.
Забавное зрелище – погрузка на челнок. Обычные пассажиры – как правило люди средних лет шли степенно. Не суетясь, но быстро. А те кто помоложе (попадались ребята совсем школьной внешности), разбились на две примерно равные группы. Одни возбуждённо крутили головами, явно нервничали, пытались вести себя достойно, но периодически раздавались слишком громкие голоса. Другие держались гротескно серьёзно, попытались образовать некое подобие строя и шагать подчёркнуто уверенно, в ногу, с каменными физиономиями. Они думали, что так ходят настоящие пилоты. У тех и у других получалось не важно. Данила, к собственному неудовольствию, склонялся к поведению первых.
Он это понял, когда вступил на трап. Ему хотелось увидеть, услышать и запомнить всё. Колотила уже знакомая дрожь. Данила очень давно не видел свободного от стен неба. И такого яркого солнца.
Как-то странно, в который раз за последние пару дней Данила подумал, что всё происходящее ему не видится. Что всё происходит на самом деле. Сидя в кресле челнока он подумал, что на этот-то раз точно всё. Так шутить точно никто не будет. И тут же мысленно усмехнулся, что в следующий раз он так подумает на станции. Или в бою.
Списав последнюю мысль на волнение и иррациональный страх, благо перегрузки уверенно росли, Данила отдался новым ощущениям. Он внушал себе, что скоро к перегрузкам привыкнет. И не важно, поступит ли во флот или нет.
Минуты невесомости, когда челнок приближался к станции. На потолке, превращённом в большой экран, было легко наблюдать, как голубоватая звёздочка превращается в пятнышко. Пятнышко плавно превращалось в колёсико, которое больше ни во что не превращалось, а только росло. К моменту стыковки, двойное колесо с четырьмя ступицами закрывало весь обзор.
Покинуть челнок оказалось проблематично – сила тяжести едва ощущалась. Как только ребята стали отстегивать ремни, раздались стуки голов о низкий потолок, к счастью мягкий, и характерные восклицания. Кое как, собравшись беспорядочной, почти невесомой грудой у входа, герои космоса длинными прыжками выплывали на плитки посадочного блока. Кое-как построились. Сразу понятно, что пассажиров тут нечасто принимают - резкий бестеневой свет ламп с низкого потолка, несколько узких проходов с сигнальными лампочками над ними, металлический пол с насечкой и без какого-либо покрытия.
- Станция приветствует соискателей, - раздался жизнерадостный голос. Головы игроков немедленно повернулись в сторону источника – сухощавого человечка в щёгольско сидящей форме. – Мы рады, что вы приняли наше скромное предложение. Сейчас вас разведут по жилым палубам. У вас будет четыре часа времени, чтобы освоиться и оглядеться. Остальные участники подтянутся в течение этого же времени. На полётные палубы пока не заглядывайте – вы пока не прошли инструктаж по технике безопасности. Если кто вылетит по собственной глупости наружу – все остальные отправятся по домам, поскольку наш с вами чемпионат прикроют. Не делайте такой гадости товарищам. Вопросы есть? Вопросов нет.
Появившиеся из боковых проходов крепкие ребята с сержантскими нашивками и неожиданно умными лицами, стали выкрикивать имена. Игроки небольшими группами начали втягиваться в коридор. Различия между образовавшимися в космопорту группами стёрлись. Теперь все одинаково крутили головами и спотыкались о ребристый пол и высокие пороги. Пол чуть заметно вздрогнул – челнок отстыковался. Прочие солидные пассажиры летели на другие станции.
Идти оказалось не далеко, но тридцать метров от посадочного блока до лифтов, ведущих в основную часть «колеса», заняли минут пять. Хорошо ещё, что было за что цепляться. Большой грузовой лифт шел медленно. Сначала его пришлось ждать, когда он поднимется после выгрузки первой партии, а потом медленно спускаться. Только медленно растущая гравитация указывала, что он вообще движется.
Несколько минут спустя конкурсанты оказались в отведённом для них кубрике – несколько небольших смежных комнат на шесть коек в два яруса каждая. Дверные проёмы явно спроектированы под аварийное закрытие дверей. В комнатах по экрану, пара шкафчиков у каждой пары коек, на дверцах плакатчики с эмблемой игры и силуэтами разнообразных машин противников в прицеле. Патриотично и аскетично.
- Располагайтесь, курсанты. – Приведший группу Данилы сержант размашисто указал общее направление. – Собрание через полчаса, на нём вас введут в курс дела. Постарайтесь лишний раз не нажимать на кнопки, чьё предназначение вам непонятно. Станцию не взорвёте, но, говорят, у людей непонимающих что они творят, иногда получается такое…
Все всё понимали, и дружно пообещали незнакомые кнопки не жать и вентили не крутить. Пока все осматривались, и обменивались односложными репликами с соседями, Данила ощутил, что к нему подошли сзади. Подошли и остановились. Он резко обернулся.
- А ты тут что забыл? Смотришь, продолжаю ли играться в игрушки? – Поприветствовал он друга.
- Во-первых, здравствуй, Данила. – Ответил Нейл. - Во-вторых, незачем так шуметь. Я всего лишь признаю частичную твою правоту.
- Поясни. – Данила уловил, что друг говорит что-то новое, но не понял к чему. Изменил своё отношение к игре? Фантастика.
- Разделить твой фанатизм я не могу, сам понимаешь. Зато пара месяцев развлечений за казенный счёт – это совсем не плохо. Действительно, мало народа может себе позволить это на собственные средства.
- Ну, хоть в чём-то я прав. Хотя такое отношение к …
- Знаю, знаю. Зато теперь команда в сборе. Будет кому вас прикрывать. С остальными уже встретился?
- Нет, они прибудут другим рейсом.
- Ничего, пустяки. Ты им говорил о нашей размолвке?
- Не было повода. Да и зачем? Ты же понимаешь, что мне неприятно было об этом не только говорить, но и думать. – Данила медленно приходил в себя. Он уже привык к мысли, что на место Нейла придётся кого-то искать. Он старался не думать о том, что одним другом у него стало меньше. И вот оно – явление. - И ещё я понимаю, что такие люди как ты не склонны к резкой смене решений. Особенно если таковые являются продолжением их собственных личностей. Ты ведь не сгоряча брякнул всё то, что я выслушал. Ты хорошо всё обдумал. Ход твоих мыслей я в целом понимаю. И мне бы хотелось узнать, где находится внезапно возникшая точка соприкосновения наших прямо противоположных интересов.
- Эк завернул. – Нейл держался добродушно и доброжелательно. Даже слишком. – Я не отказываюсь от своей работы и от своего взгляда на жизнь. Я просто подумал, что ты тоже местами прав. Такая возможность представляется редко. Как выиграть в лотерею, только не полагаясь на удачу. Потом, ты относишься к игре очень серьёзно и моё отсутствие усложнит тебе жизнь. Ну а в-третьих, ты сам понимаешь, что шансы пройти отбор до конца невелики. В этом случае,… погоди, не сбивай меня с мысли. Я хочу сказать, что после того как ты налюбуешься на немигающие звёзды и накрутишься в истребителе до тошноты… Прости, до эйфории. Ну так вот, после осуществления твоей маленькой мечты, может, прислушаешься и к моим словам?
- Ты опять… - Данила задохнулся.
- Нет, просто помогаю тебе осуществить твою мечту и надеюсь, что потом ты не станешь от отчаяния вешаться. Ну, если ты не поступишь во флот, у тебя будет запасной аэродром, который подготовил твой верный друг. Такая логика тебя устраивает?
- Вполне. – Данила с трудом сдержался чтобы не добавить ещё пару слов. Коротких и энергичных. – А как двухмесячный перерыв отразится на твоей учёбе?
- Помимо головокружительных перспектив, организаторы игры содействуют сохранению рабочего и учебного места для игроков. К тому же, сейчас каникулы. Я ничего не теряю. И ты не потеряешь. Это я тебе обещаю.
- Спасибо за добрые и разумные слова, старый друг. – Данила со вкусом обнял Нейла. – Я рад, что ты всё ещё с нами.
Они ещё немного поболтали ни о чём, вспомнили половину общих знакомых, выбрали койки по соседству. Сидя напротив друг друга, с неразобранными сумками между колен, они говорили так, словно никогда и не ругались. Прекратили они беседу, только когда перед ними остановились двое. Один из них, разглядывая что-то на экране коммуникатора – наладонника, спросил Данилу:
- Извиняюсь, вы случайно не Дэн Грэгг?
- Обычно меня называют Данилой. Но там, в игре – да, я Дэн.
- Серг, - представился первый, пряча коммуникатор в карман. Весь он был какой-то светлый – светло-серая рубашка, светло-коричневые летние брюки и бежевые туфли. Да и сам он белобрысый и голубоглазый, хоть сейчас на плакат имперских времён, настолько типично-одухотворённым было его лицо.
- Марк. – Представился второй. Противоположность первому – чуть смуглый, чёрноглазый и чёрноволосый, коренастый. Намёк на брюшко, под тёмно-синей рубашкой с искрой указывал, что в Игре он уже достаточно времени. К сожалению, виртуальная физическая нагрузка не заменяет реальную. На этой мысли Данила поморщился. Как говорится, сам такой.
- Ну вот, все в сборе. – Удовлетворённо заметил Нейл, когда церемония взаимного представления закончилась и все расселись на койках. – А знаете, парни, вы точно такие, как я вас и представлял.
- Ты тоже, - Заразно рассмеялся Серг. Все улыбнулись. – Знаете, мне кажется правильным называться здесь игровыми именами. Скучные ребята, одни из миллионов, остались внизу. Тут собрались бравые космические волки. И имена должны быть соответствующие. Я считаю так, а вы?
Марк явно согласился с этой идеей раньше. Данила с Нейлом переглянулись и дружно кивнули. Дэну мысль понравилась.
- Господа курсанты, пожалуйста, пройдите в конференц-зал. – Раздалось из-под потолка.
Зал оказался большим. Самое крупное помещение из уже виденных на станции. Мест на семьдесят. Потолки – ещё чуть-чуть и Сергу, с его ростом, пришлось бы пригибаться. Всё тёмно-серое и почти чёрное. Мрачно.
Откуда-то с противоположной залу стороны вышел уже знакомый по шлюзовому отсеку человек. Теперь он не улыбался.
- Я капитан Лайм Образцов. Дорогие курсанты, пока вы здесь, я отвечаю за вашу подготовку к чемпионату. Некоторые в курсе, а для остальных я поясню основной принцип чемпионата и то, почему на подготовку к нему и на само проведение даётся столько времени. Дело в том, что подобные мероприятия уже проводились. Все они однообразны и легко предсказуемы: сидят люди в большом зале за компьютерами и показывают всему миру (его крохотной и интересующейся такими вещами части) на что способны. Через пару недель о каком чемпионате вспоминают только фанаты. Сейчас всё будет иначе.
Мало кто знает, но многие наши соседи по Вселенной списали нас со счетов. Они полагают, что мы погрязли в роскоши, лени, и убежали от реальности так далеко, что никогда в неё не вернемся. Они думают, что наша молодёжь утратила всякий интерес к реальной жизни и ушла в вымышленные миры. Я смотрю на ваши приятные лица, вглядываюсь в ясные глаза и верю, что вышесказанное не про вас! И мы должны это показать. Именно поэтому вам предстоят не только виртуальные полёты, но и настоящие. Именно поэтому на подготовку отведено столько времени. Мы должны показать, что наши так сказать соперники ошибаются – наш мир есть кому защищать. Вы это покажете.
Данила слушал, краем глаза наблюдая за собравшимися. Да, речь людям нравилась. Личный состав в восторге. На какой-то момент показалось, что заяви капитан, что уже началась война, все парни строем отправятся в ангар, горланя гимн, сядут в машины и бросятся в атаку. Возвышенные слова зацепили даже Нейла. Совсем чуть-чуть, но Данила достаточно знал своего друга и умел читать по лицу. И тут, мысленный взор Данылы зацепился за промелькнувшую было мыслишку. Война. Нужно посмотреть новости, не мелькнут ли сообщения, которые стоит обдумать именно с этой точки зрения.
Речь капитана текла плавно, но громко. Заставляла слушать себя. Казалось, что вот-вот вынесут флаги и начнётся приведение к присяге. Самое смешное, что Данила не чувствовал никакого отторжения. Он готов. Только обман не любил.
- Какая интересная речь, - Обратился Данила к Нейлу. Они сидели за длинным столом из невесомого пластика и поглощали обед. Тот был в точности таким же, как в фильмах про войну. Теперь ты в армии, сынок. – А я ещё удивлялся, кому в голову явилась идея столь дорогого мероприятия.
- Бывает. Сам знаешь, что наш флот шестьдесят процентов от пустынного. Да и марконцы, в случае чего, тоже в стороне не останутся. – Нейл как всегда рассудителен. Он даже отложил вилку. – Ничего не остаётся нашему руководству, кроме красивых и решительных жестов, за которыми нет реальной мощи.
- Ребят, а вам не кажется, что вы слишком серьезно смотрите на простой чемпионат? – Марк, до того с некоторым недоумением слушавший беседу, решил подключится. – Просто такого размаха раньше не случалось. Когда либо это пришло бы кому-нибудь в голову. Реальные полёты, настоящие призы и десять мест флотских пилотов. Ты полагаешь, что отбор лучших из нас не стоит потраченного топлива?
- Может и стоит. – Какую-то логику в словах партнёра Данила признал. - Просто мне кажется, что всё это можно было проделать гораздо проще – просмотрел результаты игровых боёв, подсунул в качестве партнёров настоящих пилотов, проверил, и позвал на собеседование.
- Я думаю, что Марк прав. И Нейл отчасти. – Серг вступил в беседу. Тот только что расправился со своей порцией. – Просто устроили что-то большое, яркое и заодно пустили пыль в глаза всем наблюдающим за нами.
- На какие бы уступки в случае чего не пришлось бы идти, руководство всегда сможет сказать, что без этой игры наш ущерб был бы больше. – Поставил точку в разговоре Нейл.
Данила быстро доел. Спорить ему расхотелось. Друзья правы, каждый по своему. Любой из сценариев мог быть правдой. Он не мог ничего им противопоставить, кроме плохо определяемых словами подозрений. Пусть всё идёт как идёт. Ещё два месяца впереди.
После обеда всем выдавали форму. Игроки (или уже личный состав?) были в восторге - все подкованны в реалиях любимой эпохи, а им выдавали комбинезоны имперских курсантов. Самым интересным было то, что у некоторых на рукавах оказались нашивки командиров звеньев. Получил такую же и Данила. Всё верно, не только он явился на станцию уже со слётанной командой. Остаётся только посмотреть, будут ли они столь же хорошими на настоящих машинах. Время покажет. От Данилы, на груди которого красовалась надпись «Дэн Грегг», уже ничего не зависело.
Вернуться к началу Перейти вниз
Харитон

avatar

Сообщения : 81
Дата регистрации : 2011-10-09
Откуда : город-герой Москва

СообщениеТема: Re: Звездный огонь.   Пн Апр 09, 2012 11:16 pm

Часть вторая. Первый фрагмент
В первый же день начались водные занятия, к концу которых Дэн убедился, что ничего не знает ни о матчасти, ни о тактике. Судя по лицам, ощущения досады и растерянности разделяли большинство курсантов. Впереди намечалась серьёзная учёба и почему-то вспомнилось, как Нейл ругался на нецелевой рассход сил, которые будучи направленны в нужное русло сделали бы Данилу уже профессором. Лучший друг многократно тыкал носом в разные статьи деятелей прикладной психологии. В одной, на пример, утверждалось, что средний игрок тратит в неделю столько же усилий по усвоению виртуальной специализации, что и ответственный учащийся перед экзаменами. Наверное, правда. Некоторые деновы коллеги проштудировали все написанное о войне за последние сто тридцать лет.
Как оказалось в первый же день занятий, этого было недостаточно. Пара коротких вопросов, и курсант садится в лужу. Дэн сел туда первым и теперь размышлял, что пары месяцев в таком темпе может оказаться недостаточно. Судя по лицу Нейла, он думал том же. Типа сколько сил придётся потратить ни на что.
Когда лектор, которым оказался один из сержантов – провожатых, отзывавшийся на имя Ник, (казалось странным, что коротко стриженый, почти квадратный человек с малоподвижным лицом умные слова не только знал , но и грамотно использовал) задал очередной вопрос, со стула поднялась ладная фигурка, Дэн чуть не вскрикнул и только секунд через двадцать выдохнул. Это не Юлиана. Сестра Нейла осталась дома и навещала Данилу лишь в болезненных воспоминаниях. Она слишком взрослая для дурацких игр. Здесь ей не место и чудеса дважды не случаются. Девушка была удивительно похожа на ту, о ком не хотелось вспоминать но не получалось забыть. Особенно со спины.
Да, если прислушаться, и голос другой, немного пониже и не такой отстраненный, не создающий впечатление, что говорят не с тобой. И волосы из каштановых стали чёрными. И железками с программным обеспечением бортовых вычислителей Юлиана отродясь не интересовалась. Помнится, для неё лёгенький сбой карманного коммуникатора был серьёзной проблемой, хотя делов-то.… Не думать, не думать, ведущий звена Дэн. Всё, что ты помнишь, было не в этой жизни и вообще не с тобой, слушай, о чём говорят. Так долго разговаривать с преподавателем не получалось ни у кого.
Стоило только отвлечься от неприятных мыслей и попытаться вникнуть в беседу, как прекрасная сослуживица не сумела-таки ответить на очередной вопрос. Казалась, что она расстроилась и, хотя большая часть курсантов смотрела на неё с удивлением, восхищением, а то и с завистью, закраснелась. Восхищения и откровенного любования во взглядах прибавилось.
- А ничего так отличница, - заметил Марк, когда группа продиралась к столовой. Приходилось лавировать - помещение маленькое, людей много, и сейчас как раз из узких дверей тянулась первая смена. – Вы заметили, что девчонок среди нас нет? А те, что есть…
- Называются своими ребятами. – Серг поддержал друга. – Помяните моё слово. Через пару недель у нас начнётся дурдом на этой почве. Если приглядеться, парней тут процентов девяносто. Так что, сами понимаете. Маленький объём, много народа, все на виду…
- Наверняка организаторы об этом подумали. – Нейл, как всегда, верит в силу разума. – То, что девушек среди нас должно было оказаться абсолютное меньшинство, я мог сказать ещё дома. А ты как думаешь? – повернулся он к Дэну.
Тот пожал плечами. Обсуждение этого вопроса в сугубо практической, чтоб не сказать в утилитарной плоскости, ему показалось кощунственным, но сказать вслух об этом не рискнул. Нейл, скорее всего, прав. До сих пор рганизаторы показывали себя вменяемыми людьми, но что-то в появлении на станции той симпатяги показалось неправильным.
Как ни странно, но в «личное время» в кубриках царила почти полная тишина. Периодически раздающиеся голоса не обсуждали сегодняшний насыщенный день, а по делу. Личный состав учился. У кого на ручном экране танцевали графики мощности двигателей в полях разной гравитации на разных режимах. У некоторых плясали траектории атак, уклонений и точки упреждения. Третьи развлекались со схемами систем управления, блоками и возможными вариантами ремонта как в ангаре, так и в открытом пространстве. Минувшему дню досталось немного выражений типа: «Ух ты, как всё устроили!», «Я чувствую себя настоящим пилотом»! «А комнатки-то могли быть и побольше». Сказать кому дома – не поверят. Помнится, когда такие сцены проскальзывали в старых фильмах, Юлиана громко фыркала и интересовалась тем, а воевали тогда люди или биороботы. Так, не думать Дэн, не думать. В крайнем случае, можно найти ту интересную девушку, терпеливо выслушать, куда она его пошлёт, и избавится от иллюзии узнавания.
- Так, курсанты, - объявил сержант Ник, появляясь в дверях. – Отбой. Многие из вас ночные люди, для которых сейчас самое активное время суток. Это не приемлемо. – В широкой ладони появился кажущийся крохотным пузырёк. – Одна капсула, помещённая под язык, отправит вас в сон минут за десять. Утром вы будете бодры и готовы к работе.
К сержанту сразу потянулись соискатели сна. Дэн тоже взял капсулу красивого прозрачно-зелёного цвета. На вкус она тоже оказалась какой-то травянистой. Лёгкая ментоловая свежесть разлилась по рту и защипала в носу. Дэна словно стало заваливать свежескошенным сеном. С каждым ударом сердца копна на нём становилась всё толще. Ему показалось, что он заметил тот момент, когда окончательно заснул. Снились разные приятные вещи: тесные ангары с полуразобраными истребителями, неопознаваемая мешанина, которую сметали с пластиковых подносов с видимым аппетитом, стрельба, огонь и взрывы. И немигающие звезды, безучастно взирающие на непотребство. Во сне Дэн был счастлив.
Он сохранял это нереальное ощущение большую часть следующего дня, хотя игроков, к которым всё чаще стали обращаться «курсанты», начали учить. Вчерашняя демонстрация всей глубины невежества тех, кто дома мнил (и являлся) подлинными знатоками реалий прошлой войны, был лишь разминкой Но пряник – десять мест во флоте, манил и был достаточным, чтобы никто не роптал.
На станции был универсальный симуляционный комплекс, ввёдший в мечтательное томление даже обладателей самых продвинутых машин. На нём можно было тренировать как пилотов, так и экипажи малых кораблей. Как выяснилось, последние появились на станции недели за три до истребителей. Тихо и без помпы. Все они оказались членами военно-исторического клуба организованного Флотом и ни у кого из ребят не возникало вопросов лететь на станцию или нет. Жалко только, что пообщаться с ними не удавалось. У них была своя программа обучения, жили они чуть в стороне. Встречаться с ними доводилось только в бою. Ребята нормальные, но какие-то загруженные. Не иначе как недалёкое будущее всех игроков. Или всё-таки курсантов?
Учили по имперской программе, как и обещали. Если на глазок, то за пару месяцев и впрямь можно пройти почти полный курс обучения. Большинство игроков достаточно учились дома в мягкой и ненавязчивой обстановке. Но мноие современные вещи приходилось узнавать только сейчас. К примеру общую теорию космофлота.
После вопросов, ответов и общего понимания, что игроки не смыслят в якобы любимом предмете ни-че-го, приступили к лекции.
- Как известно, гермообъем корабля весьма ценен. Чем он больше, тем лучше - корабль мощнее, имеет большую автономность и массу других преимуществ. Поражаемая площадь внешней обшивки, напротив, должна быть минимальной. Е ё желательно защищать броней. Отсюда простой вывод - корабль должен иметь форму шара. Большинство внеатмосферных гражданских кораблей таковую и имеют. С боевыми все сложнее. Требование максимальной функциональности никуда не делось, и в этом вы еще убедитесь, а вот с защитой сложнее. Нельзя сделать броню максимальной везде. - На экране появилась схема. Круглый корабль атаковали со всех сторон. Он держался. - Однако, спрогнозировать энергию снаряда, которую броня призванна остановить, невозможно. Скорость сближения противников может доходить до сотен километров в секунду. Такие бои редкость, за прошедшую войну достоверно известно о четырех, причем один закончился столкновением с обломками пораженной цели. - На экране появилось замедленное раз в сто изображение атаки. Ракеты и снаряды вынырнувшего из Изнанки мартовского крейсера разносили марконского визави в клочья. На противоположной от места поражения стороне корпуса возникали твердые, острые даже на вид лезвия огня и гейзеры обломков. Крейсер взрывается. Мартовец полыхнул маневровыми двигателями отклоняясь. Столкновение с большим фрагментом борта. Еще один конус обломков полетел по Вселенной.
- Столкновение произошло с фрагментом главного броневого пояса и отсюда следует продолжение лекции. - На экране появился корабль в разрезе. Фрагмент борта рывком приблизился. Стали видны технические колодцы и прилегающие к борту отсеки. Как оказалось, бортовая броня была не ровной, а бугристой.- Вы видите, большая часть поверхности корпуса имеет слабую защиту, рассчитанную на малые метеоры, осколки и еденичные снаряды легких сил либо на тяжелые, догоняющие корабль с малой скоростью. Для противодействия высокоскоростным снарядам корабль занимает такую позицию, что бы подставлять противнику Броневой пояс острым углом.
Дэн, глядя на иллюстрации слов лектора, подумал, что "пояс" больше похож на крышку. Сам корабль на срезе походил на два гриба, срезанные под самой шляпкой и соединенные обрезками друг с другом. Верх и низ, соответственно, были бронированными. Корабль в боковом положении с чередованием плоских участков с вырезами под орудиями напоминал двустороннюю пилу.
Когда лектор завершил рассказывать о пассивной защите современных кораблей и связанной с этим тактикой боя, настало время вопросов. Дэн примерно знал, что хотел спросить, но пока формулировал, его опередили. Опять девушка, так похожая со спины на Юлианну, уверенно поднялась. По характеру задаваемых вопросов стало понятно, что не известно кто победит в учебном поединке, хотя Дэн был в себе уверен, но в том что касается железа, он не стал бы с ней тягаться. Лектор, после ответов на вопросы аудитории, даже предложил Инне Прин в свободное время заглянуть в ангар, для более детального изучения предмета. Дэн, исколотый не пойми откуда взявшейся ревностью, просочился к месту "урока". И был глубоко потрясен, когда увидел девушку в обществе лектора, бортинженера станции и нескольких игроков. Они действительно копались в железе, тыча пальцами в большой экран, дававший увеличение выбранных узлов. Дэна заметили, махнули ему рукой и пришлось присоединиться к взыскующим Знания, хотя он больше думал о собственной глупости. И об Инне.
Летели дни, тренажеры сменялись лекциями, а потом снова были тренажеры. Играть, дома и сидя на кресле, зажатом между нескольких подвижных колец, имитировавших круговерть космического боя, суть разные вещи. Он дико уставал, но был доволен. Если бы не мысли об Инне Прин, то Дэн сказал бы, что попал в рай.
Он никогда не произносил в слух и предпочитал не признаваться самому себе, что всю жизнь, стех пор как начал любоваться девушками, люто завидовал тем, кто умеет завязывать отношения на ровном месте. И вообще и с красивейшей половиной человечества в особенноти. Последнее было о бидно. Вроде Данила все делает правильно, но контакт носит исключительно светский характер. Доброжелательный, но не ближе известных границ. . те, у кого получалось, порой казались Даниле небожителями, или любимцами богов как минимум. Ну а себя юноша определял неудачником. Та, годовой давности история с Юлианной была последней и наиболее последовательной попыткой изменить положение. Последней оттого, что сил на повторрное унижение не было. Так казалось Даниле до прилета на станцию. Он так страдал от собственной комуникативной недостаточсности, что порой пропускал обращенные к нему вопросы. В итоге боги, до которых тут наверное все-таки ближе, что бы не говорили теологи, раздраженные безастоновочным нытьем в свой адрес, плюнули в сердцах. Как усталые родители: ну на тебе, на, только не ори!!! После очередного неответа Дэна включили в группу дополнительного занятия. Инна тоже была там и помогала преподу.
Дэн знал, что ничего не выйдет по определнию. Да, появилась тема для беседы, да обстановка рабочая и продолжительнй контакт будет естественым. Но он же не один там, вокруг полно народа более привлекательного внешне, более привычных к завязыванию отношений. Да и вообще, соотношение полов как один к шести не оставляло Даниле никаких...
- Инна, пни нашего мечтателя! - рявкнул мастер-инженер. Он был явно из кадровых военных и приходил в ярость когда его не слушают. Девушка с откровенной радостью исполнила приказание. Могла бы без фанатизма, подумал Дэн, потирая колено, по которому прошелся твердый башмачок.
Это было тем пунктом, котрый Дэн и вообразить не мог. Дальше пошло по накатанной дорожке, которая изобиловала поворотами, Густыми кустами и укромными уголками, заставлявшими замирать сердце в нежности и восторге, для которых нет подходящих слов. Да, Инна была куда более опытна в таких делах и почему-то сделала свой выбор. Сыграла ли свою роль Дэнова увлеченность, вроде азарта карточного игрока, некие неизвестные личные качества или, как заметил глядя в потолок Нейл, она увидела в нём то, чего не было у других... Кто знает. Об этом Инна и Дэн не говорили. Впрочем, порой казалось, что они попали в сюжет. Как бывает в книгах и фильмах: встречаются Герой и Героиня просто так, по работе, но зритель, наблюдая за перепитиями, встречами и деловыми ссорами, совместнями обедами и авантюрами, размолвками и примирениями, сразу понимает все и сразу.
Прочие соперники отпали как-то сами с собой. Не то чтобы они просто так признавали поражение. Возможно, тут сыграли старые традиции воспитания и образования. Сто тридцать лет после окончания войны, длительная фрустрация усталого и побежденного народа не могли не привечь внимание деятелей, призванных не выпускать зверя недовольства. В итоге, социальный мир граничил с сонным цартсвом. Все, ранее заинтересованные в Инне игроки приняли её выбор как нечто естественное, никто не предлагал Дэну "выйти и разобраться". И так летели дни, наполненные учебой и паузами редких свиданий где и как придется.
День начала игры был обставлен торжественно. Вечер накануне курсанты носились как подстреленные: чистились, гладились и тому подобное. За утюгами выстраивались очереди. Возмущение некоторых, что, мол, существуют иные способы сделать одежду нарядной и аккуратной, отсекались. В конце концов, не в санаторий попали. Не смотря на неудобства, в воздухе витал праздник.
Утром подъем был на час позже. Завтрак вызывал неопределенные ассоциации с чем - то классическим. Где-то упоминался омлет с беконом. Среди гражданских такое меню ныне не в моде, а тут возрождались традиции.
Парадный зал, где обычно проводили построения, потерял украшения и плакаты. Все те же низкие потолки с пучками труб и голые металлические стены. Только добавилась небольшая трибуна у самого входа. Кто-то за спиной Дэна назвал это соружение воротами в Завтра.
Он наблюдал, как курсанты строятся, почти без вмешательства инструкторов. Смотрел на напряженные и какие-то светлые лица и подумал, впервые в своей жизни подумал, что ему нравится находиться среди людей. Он перестал называть собравшихся игроками даже мысленно. Он дома. Он среди своих и очень жалко, что Нейл, стоявший рядом и за все утро не проронивший и десятка слов, так не думал.
Друг явно разочаровался во всем мероприятии и только хотел одного - домой. Жалко. Дэн отыскал глазами в строю напротив Инну и постарался ободряюще улыбнуться. Она ответила быстрым и каким-то нервным оскалом. Искренним и напуганным.
В ту же минуту из висевших открыто динамиков зазвучали мерные аккорды. Государственный гимн Марты вообще-то был другим. Его чуть фривольные переливы стали объектом шуток с самого принятия, после войны. Сейчас медленно и торжественно наливалась волной совсем другая музыка.
Даже если не вслушиваться в слова, легко представлялось штормовое море. Низкое небо, набегающие валы и люди в легких скафандрах стоящие на коленях у кромки прибоя. Остров Избавления. Первый день на планете. Согласно легенде, именно рокот набегающих волн стал ритмом гимна. По той же легенде, он был сочинен в тот же день. В первый день в новом доме.
Курсанты стояли неподвижно и казались выше, чем были в начале. Старый имперский гимн соединял их со всеми поколениями предков, что жили и умирали во все те времена, что звучала эта музыка. Дэн больше не сомневался, что предстоит нечто большее, чем чемпионат.
Гимн смолк, и через мгновение его сменила тяжелая барабанная дробь. Дверь открылась и два знаменосца, уверенно печатая шаг, вошли и начали обходить строй. Они несли два флага - Марты и ее флота. Восходящее над морем солнце и планета под золотой звездой описали круг и замерли с обеих сторон трибуны, за которой уже стоял человек в генеральской флотской форме. Дэн не заметил, как он вошел.
- Курсанты! Настал тот день, которого все мы ждали. Да, именно мы. Командование флота внимательно следило за вашими успехами. Это потрясающее зрелище, смотреть, как ограняются таланты. Вы оправдали наши ожидания. Вы сделали шаг к элите нашего флота. Сделали уверенно.
Дэн слушал, и его вера становилась не просто крепче. Словно уже прозвучали слова, что именно они, собранные в этом зале должны сказать решительное "Нет" неправомерным притязаниям алчных соседей. Словно война уже накачалась.
Генерал говорил проникновенные слова о чести и доблести, о верности и о неколебимом следовании Пути. Они отзывались где-то глубоко в душе. Находили отклик где-то там, где сказочные богатыри бились с мифическими чудищами. Там, где гнездились полузабытые детские ощущения. Об этом Дэн подумает только вечером, а сейчас он слушает речь.
Он плыл по волнам и от него ничего не зависело. Дэн замечал, что на лицах курсантов одно и тоже выражение и догадывался, что сам выглядит так же. Оно перетекало от какого-то болезненного внимания к сосредоточенности, а потом к угрюмой решимости. Лица то белели, то краснели. Глаза Инны сверкали.
Генерал казался просто рупором, передающим не свои слова, гулом ветра, извещавшим о приближении шквала. Воплощеньем чудовищных сил, встающих на ноги и разминающих мышцы. На протяжении всей речи ни разу не было произнесено слово "Игра".
Под конец курсанты расписались в какой-то книге, поклонились знаменам и отправились на ангарную палубу. Дэну показалось, что прямо сейчас их бросят в бой. И, судя по лицам, не он один.
Разумеется, никакого боя не было. В смысле настоящего. Курсантов быстро разбили на две команды, внесли в бортовые вычислители разделение на "красных" и "синих" и устроили бой строй на строй.
Дэн не понял, чем они стреляют. Снаряды вылетали из стволов с положенной скоростью, оставляли за собой трассирующий росчерк и попадали в противников. Взрывались зрелищным фейерверком, не нанося реального вреда.
Пребывая еще под впечатлением речи генерала, он чувствовал себя духом, парящим в гуще сражения. Впервые с момента прибытия на станцию, он не управлял истребителем, а был им. Перегрузки ощущались, но как-то отдельно. Пока оставался в сознании, они ему не мешали.
Противники попались под стать. Со стороны могло показаться, наверное, что он с парочкой расправился играючись, но это было не так. В какие - то не то сотые, не то десятые доли секунды Дэн успевал понять, что именно мгновения отделяли его от того, чтобы и самому выйти из боя. Тем не менее, он побеждал.
Последний из звена "врагов", тоже одержавший несколько побед, оказался крепким орешком. Дэн уже почти ничего не видел от перегрузок, кроме мигающего окраинного маркера. Машины уже выходили за предписанные нормативы нагрузок, поскольку большая часть боекомплектов и топлива были израсходованы. Две машины крутились друг вокруг друга, стреляли даже одиночными и не могли взять верх. В самом начале дуэли Дэну показалось, что он владеет инициативой, что только мастерство уклонений противника не дает ему победить. Именно казалось. Довольно скоро он почувствовал, что любой миг может стать последним. Они уже маневрировали в опасной близости от станции, и гибель могла стать настоящей. Враг Дэна, смиренно позволявший висеть у себя на хвосте, явно был готов в любой момент развернуться вокруг оси и даже пару раз начинал разворот. Дэна пока спасала реакция. Во всем рисунке боя он узнал что-то знакомое. Он сталкивался с чем-то подобным в Игре. Уж не тот ли это пилот, который притаился у рудного астероида и его чуть не сбил? Похоже.
в какой-то миг Дэн пропустил маневр противника. Слишком увлекся очередным виражем, слишком поверил, что дело в шляпе. Кабина, в которой можно было различить вражеского пилота, оказалась напротив. Стволы брызнули огнем. Дэн не стал уклоняться и ответил. Фейерверк имитаторов попаданий не дал ему разглядеть, попал он или нет. На табло надпись: «сбит", машина перестала слушаться управления, и повернула в сторону ангара. Бой окончен.
В зале было шумно. Курсантов "Отпускало". Некоторые без устали болтали, не интересуясь слышат и их или нет. Другие жались к стенам, опираясь о них, а иногда и садясь на корточки. Руки тряслись. Дэн был из последних.
Чуть позже, когда демонстрировали запись боя, как общую, так и каждого индивидуально, выяснилось, что Дэн все-таки ответным огнем поразил противника. Дорого продал свою жизнь. Перед отбоем даже организовалась пирушка. Никто не огорчался, что был сбит. Все считали себя прошедшими боевое крещение. Чуть омрачило веселье короткое сообщение, что две машины столкнулись.
Большинство не забивали себе этим голову. Никто не верил в реальность смерти и считали что "погибших просто отправили домой. Просто, для полного реализма сделано всё так, что никто не видел, как они собирают вещи и улетают. Дэн так не думал. Он был готов реально таранить того верткого парня. Что-то ему подсказывало, что безаварийная автоматика, просто не успела бы среагировать в случае умышленного столкновения. Те парни погибли на самом деле. А жаль.
Режим изменился сразу же – на следующий день было предложено пробежать на круг больше обычного. Дистанция стала увеличиваться настолько же каждые три дня. В эти дни Дэну и Инне стало резко не до друг друга. Первого сочли недостаточно физически развитым (а раньше об этом и не заикались) и назначили курс ускоренной терапии. Всё тело ломило как при болезни. Самое смешное, что пока двигаешься – ничего, а вот как присядешь… Курсантам выдали специальные наушники и теперь лекции слушали и во время полета.
- Что, ребята? Тренажёры и астрофизика не совместимы при одновременном приёме? Привыкайте. Вам придется слушать, а некоторым и отдавать приказы в сложных условиях. В бою, под перегрузками, не отпуская гашетку. – Тон сержантов тоже изменился. Меньше стало игровых моментов. Больше требований, предполагавших только беспрекословное подчинение. Игрокам такое было странно и неприятно, но все терпели. – Что было сказано минуту назад? – Хватался несчастный игрок, которого ждал лишний круг пробежки, если он не отвечал на вопрос. Впрочем, как говорили люди опытней основной массы, до настоящей армии игрокам было как до дома пешком.
Инна проходила похожий курс. Оба к «свободному времени» напоминали сам себе пересушенные сухофрукты. Если бы после приёма присяги у Дэна и оставались какие-то сомнения, то они бы уже развеялись. То, чему учили перед этим, оказалось просто разминкой. Все сложности устройства скафандра, например, оказались просто ознакомительным курсом. Оказалось, что в районе груди не десять слоёв, которые надо знать поимённо, а сорок пять. Оказалось, что истребитель, до того представавший чуть ли не монолитом, просто наборное устройство из элементов порой меньше ногтя. Одно утешало: знать их все не требовалось. Только назначение и тот ремонт, что можно было выполнить, выйдя из кабины в «полевых» условиях. Сиречь в открытом космосе.
- Знаешь, - сказала Инна во время случайно совпавшего у их групп обеда. Теперь и ели не по расписанию, а как придётся. Или это расписание такое – когда между завтраком и обедом могло пройти от четырёх до семи часов. – Мне кажется, что «финальный зачёт» - С лёгкой усмешкой в голосе. – Будет довольно скоро. Месяц-полтора.
- С чего ты так решила? – Дэн был недоволен. Через три минуты прикажут встать, отнести подносы на мойку и марш на занятия.
- Курс наших занятий рассчитан на примерно такой же срок. Я технарь, ты не забыл? Цифры не для всех тёмный лес. Разумеется, подготовить квалифицированного техника за этот срок нельзя. Это ни к чему. Но научить немного разбираться в матчасти – можно. Какой блок полетел – подскажет бортовая машина.
- А если откажет она?
- Тогда пилот разлетится атомарной пылью по вселенной. Не перебивай. Я слышала, что у нас будет новый предмет. Название какое-то странное – «политинформация». Ты не знаешь, а что это?
- Популярное объяснение личному составу, а что они делают за … дцать световых лет от дома. Почему воюют, а не растят кактусы, не балуются печатным словом, не изучают искусство любви до изнеможения, на пример. – Дэн уже поднимался. - Даже если ты права, это ничего не меняет для меня. Я знаю, за что мы будем сражаться.
- И я. – Произнесла Инна в спину Дэна со странной интонацией.
Если до этого, в личное время перед сном, курсанты новости не смотрели, то теперь им это вменили в обязанность. Раньше - перекидывались в картишки, обсуждали тренировки, проверяли форму или читали. На включённые экраны обращали внимание разве что на спортивном разделе. Теперь под просмотр программ выделили время. Курсанты должны были сидеть и смотреть. Самое печальное – не заснешь. Мастерство репортеров и комментаторов выросло странным рывком. Внимание словно приковывалось к сюжетам. Дэну при просмотре первой же передачи подумалось, что для них сняли специальный выпуск. Так это или нет – не узнаешь. Сеансы связи сократили без объяснений. за те пару минут, что выделяли в сутки каждому, много не расспросишь.
Новостная картинка была построена по простому принципу противопоставления. Показывали простую жизнь простых обитателей Марты. Чего греха таить, для многих, заметивших перемены последнего времени, жизнь дома уже начинала казаться нежной сказкой. Деятели теленовостей эти мысли всячески поддерживали. Что ни покажут – выставку цветоводов, работу предприятий и ресторанов, больниц и школ, во всём сквозила такая неприкрытая любовь, такая сентиментальная чувственность, что на глаза наворачивались слёзы. Новостные выпуски можно было считать маленькими фильмами о том, как хорошо там, вдалеке. Дома. Так и тянуло добавить, «за вашими крепкими спинами, ребята». А может, через сто или тысячу лет эти программы будут иллюстрациями к рассказам о «золотом веке». Как знать. Лица зрителей разглаживались. Расслабленно, но жадно, глаза ловили каждый кадр…
Другая половина сюжетов была посвящена тому, что вся показанная умиротворённая красота под угрозой. Каждый день сюжеты посвящённые иммигрантам начинались с одной и той же фразы: - «Согласно пункту тринадцать мирного договора…». Дальше слова шли разные, но с общим смыслом, что законных мер противодействия у властей Марты нет. Договор есть договор. Пустынники намекают на возможность подкрепления своих требований силой.
носилках – вдали зелёно-голубые переливы Морских Башен Нейра, одного из архитектурных чудес ранней Империи. Знакомые всем фонтаны, пляшущие под «Бал светлячков» в самую короткую ночь в году – мусорная куча, справляющий нужду у стены человек, безобразные надписи на стенах. Чьих это усилий дело – без комментариев. И так ясно. Через неделю таких уроков, стали раздаваться голоса, что чего это они тут играются в игрушки, когда их место дома.
Дней через десять после принятия присяги, вся тёплая компания собралась в пустом кубрике. Инициатором был Нейл, высчитавший, когда у всех шести человек свободное время совпадёт.
- У нас мало времени, жители этого кубрика скоро вернутся с занятий. Не знаю, замечали ли вы, но нас готовят не к игровому чемпионату. И давно.
- С чего ты взял? – Серг явно не ложился только потому, что сидел на чужой койке. Он хотел спать – сегодня его группа тренировалась в групповом поисковом полёте. Восемь часов в открытом космосе. Скучать не приходилось. Начальство их развлекало то беспилотными зондами, то авариями, то ниоткуда возникающими врагами. Весь полёт – сплошное напряжение. – Всё оказалось сложней, чем мы думали, да. Но что с того?
- А то, что нас готовят как настоящих пилотов. Нас отобрали на планете, отправили сюда, теперь учат. Нас готовят к войне. Я это понял только сегодня. Слишком не вероятно
всё было, я отмахивался от мыслей, когда те возникали раньше.
- И что стряслось? – Дэну стало смешно. Друг произносит все эти очевидные банальности с такой серьёзной миной…
- Мне запретили возвращаться домой. Всякий раз, когда я пытался поговорить об этом «чемпионате» с отцом, поделится сомнениями, что-то случалось. То какой-то вирус проникал в систему и всё отключалось, то меня срочно вызывали из-за какой-то ерунды. Когда я дозвонился и отец все мои недомолвки сложил в правильную картину, пообещал, что всё наладит, я радовался. Это было два дня назад. Сегодня он сказал, что только я, один из всех, могу вырваться с базы. Я попытался. Мне отказали. Сказали, что нет свободных шатлов. Когда я предложил оплатить перелёт из собственного кармана, на меня посмотрели как на идиота и громко повторили, что шатлов нет. Меня, дескать, могут отправить домой только с попутным транспортом. Это было утром, перед занятиями. Час назад я спрашивал о попутных рейсах. Представляете, они «забыли» отправить соответствующий запрос. – К концу выступления Нейл даже покраснел и начал слегка заикаться.
- Но ты решил собрать нас раньше, чем узнал эту новость? – Инна как-то странно улыбалась. Они с Дэном сидели на одной койке, взявшись за руки и сплетя пальцы. Дэну постоянно требовалось напоминать себе, что Нейла всё-таки надо дослушать.
- Да. Тогда я думал, что попрощаюсь. Теперь говорю о том, что скоро война. Мы пушечное мясо, а не игроки. Даже не курсанты.
- И что с того? – Серг ненадолго вынырнул из дрёмы. – Это у тебя было неплохое место дома. У меня нет. У Дэна и Инны нет. У Марка тоже, как я знаю.
Последний, согласно кивнул. Разговор и ему не был интересен. Актёрские потуги Нейла прошли мимо цели.
- Ребята, вы меня слышали? Вой-на! Вся эта «политинформация» - нам рассказывают о том, как плохо ведут себя мигранты. Нам рассказывают, что мирным путём мы ничего с ними поделать не можем – пустынники не допустят. Что будет, когда нам прикажут атаковать?
- Выполним приказ с честью. – В голос ответили Марк с Сергом. Сказали и одновременно встали. – Прости, друг. Мы - спать.
Нейл растерялся:
- Но вы-то понимаете, о чём я?
- Ага. – Ответила Инна, кладя голову на плечо Дэна. – Будет война и скоро. Мы не игроки, а курсанты. Я знаю. Я догадалась об этом за четыре дня до принятия присяги. Ты удивляешься, что тебя не пускают домой? Ты присягал. Ты потерял часть своей свободы. Смирись. Убежишь – станешь дезертиром. Ни один суд тебе не поверит. Ты не заметил, что генерал ни слова не сказал про игру? Было много сказано про честь и долг, но ни слова про Игру. Будь у меня тогда сомнения – они бы исчезли. Прикажут атаковать – я не поколеблюсь.
- Как ты поняла? – Нейл явно начинал мысленно шарить руками в поисках пресловутой соломинки – он тонул. Наверное, нелегко было понимать, что он, весь из себя умный и рациональный, такую важную вещь понял позже недалёких товарищей.
- Я люблю железки, как ты знаешь. Я зашла в ангар, посмотреть, как собирают новый истребитель для тренировочных полётов. Я спросила у техника, зачем такие пустые объёмы в хвосте у корней крыльев. Тот удивился: - « Для боезапаса». Приглядевшись и потрогав руками, я убедилась, что узлы подвески оружия в полном порядке. Устанавливай пушки, крепи ракеты и лети в бой.
- А я догадался ещё дома. – Дэн не стал ждать, пока друг спросит его. – Слишком дорогое удовольствие этот чемпионат. Для его проведения не надо было прогонять нас через детальную медкомиссию, отправлять на станцию, учить по старой имперской программе.
- Ребята, вы понимаете, что такое война? Это ужас, смерть, лишения. У нас нет шансов. Наш флот слишком мал. Тайно понастроить истребители ещё можно. Тяжёлые корабли – нет. Все верфи под наблюдением. Нам не победить.
- Ты думаешь, что наши лидеры выжили из ума? – Дэну становилось скучно. Инна быстро затопляла его сознание. – Агрессивная война – преступление. Если проиграем, то их всех призовут к ответу. Думаешь, они предпочитают свои апартаменты тюремным камерам? Если готовятся к войне, значит, они просчитали все шансы. Мы просто не знаем, на что возлагаются надежды. Это правильно. Всему своё время.
- Мы можем погибнуть.
- Можем. Но можем и победить. Скажи, что лучше – медленно и красиво разлагаться, как было последнюю сотню лет, или попробовать что-то изменить? Пусть и дорогой ценой, но вновь превратится в один из ведущих миров? Я согласен рискнуть. Это мой выбор. А теперь пошли, хозяева кубрика возвращаются.
- Но как же…
- Нейл, - Инна стала злиться. – Мы твои друзья. Но не веди таких разговоров с другими, прошу тебя. Сам сказал – война. Подрывные разговоры штука серьёзная. Я не проводила исследований, но большинство девчонок тоже будут сражаться не колеблясь. Прости, но ты в меньшинстве.
Дэн с Инной ушли не оглядываясь. Им предстоял поиск очередного укромного места, где можно остаться вдвоём. Несчастный, растоптанный Нейл, со своими никому не нужными открытиями, побрёл в кубрик один.
Дни шли за днями. Курсанты на удивление быстро привыкли к новшествам. Даже вопросы, а когда же начнётся собственно чемпионат, раздавались всё реже. Дэну начинало по-настоящему нравиться служить. Ночами, когда его особенно сильно ломало от вколотых препаратов, ему казалось, что он наконечник копья, который то суют в горн, то лупят молотами, то кидают в обжигающе-ледяную воду.
Нейл пару дней носится по станции и проповедовал о скорой войне. Его слушали. Слушали и задавали те же вопросы, что и друзья. И что с того, что нас готовят к настоящим боям? Дома делать-то особенно нечего. А так – впереди настоящее, захватывающее дело. Другие не верили, третьи повторяли слова Дэна, что правители-то не идиоты. Готовят войну, значит, верят в победу. Игроки все интересные моменты объясняли потрясающим реализмом и славили организаторов. Через пару дней Нейл затих. Интересно, что ни сержанты, ни иное руководство не проявило никакого интереса к подрывным речам. Дэну даже подумалось, что они использовали друга в качестве опросчика и остались довольны результатами.
Его занимали в основном две вещи: полёты и Инна. Именно в таком порядке. С первым всё было понятно – сидя за штурвалом, он порой испытывал такие чувства, что порой посмеивался сам над собой. Порой ему казалось, что за тонкими стенками кабины гудит вакуум. Он знал, что этого не может быть по определению, как и рёва двигателей. Но продолжал слышать. Как писали в книгах о предыдущих войнах, он не летел в истребителе, не машина подчинялась штурвалу, а он, Дэн, летал сам по себе.
Инну он воспринимал как часть полёта. Как часть любимого космоса. Если полёт был подобен разговору с Вселенной, то даже ритуальный обмен фразами в столовой был подобен полёту. Дэн не знал, куда его несёт, но отчётливо ощущал движение. И это было прекрасно.
Где-то через неделю после того памятного разговора с Нейлом, Дэн обратил на друга внимание. Что-то в нём изменилось. Исчезла растерянность, появившаяся после пропаганды пацифизма. Нейл стал бодр, уверен в себе и почти весел. Дэн не сразу понял, что заставило его обратить на друга пристальное, не повседневное внимание. Тот улыбался.
- Рад видеть, что хандра тебе оставила. А то смотреть было больно. В тебе проснулся патриотизм – хорошо.
- Ничего во мне не просыпалось, не надейся. – Ответная улыбка Нейла была скорее оскалом. – Делай, что должен и будь что будет, как говорится. Я сделал что мог. Домой меня не отправят. Придётся торчать тут с вами. Может, даже постреляю всемте с вами. Только пойми одно – затея наша пуста.
- Но ты же передумал дезертировать?
- Ага. Буду продолжать прикрывать тебе в спину. А то поддашься щенячьему восторгу и попрёшь вперёд, не оглядываясь.
- Спасибо друг. – Дэн почувствовал, что его отпускает напряжение. Что-то ему не понравилась такая перемена в наст
Вернуться к началу Перейти вниз
Харитон

avatar

Сообщения : 81
Дата регистрации : 2011-10-09
Откуда : город-герой Москва

СообщениеТема: Re: Звездный огонь.   Пн Апр 09, 2012 11:21 pm

- Спасибо друг. – Дэн почувствовал, что его отпускает напряжение. Что-то ему не понравилась такая перемена в настроении Нейла. Боролся с милитаризмом и вдруг передумал. Не в его правилах. В спину стрелять не будет и то ладно. – О большем я и не прошу.
- Всегда на здоровье. – Нейл ответил с по-прежнему неопределимым выражением. Не то издевается, не то что-то недоброе придумал.
Новостные ролики постепенно становились всё агрессивней. Свободное время отменили, добавив лишний час на сон. Теорию почти свернули, только иногда, во время долгих перелётов, пилоты слушали записанные лекции. Всё время отдавалось практике. Ближний бой, когда машины чуть не сталкивались во время боевых разворотов. Дальний – невидимая дуэль на радиоволнах, бледные отметки на экранах и помехи, в которых захлёбывались бортовые вычислители. Атака тяжёлых кораблей – хаотичное перемещение и стрельба из пушек в одну точку, куда потом влетит ракета с охотника или снаряд с тяжа. Или наоборот – рассеянный огонь по огневым точкам, а кто-то другой отработает по голым бортам. Прикрытие тяжёлых кораблей – всё то же самое что и в ближнем бою, только не приближайся к своим слишком близко. Системы распознавания хороши, но есть такая штука как перегрев. По статистике учебных боёв, три процента сбитых приходилось на дружественный огонь. В хаосе реального боя должно быть больше. Последние маневры Дэну нравились больше всего. Маневрировать с противником между трассами «дружественного огня» оказалось на редкость увлекательно.
Не смотря на своё потрясающее чувство машины, стать первым не получалось. Где-то второй десяток. Нейл, не смотря на весь свой скепсис, был даже повыше в табели о рангах. «Закрытая спина». Он не просто рассыпал ловушки, ослепляющие чужие ракеты. Он несколько раз сбивал их таким неподходящим оружием.
В одном из тренировочных полетов опять пришлось маневрировать внутри конструкций станции. Дэн нравился себе. Он был в полном восторге от того, что опять перестал чувствовать себя пилотом в машине, а стал ею. Он крутил спирали, чувствуя как крылышки изгибаются под перегрузкой. Слышал, как стонет многослойный металл.
Дэн работал лучше обычного. Он влет срезал первого из противников, когда тот запустил в упор ракеты и уклонялся от вероятных обломков. Ракеты тоже прошли мимо. Дэн на двадцатой секунде боя короткой, всего в четыре снаряда очередью сбил еще одного. По-настоящему, попав точно в сопло. Снаряды хоть имитационные, но какой-то вес и силу взрыва имеют. Керамическая облицовка поцарапала Дэна. Щекотно, подумал он.
Паря в гуще боя, изящно срезая одного условного врага за другим, беря упреждение чуть в сторону от указанного вычислителем и не ошибаясь, Дэн чувствовал себя кем-то из младших богов. В старой мифологии, восходящей едва ли не к эпосу легендарной Земли, были духи, обозревавшие поля сражений. Воздававшие по заслугам, как героям, так и трусам. Как они назывались, Дэн не знал, но верил и чувствовал...
Еще разворот, все, не спрячешься за антенной, дорогой. Ты последний у меня на сегодня, надо и ребятам хоть кого-то оставить. Что, пустынник, развернулся и стреляешь мне в лоб? Как не вежливо, ты думал, что наш "бублик" только для тебя родное место? И я умею уклоняться. Вот так, мазила. Держи подарочки. Умничка, ложный переворот через крыло, чтоб я другую точку упреждения взял. Не получилось, я случайно промахнулся, щас поправлюсь. Прости за задержку...
машины крутятся так близко к станции, что их выхлоп опаляет краску. Пару раз Дэн обо что-то царапнулся. Странно, что все еще жив. По настоящему, а не в кавычках. На какой скорости пара лишних миллиметров смертельна. Противник крутится и укорачивается, убеждая преследователя, что тот мажет случайно и победа близка. На очередном облете станции, а бой уже закончился, "сбитые" и победители следили за дуэлью двух лучших пилотов, машины чуть не столкнулись. Дэнов противник резко крутанулся и дал форсаж. Открыл огонь. Снаряды прошли между конструкциями истребителя. Как удалось избежать столкновения, Дэн не понял. Автоматика уже с неделю ограничена так, что от таранов почти не защищает.
Он успевает сбросить скорость и не дает сесть себе на хвост. Машины, увлекаемые инерцией, уходят в сторону Марты. Они крутятся в воображаемом шаре не больше двухсот метров в поперечнике. Короткие очереди прямой наводкой, без каких либо расчетов. Ни тот, ни другой не попадают. Дэн пытается сблизиться. Это ему удается. Он ловит в прицел толстый крест вражеской спины, украшенный эмблемами, и жмет гашетку...
Противник исчезает. Нет, не взрывается, не выходит из боя сопровождаемый надписью "поражен". Машины не отбрасывает друг от друга проснувшаяся система предотвращения столкновений. Просто - был, и нет.
Дэн крутится на месте, меняет скорость. Включает форсаж - никого. И только теперь в наушниках удается расслышать смех.
- Все, бой закончен. Пилот Дэн проиграл личную схватку. - Констатировал распорядитель полетов.- Командный бой - ничья по очкам. Хотя пилот Дэн и сбит, но он единственный кто сумел нанести учебными боеприпасами реальный ущерб второй категории. Все в ангар.
И тут потрясенный Дэн увидел, как машина противника выплывает из-под него. Все то время, пока он искал пропажу, тот легко состыковался брюхо - брюхо и заставил бортовой вычислитель скрупулезно, до сотых долей секунды, повторять дэновы маневры. Наверное, со стороны это смотрелось смешно. Дэн представил, и чуть не заплакал от злости. И беспомощности. Он неудачник. Он хотел развернуть машину на врага, теперь настоящего врага, и таранить его, поскольку нет иного способа наказать. И не мог. Во-первых, он в памяти навсегда останется мстительным идиотом, во-вторых, убивать очень хорошего пилота накануне войны - страшный грех, в-третьих, где-то глубоко внутри, благоразумный парень, которого и в покое слушать неохота, шептал, что это ведь тренировка. Возможно, в вероятно недалеком настоящем бою этот парень будет его прикрывать. Возможно, жизнь отдаст за Дэна. Тем не менее, когда побежденный вылез из кабины, его первым побуждением было направиться к причалившему врагу и выяснить кто круче на кулаках.
Его остановила открытая улыбка. Светловолосый крепыш, вылезая из кабины истребителя – победителя, протянул Дэну руку.
- Ник Лайтинг. Ты хорошо сражался. Прости за тот маневр – не смог удержаться. Ты зря так огорчился. Я налетал на настоящих тренажерах и в истребителях больше, чем ты наиграл в свою игру. Ты не мог меня победить. Прими это.
- Но ты… - Дэн, постепенно теряя запал. Он сам не знал, что хотел сказать. Обвинить противника в насмешке? Ничего неподобающего Ник не совершил. Бывало, даже во время «полётов» на тренажёрах, курсанты кричали в адрес противников такое…
- Что я? Ну пошутил. Ты входил в десятку лучших курсантов. Надо было тебе показать, что на твою силу может найтись сила большая. – Ник приобнял Дэна за плечи. Под тяжёлой рукой тот чуть поёжился. – Знал бы ты, сколько народа гибло, поддавшись самоуверенности... Что далеко ходить? Расслабься, один раз тебе удалось меня убить. Погибнув самому, это верно, но тем не менее…
Дэн споткнулся и остановился.
- Так это ты был? В бою после приёма присяги?
- Я. Что я говорил про самоуверенность? Я не верил, что кто-то из вас может меня сбить. За что и поплатился. Это ещё один урок, постичь который можно только на практике. Всегда есть место случайности. Ты не должен расслабляться, даже когда противник точно в твоих руках. Тем более что ты не знаешь, кто с тобой сражается. Ладно, держись молодцом. Щелчок по носу лучше, чем снаряд между глаз. Не так ли? Мне надо к командованию.
- Постой – Дэн упёрся ладонью в широкую грудь. – Дома, когда шел отбор на базу, это я с тобой сражался?
- Догадливый. Молодец, нам нужны не только хорошие пилоты, но и люди с головой на плечах. Скоро для нас всех, – взмах вокруг, - наступят интересные времена…
- Знаю. Не иначе война скоро?
- И многие так считают? – Улыбка пропала. Ник напрягся так, что Дэн чуть не испугался по-настоящему.
- Некоторые. Другие полагают, что и впрямь предстоит чемпионат. Ни те, ни другие о будущем не беспокоятся.
- Это хорошо. Только всё равно не стоит об этом трепаться. Ты согласен?
– Конечно. Мы верны Марте.
Ник снова улыбнулся и скрылся в проходе, ведущем на «верхние палубы».

С момента принятия присяги прошло десять дней. Курсанты честно бегали по кругу, сидели в аудиториях, летали и сражались. Иногда их разбавляли настоящими флотскими пилотами, вроде Ника. За бои начисляли очки и баллы. Многие верили, что все это и есть тот чемпионат, для участия в котором, они и прибыли на станцию. Утром одиннадцатого дня, во время завтрака, к курсантам вышел командир станции.
- Внимание. Сегодня некоторые из вас перейдут на следующую фазу соревнования - дальний полет. Один переход через Изнанку пространства. Те, кого не будет среди сейчас названных мной курсантов, не огорчайтесь. Сначала полетят лучшие. До остальных очередь дойдёт. У нас только один корабль-носитель.
Ответом ему был восторженный рев. Если не более пары процентов населения Марты бывали на орбите, то совершали дальний перелет вовсе единицы. Ходили самые не вероятные слухи об ощущениях, которые испытывали там. Всем хотелось посмотреть и почувствовать, каково это. Там вместо нормального времени и пространства тянутся какие-то другие, позволяющие сжимать парсеки в дни и недели пути.
Среди названых счастливчиков были и Дэн и Нейл. Даже немного странно, ведь Нейл не совсем благонадежен...
Они тренировались весь день в обычном режиме и только вечером, после ужина, им велели собираться. Непривычно молчаливый сержант провел всю группу в двадцать человек в технические отсеки станции. Курсанты раньше не бывали здесь, где пристыковывались корабли - автоматы, снабжавшие станцию. Если прочие, знакомые сектора станции, были функциональными до неудобства, то здесь все стазу почувствовали себя лишними. По тесному проходу шли гуськом, самые высокие пригибались. Со всех сторон только голый металл. Когда курсанты прошли этот туннель, в него тут же устремился грузовой вагончик.
Недоумение отображалось на лицах, никто не понимал, зачем их надо было вести катакомбами. Ведь есть нормальные коридоры. Но спросить вслух никто не решился. Через пару минут курсанты оказались на крохотном пятачке свободного от контейнеров зала. В паре метров от них источал нездешний, не земной холод, борт транспортного корабля. В борту был открыт маленький, опять же не предназначенный для людей, лючок.
- Ну вот, мы с вами и прощаемся, парни. - Голос сержанта был тих и сдержанно-печальным, напряженным. - Считайте, что это ваш выпускной экзамен. Ну, или последний зачет. Вернувшись, не только вы сами и ваши друзья, но и руководство, будет называть вас не иначе как пилотами.
Сержант пожевал губами, явно собираясь что-то сказать. Не нашел слов и просто махнул рукой к люку. Взгляд у него был такой, словно он хотел запомнить каждого, кто проходил мимо него. Запомнить если не навсегда, так надолго. Лицо какое-то закаменевшее, в пятнах, которые, наверняка, были красными, но мертвое техническое освещение превращало их в синяки или трупные пятна. Сержанту явно хотелось выдавить из себя какое-то напутствие. Но он не мог. Дэн скорее почувствовал, чем подумал, что в учебный полет так не провожают.

Вернуться к началу Перейти вниз
Линдор Айвендил

avatar

Сообщения : 2486
Дата регистрации : 2011-06-03
Откуда : Энроф

СообщениеТема: Re: Звездный огонь.   Сб Апр 14, 2012 1:00 pm

В общем, я заинтересовался. Хотя мне кажется, есть длинноты. Но все равно интересно. Особенно - что задумал Нейл.
Вернуться к началу Перейти вниз
http://www.diary.ru/~tairent/
Харитон

avatar

Сообщения : 81
Дата регистрации : 2011-10-09
Откуда : город-герой Москва

СообщениеТема: Re: Звездный огонь.   Сб Апр 14, 2012 8:58 pm

Спасибо. Длинноты, а где?
Вернуться к началу Перейти вниз
Харитон

avatar

Сообщения : 81
Дата регистрации : 2011-10-09
Откуда : город-герой Москва

СообщениеТема: Re: Звездный огонь.   Пн Апр 16, 2012 9:47 pm

Часть вторая. Окончание.
Оказаться внутри настоящего транспорта, который унесёт их к другой звезде, было сущим разочарованием. Те же низкие потолки, что и на станции. Обшарпанные контейнеры, на которых свежими пятнами выделялась непонятная маркировка, узкие проходы. Встретивший курсантов человек показался Дэну современной версией лешего – хозяина металлического леса. Рост по плечо, небритое лицо, заляпанный комбинезон – явно никогда не летал на пассажирских лайнерах, там в чести порядок и показная аккуратность.
- Ну, здравствуйте, герои Пространства. Я буду вашим гидом, стюардом и командиром на время перелёта на борту СТ-112. Не советую злоупотреблять моим вниманием. Прошу за мной.
Оттараторив приветствие, человек повернулся и быстро засеменил по проходу между контейнерами. Курсанты пытались поспевать, но провожатому приходилось несколько раз останавливаться и поджидать постоянно обо что-то бившихся и ругавшихся сквозь зубы подопечных. Идти пришлось довольно далеко. Загадка, как они не потерялись в этом лабиринте.
- Ну вот, располагайтесь, - провожатый обвёл рукой помещение, тесно заставленное койками в два этажа. – Здесь вы проведёте следующие несколько дней. Сколько – не спрашивайте. То знает только командование. – Из замасленой сумки появился контейнер с информ-диском. Человек сунул его в руку Дэна.– А это то, что вы, военные, называете «красным пакетом». Когда прибудем на место, его следует вскрыть, вставить в планшет и действовать так, как там сказано. Пойдемте, покажу вам машины.
Ещё несколько поворотов и, так и не успевший оправится от такого доверия, Дэн с товарищами оказался в туннеле. Он имел те же стандартные размеры, что и всё вокруг. Только стенки явно усилены подпорками, а по полу шли рельсы. С одной стороны, на них в ряд стояли истребители, с другой – глухая стена.
- Внешний шлюз. Ваши птички прокатятся по рельсам и окажутся снаружи. – Пояснил провожатый. - Во время полёта только здесь и в вашем кубрике будет воздух. Подробное описание этого сооружения в ваших планшетах. Всё, возвращаемся. До старта четыре минуты.
Немного оторопевшие, представлявшие новое задания совсем иначе, курсанты вернулись в кубрик. Из скрытого динамика их известили, что до старта две минуты с секундами.
Машинально легли на койки и пристегнулись. Через установленное голосом время навалилась тяжесть. Корабль отстыковался от станции и начал полёт.
Дэн переживал начало нового этапа обучения спокойно. Сам себе удивлялся. «Красный пакет» не жёг карман, он спокойно слушал ощущения от перегрузок, наступившей потом невесомости и медленно нарастающей силы тяжести когда «барабан» корпуса стал раскручиваться.
СТ - средний транспорт, на котором есть и пассажирские каюты. Неподготовленные люди плохо переносят невесомость, а сила тяжести формируется только вращением. Даже смешно – к далёким звёздам летаем, а другого способа борьбы с невесомостью не придумали. Когда полёт начался, курсанты выдохнули и занялись привычным делом. На станции сейчас уже отбой. Значит, пора спать.
Утром явился «стюард» с подносом саморазогревающихся пакетов. Немного развлёк новостями, поскольку от информации пилоты были отрезаны. Вероятно, он делал это затем, чтоб подопечные не сошли с ума взаперти. Иной причины приносить еду Дэн не нашел - Складировать пакеты можно было рядом с кубриком. Хранятся же там скафандры и БК к истребителям. И снова вопрос – автоматов заряжания нет, а в ручную одну машину придётся снаряжать часа два.… Какая странная «учебная миссия». Заодно космонавт сообщил, что на изнанку они перейдут через два часа. Нет, это такая штука, что можно и на полный желудок. Последнее утверждение всех здорово разочаровало.
Согласно предоставленным планам, отсек, в котором находились курсанты, занимал процентов пять трюма. На схеме была труба, в которой находились истребители – половина длинны «барабана». Сбоку маленький прямоугольничек – жилой блок соединённый тонкой линией коридора, но откуда появляется так и не преставившийся человек из команды корабля, непонятно. Всюду за пределами зелёной зоны был серо-голубой цвет – вакуум.
Время ожидания протянулось в напряжении и когда ожили динамики, все уже были пристегнуты. Изнанка несколько разочаровала: ни тебе откровений свыше, ни райского наслаждения, ни муки. Вообще ничего – сон без сновидений. Так бывает, когда спишь несколько минут, а тебе кажется – часов. Так и переход был похож на такой вот сон. И часы это подтвердили. У одних прошло несколько секунд, у других минут. Всё это давно известные вещи и обсуждать новые ощущения не пришлось. Сплошное разочарование. Вероятно, рассказывая про Изнанку, ветераны пугали новичков. Традиция.
За следующие два дня курсанты отоспались, исследовали каждый квадратный сантиметр выданного им пространства и успели начать скучать. Провожатый приходил как часы с завтраком, обедом и ужином. На вопросы о корабле не отвечал. О том, где они находятся, тоже. О цели полёта узнать предстоит из «красного пакета», и вообще, «мы люди маленькие».
Странную скуку испытывали курсанты. Спали много - часов по четырнадцать. Нейл даже заподозрил, что им тут в еду или в воздух что-то добавляют. А в остальном вели себя так, как будто такое время препровождение в обычно. Вялые разговоры ни о чем, рассказанные и услышанные много раз анекдоты, сочинения писем домой, чтение, иногда даже вслух. Они детально изучили вверенную им матчасть. Убедились, что машины заправлены, вооружены и загружены. Садись и лети.
Все эти странности никак не влияли на охватившую курсантов апатию.. Из вялых разговоров Дэн узнал, что причиной отбора для первого вылета вне системы именно их послужило не только мастерство. Все собранные в кубрике, тем или иным путём пришли к выводу, что игровой чемпионат был только предлогом собрать побольше патриотично настроенных молодых людей и обучить их лётному мастерству. Зачем? Это вслух не произносилось, но витало в воздухе. Действительно, зачем тренировочный вылет маскировать. Зачем личный состав вести техническими коридорами? Чтобы никто не заметил.
Со времён последней войны мирами–победителями был установлены контроль и наблюдение за всеми потенциально военными объектами. За сотню лет контроль ослаб, но сохранялся. Разный: и инспекции, и дистанционное зондирование. Разумеется, скопление такого числа потенциальных пилотов на одной из баз скрыть было нельзя. Разумеется, именно поэтому чемпионат и не скрывали, а напротив, рекламировали. Во всех местах скопления людей, будь то на планете или на орбитальных объектах, установлены системы наблюдения. Согласно одному из бесчисленных пунктов мирного договора, к этим системам наблюдатели могут подключиться в любой момент. Могут и обратить внимание, что большая группа игроков собирается куда-то далеко лететь. В технических же коридорах наблюдения нет. В эту версию легко вписывалось и нахождение на борту сугубо гражданского корабля истребителей и устройств их запуска. А это уже превращает мирный СТ-112 во вспомогательный военный корабль… Тоннаж военно-космического флота давно был выбран. Полёт полностью, совершенно не законен. И кадровых пилотов послать не могли. Двадцать человек неизвестно куда направившихся, могли возбудить не нужное любопытство. Тем более, если верить новостям, в последнее время на фронтах дипломатии творится что-то непотребное. Будут ноты, проверки. Наверняка, отсутствие игроков объяснят всем желающим самым убедительным образом: не прошли на следующий этап, не выдержало здоровье, запросились домой сами. Возможно, прошения Нейла тут сыграют на руку. Возможно, что какие-нибудь ряженые изобразили их отлёт домой обычным челноком. Мнения курсантов разделились. Недосказанность положения рождало паранойю.
В конце третьего дня заключения к медитирующему в кабине своего истребителя Дэну подошел Нейл.
- Спишь? – Общая апатия отразилась и на старом друге. Он задал вопрос, лишь отдавая дань традиции.
- Нет, размышляю… с закрытыми глазами. В одной старой книге, чуть ли не с Земли, один пилот говорил, что он относился к кабине как к священному месту, которое может стать его гробницей. Вот, пытаюсь почувствовать дух этой святыни. Угадать, какому богу тут стоит молиться.
- К тому, кто ведает устройством душ мёртвых в загробном мире. Особенно тех, кто участвует в неправедной войне.
- Допустим, пока она не началась. А потом, мы просто выполняем приказ.
- Именно. Все военные преступники с зари времён говорили это – приказ отдан, мы ничего не могли поделать, кроме как его выполнить. Ты слишком умён, чтобы искать в этом оправдания.
- А я и не ищу. Я хочу, чтобы наша прекрасная Марта была такой, какой мы её знали. Хочу, чтобы она была ещё прекрасней. Хочу, чтобы никому в голову не пришло, что наши земли можно населить пришлыми людьми. Я желаю…
- Ну да, - перебил друга Нейл. – Смотри выпуск боевого «листка номер…».
- Хорошо, - Дэн устал от скепсиса. Устал ждать, что этот вот разговор должен состояться. – Что ты предлагаешь?
- Предлагаю расстаться с детскими иллюзиями насчет мудрых правителей. Предлагаю трезво взглянуть на вещи. Предлагаю вспомнить, что такое соотношение сил нашего и флотов соседей, исключает возможность хоть какого-нибудь нашего заметного успеха. Нам не поможет ни выучка, ни гениальная тактика, даже если поверить, что и то и другое у нас традиционно присутствует. Предлагаю со всеми договориться миром. Возможно, стоит побряцать оружием. Показать всем, что игнорирование наших интересов может обойтись дорого. Не более того. А то мы тут летим в трюме как пираты. Как преступники без рода и племени. В случае поимки, мы не будем иметь никаких прав.
- Полагаю, руководство всё продумало. – Дэну были неприятны слова насчёт пиратов. Он себя в таком качестве не оценивал. – Твоя же семья, насколько я могу судить, имеет отношение к вершителям наших судеб. Откуда такой скепсис?
- Именно оттуда. Те, кто нами правят, не боги. Они могут ошибаться и ошибались. Просто вы об этом никогда не узнаете.
- «Вы» - это кто?
Нейл запнулся. Он использовал явно не то местоимение, которое собирался. Сказал от чистого сердца. Непростительно.
- «Мы», я хотел сказать.
- Ага. Хорошая схема выстраивается. Твоя добрая сестрёнка тоже на что-то такое намекала. Что у «вас» с «нами» нет ничего общего. Мне ещё тогда стало интересно, за кого это ваша и ей подобные семьи «нас» держат. За домашних животных, что ли? – Дэн почувствовал, как из его горла готовы вот-вот брызнуть слова, которые не вернуть назад. Не замолить никакими извинениями. Он и не знал, что его так задели слова и любимой и нынешние Нейловы…
- Ты лучше о другом подумай! - Нейл почти закричал. В голосе мука. – Подумай, почему я, всё время твердящий, что эта игра не для твоего ума, что ты себя губишь, принял в ней участие сам. Ты лучше подумай, почему я столько раз предлагал тебе разные способы устроиться в жизни. Почему именно я оказался рядом, когда ты твёрдой походкой шёл по парку и приглядывал сук, на котором стоит повеситься. Кто втянул тебя в эту игру, чтоб ты забылся, а потом пытался вытащить на свет Божий? Подумай об этом. – Нейл резко развернулся, не давая вставить ни слова, и чуть не бегом покинул пусковой коридор.
Дэн сидел оторопевший. Что-то такое старый друг сказал, что оставило саднящую царапину на мозгах. Мир потерял чёткость. Если раньше – увлекательная игра, смутные представления что все будет хорошо, неприятные и глупые предложения Нейла были чем-то простым и уютным. Теперь всё расплылось. У Нейла оказались свои планы, расходящиеся с дэновыми. И он действительно был рядом в самые тяжелые моменты жизни. Дэн не задумывался над этим, друг был приятным дополнением к его жизни.
Он долго сидел в кабине, созерцая пустоту внутри собственной головы, а через какое-то время Дэн спрыгнул на пол и был готов продолжить разговор. О, ему было много чего сказать дорогому Нейлу. Он, как и многие люди, не входившие в элиту, имел своё мнение о «слугах народа». Он много мог сказать о заносчивости и о презрении. О лёгком недовольстве некоторых лиц близких к «правительственным коридорам», что им на улицах не кланяются и не уступают дорогу. О странной поверхностности дорогой Нейловой сестрёнки во всё время знакомства. Дэну тогда казалось, что к нему относятся как к курьёзной собачке, которая может говорить. Говорить что угодно, но не иметь права голоса.
Дэн много слышал и знал, что есть люди, которые живут как все, не являясь ими. О псевдопростой одежде, ценой в несколько месячных окладов, бывшей эквивалентом шпаги и кружев далёкого прошлого, отличавших дворян от «подлого» сословия… Дэн много чего имел сказать. Он прав, Нейл всё это время прикидывался другом. Он был исследователем, антропологом, «подружившемся» с одним из дикарей. Он хорошо относился к подопытному, лечил его от хандры, когда тому было плохо. Дикарь принимал Нейла как равного себе. Но тот знал, всегда знал, что где-то далеко есть не просто родная и знакомая жизнь. Там, за морями и горами кипит жизнь настоящая. А здесь, среди человеческого болота, булькает и воняет работа. Работа, повод проявить любопытство, источник будущих премий, монографий и восторга: - «Как вы смелы, дорогой Нейл, вы не побоялись сблизиться с ними. Не побоялись запачкаться. Испытали свою волю и разум в поединке с тупыми мыслями и идеями человеческого стада, над которым мы Богом поставлены»…
Так, или примерно так думал Дэн, направляясь к кубрику. Он собирался потребовать, чтобы Нейл вышел с ним, или вытащить его силой. Он намеревался многое сказать. Он пылал праведным гневом. Он в первый свой настоящий вылет не чувствовал себя лучше. За спиной что-то скрипнуло. Дэн рывком обернулся. Металлическая панель, которая выглядела частью монолитной стены, отошла в сторону, а за ней появился стюард-провожатый и ещё четверо. Первым из них шёл Ник.
На ловца и зверь. Привет. – Опять широкая улыбка. Дэн почувствовал, что его гнев слабеет. Ник хорошо улыбался, вкусно. – Ты чего такой хмурый?
- Да так…
- У нас не бывает мелочей, поделись со старшими товарищами.
- Да с другом поссорился.
- С тем самым пацифистом?
- Да.
- Ничего, мы ему поможем преодолеть страх. – Весомый хлопок по плечу. – «Красный пакет» при тебе?
Дэн похлопал по нагрудному карману.
- Даже не посмотрел что там? Молодец. Хороший пилот, дисциплинированный. – Хотя Ник не переставал зубоскалить, чувствовалось, что он искренен. Его товарищи молчали. Они не улыбались. – Пошли, посмотрим, что на диске.
В кубрике процессию встретил шумный вздох. Ожидание кончилось. На диске оказалось задание – каждый из настоящих пилотов возглавляет малую истребительную группу. Задача – патрулирование в приграничных секторах. Действовать предполагалось на значительных расстояниях от корабля-носителя – того самого транспорта, следующего с постоянной скоростью в рамках разрешенного коридора. Цель патрулирования – отслеживание активности вероятного противника, возможный перехват его судов. Основной объём диска был занят картами. Кто понимается под «противником», сказано не было. Нейл с Дэном оказались в одной группе под руководством Ника.
Вылет был назначен через час. Его предварял обед, который, как пишут новостных лентах, прошел в дружеской и весёлой обстановке. Ник оказался знатоком анекдотов. Изголодавшиеся по свежей шутке курсанты веселились от души. Даже Нейл посмеивался. Дэну стало легче на душе. Из-за шуток обед стал затягиваться и Ник продемонстрировал всем свою серьёзную ипостась и велел поторапливаться. Оказалось, что он может быть не менее сосредоточённым, чем его товарищи. Оказалось, что голос его может звенеть не только от веселья, но и от командного металла. Дэн, ни к месту, вспомнил, что смог – таки сбить его. Пусть и ценой собственной «жизни». Есть повод гордиться, но не хотелось.
Подготовка к вылету, благодаря дням скуки, прошла быстро. Всё оборудование уже прошло проверку и перепроверку, а истребители были заправлены ещё на станции. Ракет не брали, а БК к пушкам уже был погружен. Садись и лети. Так и сделали после короткого инструктажа.
- Ладно, я знаю, что все вы ребята верные и проверенные, поэтому буду краток. Соблюдайте радиомолчание. Помните, чему вас учили. Держитесь меня. Не бойтесь ничего. Возможно, вы об этом дне будите рассказывать внукам. Всё.
Интересное напутствие, подумал Дэн, залезая в скафандр. Застёгивая с помощью специального устройства шов между лопаток, он посмотрел на Нейла. Лицо того выражало готовность следовать Пути. Вот только, доказал бы кто, что у них с уже бывшим другом дорога одна.
Из кабины Дэн наблюдал, как в коридоре зажёгся красный свет – опасность. С наружи откачивался воздух. Только слабая дрожь кабины свидетельствовала, что вблизи работают мощные механизмы. Вакуум и стекло фонаря надёжно глушили звуки. Машина Дэна стояла второй в строю, после Ника и он хорошо видел, как открываются широкие ворота. За ними, в чёрном квадрате проёма, кружились звёзды.
Истребители коротко прокатывались по рельсам и проваливались в темноту. Центробежная сила их разбросала в стороны, но они быстро и привычно собрались в строй. Ведущий повёл их куда-то в сторону основания Маятника, едва узнаваемого под этим ракурсом. Когда истребители были внутри следа транспорта, вспыхнули маршевые двигатели. Маскировка. Дальше летели по инерции. Было тихо.
После ссоры с Нейлом и невысказанных в его адрес претензий, внутри Дэна наступила напряжённая тишина. Он машинально проверял курс, дистанцию до других членов группы и координаты, продолжая думать о своём. Его слабо заинтересовало только то, что он по-прежнему не знал, где находится. Никаких планет, лун и прочих крупных объектов поблизости не наблюдалось. Подсекаться по звёздам оказалось неудобно. Разброс получался чуть ли не четверть светового года. Не иначе как что-то с навигационной программой. Её проверяли, но если настоящий профессионал захочет что-то скрыть от простого пилота, он это сделает легко. По всему выходило, если использовать логику, что пиратский рейд проходил на границе сектора пустынников. Это если допустить, что отношения с ними и впрямь обострились до предела. Других приемлемых объяснений всем странностям, от которых успел устать, Дэн не находил. Они патрулируют ближайшие к Марте точки перехода из сектора пустынников. Не зря Ник что-то сказал про внуков.
С момента начала межзвёздных перелётов прошло не то триста, не то пятьсот лет. С момента создания вменяемой сверхсветовой навигации и того меньше. Откуда следует, что первые полёты были игрой в рулетку. Поэтому один транспорт заблудился и оказался на Марте. Одна из шуток Изнанки заключалась в том, что там можно было находиться неопределённо долго. Абсолютный рекорд принадлежал имперскому лёгкому крейсеру «Каскад» - сто тридцать два дня бортового времени. Четырнадцать лет времени независимого. Вероятность успешности этого полёта, подсчитанная задним числом, составляла что-то около сорока процентов. Теоретически, галактику можно было пересечь лет за двадцать внешнего, независимого времени. Практически – вероятность успешного выхода из Изнанки будет каждый год уменьшаться в половину. Случай с крейсером это подтвердил – они вошли в прыжок без расчетов.
Риск сохранялся даже при коротких перелётах. Поэтому корабли ходили серией прыжков. Лайнеры довели свою безопасность до пяти девяток, транспорты чуть меньше. Вышли – пролетели некоторое расстояние в обычном пространстве и обратно в Изнанку. Коридоры полётов известны. Дэн находился в одном прыжке от Марты. В долгом прыжке, раза в два длиннее обычного. Иначе координаты были бы другими. Что бы ни говорил Ник, скорее всего, их задание – перехват. И, будем надеяться, что бескровный.
Шел третий час полёта. Ничего не менялось. Специфика глубокого космоса – лети хоть год на предельной скорости, тебе будет казаться, что висишь на месте. Транспорта не видно, отсчитывать координаты неоткуда. Дэну тут нравилось с каждой минутой больше. Вокруг базы летать – красиво. Марта в полнеба, огоньки других станций, бессчётные отметки на экранах.… Тут ничего. Радары, конечно, не работают – маскировка, но будь они включены, всё было бы также. Пустота. Жалко, что на базе курсантов не проверяли на способность переносить долгое ожидание неизвестности, когда из всех органов чувств остаётся только зрение, транслирующее в мозг одну и ту же картинку. Дэн давно уже не чувствовал скафандр, перчатки на руках, маску на лице. Смешной случай, когда во время учебного патрулирования один курсант начал в голос орать детские песенки, уже не вызывал улыбки. Дэн боролся с соблазном сделать хоть что-то. Врубить форсаж и почувствовать, как тело растекается по спинке кресла, на пример. Запеть, выругаться, спросить Ника, сколько на его часах времени. Но, разумеется, ничего подобного Дэн не сделал. Он решил сосредоточиться на том, что его окружало – на пустоте.
Много странных мыслей пришло ему в голову. Например, он всерьёз задумался о формах жизни, которые должны появиться здесь, вдали от звёзд и планет. Дэн, как сторонний наблюдатель, смотрел за тем, как в его голове начинает складываться не только внешний вид таких существ, но и мифология. Он посмеялся над собой, когда пришёл к выводу, что планеты должны казаться Пустотникам подобием ада – не холодно, как в пространстве между галактиками, и не жарко, как вблизи звёзд. Никак. Гравитация большая, но не слишком. Всё серёдка на половинку. Мучительная недосказанность и неопределённость. Чистый кошмар. Как и в этом полёте.
Что надо было делать истребителям – совершенно не понятно. Получи Дэн приказ «перехватить и уничтожить», было бы легче. Возможно, поскольку говорят, что в первый раз спустить курок, или нажать на гашетку, непросто. Это беспокоило. Дэн был полностью лоялен, но не знал, сможет ли выстрелить по-настоящему. А возможность пострелять, словно Кто-то Принимающий Решения подслушал мысли, представилась тут же.
Слабая вспышка спектрально чистого, но неопределимого цвета на экране предупредила о материализующемся корабле. Практически перед звеном истребителей. Одно из свойств Изнанки – стороннему наблюдателю кажется, что корабль вышел в обычное пространство какое-то время назад. Приборы не помогали. Зафиксировали выход, но всегда кажется, что корабль здесь уже какое-то время. Говорят, что некоторые диспетчера сходили с ума, пытаясь заметить сам момент перехода. Дэн не почувствовал безумия, только лёгкое головокружение, тут же прошедшее. Наверное, это от того, что корабль оказался слишком близко.
По экрану уже бежали строчки – дистанция, тип корабля, состояние вооружения, размеры. Дэн видит лайнер и без оптики – сплюснутый чемодан, как их иногда называли. Чуть заострённый, расширяющийся к корме и главным двигателям, куцые крылышки.… Вот она – цель перехвата. Ник только подтвердил догадку.
- Работаем. Дэн и Нейл – Левая-задняя четверть сфера. Остальные за мной. Соблюдать молчание.
Среди множества звёзд загорелись новые. Маленькие, холодные и очень злые. Удачный выход лайнера позволял не использовать форсаж. Истребители приближались к нему, оставаясь пока необнаруженными. Корабль следовало взять в «коробочку». Запуск прыжковых двигателей обнаруживается до перехода. Всегда можно успеть выстрелить.
Лайнер смотрелся уже размером с чашку на расстоянии вытянутой руки. Фирменная красно-серебрянная раскраска выглядела почти кощунством в чёрно-белом космосе. Три ряда иллюминаторов безмятежно сияли в пустоту. Стилизованные барханы на крыльях – компания «Самум». На сканере частот что-то появилось. Ник передал на корабль сообщение. Они не успели ответить.
Двигатели Нейла полыхнули, и он начал разгонятся в сторону лайнера. Друг что-то задумал.
- Нейл, назад! – Это уже Ник.
- … Переведите свою систему связи в режим ретрансляции. Имею срочное сообщение. – Нейл говорил торопливо, но слова произносил чётко. Словно читал по шпаргалке. А может, и вправду что-то заготовил. После разговора в ангаре вид у него был решительный. И систему связи настроил. Дэнов сканер частот только зафиксировал ответ лайнера, но не дал звук. – Повторяю, правительство Марты начнёт агрессию против вашего мира в ближайшие дни. Рядом с вами пять готовых к перехвату истребителей. Дайте ретрансляцию.
- Люди свободного мира, к вам обращаюсь я, - После очередного ответа лайнера голос Нейла задрожал. Скотина! Как он только сумел выговорить эти проклятые слова, которые даже на уроках истории не произносятся вслух, а читаются учениками про себя. Сто тридцать лет назад именно с них начиналось требование безоговорочной капитуляции. Друг действительно принял решение.
- Нейл, не делай этого! – Дэн орёт так, что оглушает самого себя. Он бросает машину вдогонку, зная, что не успевает. Сообщение-то короткое.
Должно быть, за машиной Дэна тянулся факел форсажа в две длины корпуса. Точно так же, как бегуны по разным дорожкам, неслись сквозь ставшее плотным время и его мысли. Дэнов стало несколько. Один вёл истребитель, слишком медленно догонявший мятежного, теперь уже точно бывшего друга. А другой…
Последний разговор с Нейлом стал реальным, будто происходил прямо сейчас. Все те слова, что пришли в голову за минуту до появления Ника, словно оказались выкрикнутыми в лицо лучшего из друзей. Всё было так, как подумал тогда Дэн. Всё правда, и про дикарей и про исследователей и про пастырей человеческого стада. Но то домыслы, объяснения и наполненные гневом размышления. Дэн признавал их правильными и ни в чём не раскаивался. Единственное, что было ошибочным – адресат. К Нейлу эти слова должны были относиться в последнюю очередь. Он, разумеется, был в привилегированном слое. Скромная должность в некрасивом департаменте никого не вводила в заблуждение. У них всё так – советники по общим вопросам, специалисты по комплексным проблемам, фонды помощи и развития. А власть у народа, как же без этого. Но все знали, что на самом деле означают должности с расплывчатыми обязанностями, комитеты с округлыми названиями, скромные отделы в третьестепенных управлениях. Все знали, что власть на виду только самым краешком. Всё остальное растворено, рассеяно, расплывчато. Обладает плотностью ваты и лишь в определённые моменты мягкие волокна становятся прочнее углеволокна. К этим людям было много претензий, заслуженных и незаслуженных, это сейчас не важно. Потому что…
Третий Дэн, а вернее Данила, помнил упомянутый Нейлом момент. Всё верно. После разговора с его сестрицей, после того, как небо рухнуло на землю, Данила действительно шёл по парку, обрамлявшему тихий спальный район. Действительно, ему было плохо и тот вариант, что назвал друг, был неотвратим. Просто отвергнутый возлюбленный этого ещё не осознал. И не суть важно, какая мысль пришла бы в голову через час или два: о верёвке, камне на шее и прудовом иле, или о долгом полёте с какой-нибудь высотки. Всё это было рядом. Но тогда об этом Данила не успел подумать.
Он шёл по дорожке вымощенной разноцветными плитками. В рассеянном свете фонарей казалось, что под ногами лежат витражные тени. Пахло прелой листвой. Сквозь полуголые ветви средней осени проглядывали редкие звёзды. Журчал декоративный водопадик в крошечном пруду, легко перекрывая сонный гул города. Данила наслаждался ночью с истеричной жадностью, как в последний раз. Просто тогда раздались догоняющие шаги и Нейл, игнорируя поток слезливой брани, сунул в руку бутылку. Силой ворвался на ночную сцену, где игралась высокая трагедия, превращая её в мутный бытовой фарс. Он долго сидел на лавочке рядом, внимал бесконечным пьяным соплям Данилы и бурчал что-то неопределённое, вроде «ничего, мужик, прорвёмся». А потом дотащил до дома.
Дэн – из – сегодня всё это понял как-то сразу, рывком. Ему стало страшно и стыдно. Страшно от того, что придётся сделать. От того, что последние обращённые к Нейлу слова были словами неправедного гнева. Дэн вспомнил, что за весь прошедший с той ночи год друг ни словом, ни жестом, ни взглядом или намёком, не напомнил о той безобразной сцене. О тех словах в адрес своей сестры, которые никогда и ни за что не потерпел бы ни от кого другого, при любых обстоятельствах.
- … Правительство Марты, под предлогом игрового чемпионата отобрало и подготовило более ста пилотов на базе флота. Аналогичные отборы проходили… - Нейл продолжает свою речь. Он уверен в своей правоте. Его вера поколебала даже решимость Дэна. Истинный ужас, когда два близких друга настолько расходятся во мнениях. Когда каждый действует правильно.
- Нейл, замолчи. – Данила уже просит. На последнем слове его голос срывается. Друг всё рассчитал правильно. Сообщение короткое. Даже с учётом задержки при ретрансляции, времени должно хватить. Наверняка он всё продумал обстоятельно, как только и умел. Удивление и растерянность ведущего, а только Ник может сменить установки системы распознавания «свой-чужой». Учёл ступор Дэна, который сможет заткнуть рот Нейлу только одним способом, но опять же, не решится, даже если ведущий разберётся и отдаст приказ. Ракета могла бы успеть, но их-то на истребители не подвесили. В прицеле Дэна медленно приближающаяся машина маркирована как «свой». На основном дисплее расшифровка: «стрельба невозможна».
Дэн вспомнил, как на следующий день, когда он не успел привести себя и свои мысли в порядок, вспомнить, что из безвыходной ситуации можно выйти хоть и крайним способом, Нейл показал ему новую игру. Все попытки депрессивного друга отметались классическим: «А ты попробуй». Как спустя полгода стал вытягивать Данилу в реальный мир, предлагая реальные перспективы. Как не оставлял надежды до самого последнего времени, когда Дэн уже засобирался лететь на чемпионат…
- Нейл, не надо, - неслышно для самого себя шепчет Дэн. Он обращается к другу не словом, а мыслью такой плотной, что сразу же взмок. В уши что-то кричит Ник. Опомнился, герой. Первый боевой вылет и такая гадость. Кабина чуть расплывается – наверное, это слёзы. Вот задачка – вытирать их не снимая шлем скафандра.
Машина Нейла уже неплохо видна и без бесполезного прицела. Он что-то продолжает говорить. Он не струсил, нет. Просто защищает свою правду. Пастух защищает овец, которые прутся навстречу волкам. Защищает и глупого друга, который идёт вместе со всеми. Не удалось заменить виртуальную жизнь реальной – не беда. Данила переменит своё мнение. Просто для этого он должен хотя бы выжить…
- Нейл, - беззвучно хлюпнули губы в пропотевшей маске. Одна рука уже нащупала кнопку отключения прицела. Палец другой отжал предохранительную клавишу гашетки. Упреждение взято на глаз. Перекрестье, вместе с запретом на стрельбу, пропадает. Одновременно утапливается красная кнопка. Машина, чуть покачиваясь, придаёт очереди вид плоской восьмёрки.
Дэн хотел зажмуриться, но не успел. Он видел, как полыхнул истребитель Нейла. Как за кувыркающейся машиной потянулся след распылённого топлива. Дэн не слышал, как заорал:
- Катапульта, Нейл!!! Ката-а-а-а… - Взрыв. Неуправляемый истребитель врезался в крыло лайнера. Рассыпался диковинным фейерверком, болезненным и режущим не глаза, а душу.
Дэн разворачивает истребитель хвостом вперёд. Скользит вдоль борта лайнера, гасит скорость. Он сам с трудом избежал столкновения. Аккурат напротив широких окон кабины уровнял скорости. Послал длинную очередь полукругом. Прозрачный намёк: только пикни, только попробуй отправить в эфир сообщение, которое вы только что записали.
Дэн мысленно просил и умолял пилотов поиграть в героев. Ему был нужен сколь угодно призрачный, но повод послать очередь прицельно, вскрыть эту проклятую жестянку, только что отобравшую у него друга, непрерывным продольным огнём. Кто тебя просил выходить из Изнанки именно сейчас? Почему не через пару часов, когда дежурило бы следующее звено? Почему перед носом Нейла? Ну же, спаси свой мир, выйди на связь.
В кабине лайнера сидели не дураки и повода стрелять не дали. Вероятно, гибель предателя у них под носом и предупредительная стрельба навели экипаж на грустные мысли. А тут ещё истребитель в сотне метров от кабины. Вероятно, намёк был более чем прозрачен. А может, времена, когда честь ставилась превыше всего давно прошли, и они лишь хотят жить…
Новое сообщение от Ника на лайнер. И, специально для Дэна:
- Молодец. Они ничего передавать не будут. Расслабься. Убери палец с гашетки.
Дэн не ответил. Ему было плевать на то, сколько народа на борту. Но повода ему и впрямь не дали. Ник правильно понял молчание:
- СТ включил маяк. Иди по нему. Скоро присоединимся. Выполнять. Дэн плохо слышал и понимал что ему говорят. В миниэкране медицинского модуля замигала ранее невиданная пиктограмма. Под дыхательной маской стало холодно, перед глазами стремительно потемнело. Перед потерей сознания замигал огонёк автопилота.
Вернуться к началу Перейти вниз
Линдор Айвендил

avatar

Сообщения : 2486
Дата регистрации : 2011-06-03
Откуда : Энроф

СообщениеТема: Re: Звездный огонь.   Ср Апр 18, 2012 12:27 pm

@Харитон пишет:
Длинноты, а где?
Ну я не знаю. По мне, кое-что из описания общей ситуации можно бы давать в форме диалога. Не говорить - они чувствовали то или это, а чтобы было ясно из слов или жестов. Вроде так было бы веселей.
И еще. Если это концовка, то лучше бы ее сделать определенней. Или показать, в какую сторону изменилось мироощущение героя, или что произошло в результате рейда с его миром, в зависимости от основной идеи произведения.
Вернуться к началу Перейти вниз
http://www.diary.ru/~tairent/
Харитон

avatar

Сообщения : 81
Дата регистрации : 2011-10-09
Откуда : город-герой Москва

СообщениеТема: Re: Звездный огонь.   Ср Апр 18, 2012 5:00 pm

Нет, это не концовка. Это конец второй части.
Если честно, за форму диалога я не думал, но мысль интересная.
Одно полохо - про мироощущение и личность Дэна мне уже говорили.
По любому спасибо.
Вернуться к началу Перейти вниз
Линдор Айвендил

avatar

Сообщения : 2486
Дата регистрации : 2011-06-03
Откуда : Энроф

СообщениеТема: Re: Звездный огонь.   Ср Апр 25, 2012 12:10 pm

Тогда жду продолжения.
Вернуться к началу Перейти вниз
http://www.diary.ru/~tairent/
Харитон

avatar

Сообщения : 81
Дата регистрации : 2011-10-09
Откуда : город-герой Москва

СообщениеТема: Re: Звездный огонь.   Вс Апр 29, 2012 1:47 pm

Ну, кто ждал тот дождался. Smile
Часть третья. Фрагмент первый.
Геральд Смит воспринимал свою работу примерно так же, как большинство игроков Чемпионат: возможность своими глазами увидеть то, что большинству сограждан только снилось. Правда, про игроков он ничего толком не знал, но испытывал раздражение от того, что один пошел в дипломатическую академию, постоянно выдерживая огромное давление конкурентов, до третьего курса не зная а не отчислят ли его, а другой играется в игрушки. Пара сокурсников сошло с ума от напряжения,а игроманы хотели въехать в рай легко и без труда — занимаясь любимым делом. Вернее, бездельем. Геральд смог, добился, сейчас ему постоянно напоминали, что он не турист и надо работать. А дорогие сограждане, большинство которых его ровесники или младше, развлекаются, негодяи. Сегодня он как-то особенно остро чувствовал, что совершил ошибку, выбирая род занятий. Последнее поручение ему не нравилось.
Порой удивлялся, а чего это он так разнервничался? Да, уже третий год выполнял поручения "подай-принеси", изредка с философским спокойствием напоминая себе, что хоть не мешки таскает. Мечта осуществилась, а неприятности не вечны... Если подумать, это даже интересно: мелкие поручения, сопровождение грузов и людей, которым трудно ориентироваться в чужой, все более враждебной среде.
В данный момент он сопровождал одну бывшую согражданку, которая вдруг разлюбила томимые жаждой песчаные или душно-переселенные прелести своей новой родины и захотела назад. Всего полгода назад она обивалась гражданства Пустыни с диким упорством. Теперь — передумала. Решение похвальное, но её общество утомляло. Раньше Геральду доводилось видеть места, которые только показывают по телевидению,что смягчало неприятные моменты. Наблюдать, как рвет девушку, изрядно утратившую лоска и гонора, было физиологически неприятно. Лина была помята и несчастна. Любовь великая штука, но когда она отказывалась от гражданства Марты и выходила замуж за офицера местных военно-космических сил, новую родину она явно представляла как-то иначе. Тогда от неё прямо-таки несло истеричным желанием сбежать. Теперь, значит, передумала. И тошнит её с самого взлёта. Хоть говорила, что её всегда укачивает, но Геральду не верилось. Она реагировала на включение даже маломощных двигателей как на удар в живот.
Челноки, выполняющие ближние рейсы и возившие неподготовленных к перегрузкам людей, имели хорошие системы компенсации. Чай, не те времена, когда космонавты были в полной власти сил инерции и невесомости. Если б не большой опыт перелетов, Геральд не заметил бы что летит. Большинство пассажиров были гражданами Марты и почти все заметно нервничали. Кто пил, кто пытался расслабиться, регулярно вздрагивая и цепляясь за подлокотники кресел, кто выполнял простейшие упражнения, разработанные в те времена, когда корабли не имели искусственной тяжести. Пять минут назад всех усадили в кресла - маневрировали вблизи пересадочной станции. Скоро Геральд завершит неприятный полет, передаст Лину встерчающим уполномоченным людям и забудет о поручении, как всегда.
Станция, медленно приближающаяся на экранах обзора, чем-то не нравилась. Не самый большой перевалочный узел сейчас напоминал раздавленный муравейник. Хорошо что челнок шел по зеленому коридору - постарался отдел связи. Но все- таки странно. Перед вылетом Геральд ознакомился с новостями и впервые не понял что они означают. Впервые он перестал чувствовать себя представителем своего народа. Стал чем-то не нужным, чем-то, что выбросили, как только представилась удобная возможность. Кто-то из коллег, узнав о предстоящем полете, обронил, что хоть одного эвакуировать не придется. Да и вообще жизнь шла так, словно дипломатов не было вовсе. Глядя на скопление разномастных транспортов, над которыми, почти не видимый отсюда, висел Мартовский крейсер, Геральд подумал, что в воздухе пахнет гарью.
Стоя в очереди на контроль он заметил рядом пару человек, которые преследовали его от самого посольства. Он видел их у кафе в космопроту, где Лина покупала мятные конфеты. Сам по себе этот факт ничего не значил, но добавил общей нервозности, хотя, приглядевшись, он понял что ошибся. Эти люди были только похожи на тех, кого он видел. Но выражения лиц делали тех и этих похожими на братьев. Неужели слежка?
Станция была поделена на сектора, которые принадлежали нескольким планетам, хотя самым большим сектором был нейтральный. Там продавалось и покупалось почти все, что могла предложить обитаемая вселенная. Вечная головная боль таможенников, куда бы отсюда не полетел транспорт. Здешним коллегам на планетах заслуженно не доверяли. Каюту дипломату сняли на границе нейтрального сектора. С внутренней стороны.
После короткого отдыха, который Геральд провел на кровати, так его достал перелет, а Лина в санблоке, весьма далеком от совершенства, помощник дипкурьера вышел прогуляться.
- Обед нам принесут, - бросил Гелальд за плечо. Лина только прилегла, ее наконец-то отпустило. - Можешь дать на чай. А я пойду встречусь с нашим проводником. -Геральд вышел, чтоб не услышать возражений. Он по прежнему был зол на свою работу, которая наверняка сейчас воспользуется отсутствием свидетеля и предасться слезам. Доводилось слышать мнение, что клоповники, вроде этой станции, можно только выжечь. С с каждым шагом хотелось всё больше согласиться.На Мартовских, на пример, нет грязи в углах, пятен с брызгами на полу и не раздаются пьяные вопли.
Его уже ждали. Бритый крепыш в майке, с широкими плечами, но казавшийся каким -то оплывшим, махнул рукой над столиком как только Геральд сунулся в замызганный бар. Как не смахнул этим жестом бутылку со стаканами - загадка. По мнению курьера, этому пойлу на полу самое место, благо, испачкать еще больше уже невозможно. Кто тут точно был лишним, так это сам Геральд, с первого шага ловивший на себе интересные взгляды. Не надо было приходить в костюме, уместном здесь не больше, чем бутыль коллекционного коньяка на вот этом вот столе.
- Здорово, бродяга! - Крепыш дернул задом на стуле, имитируя вставание. - Я Мэт.
- Здравствуйте, - вежливо ответил Геральд, думая больше о том стоять ему или рискнуть присесть.
- Давай без своих церемоний - Мэт был громок и брутален. Он привстал по настоящему и долго хлопнул курьера по плечу, заставив сесть. - Не в посольстве, дорогой, нам тут расшаркивание не потребно. Пришел, так побалакаем о делах.
Мэт быстро обвел зал глазами, слабо ворочая головой. От курьера не укрылось, что присутствующие, до того поглядывающие на него с любопытством охотников, стали отводить глаза. В голове сразу всплыли рассказы и передачи о том, что некоторые курьеры пользуются своим статусом для неблаговидных дел, вроде контрабанд. Геральда резануло понимание, что за "оборотня" его и приняли, а собеседник пользуется влиянием в кругах, плюющих на законы.
- Что ты так вырядился, умник? - Настороженный тон не соответствовал ухмыляющейся с превосходством роже. Словно говорил кто-то другой, посредством брелка, который бандит крутил в руках. Тут же Геральд понял, что в толстых, как сардельки с начинкой, пальцах был глушак - устройство для защиты от подслушивания. И не самого низкого класса, такие вещицы, похожие на значки или аристократические гербы, видеть доводилось. Только на них не было пошлых порнографических картинок. Курьера передернуло. Эти устройства должны были защищать разведчиков и дипломатов, их поле деятельности - разреженные высоты власти, откуда не видно вот такие болотца порока и грязи всех видов. Золочёная вещица безмолвно вопила о кощунстве. Геральд вздрогнул и сосредоточился на собеседнике. Секундная задержка от того не укрылась.
- Как такой мечтательный удержался на работе? - Ворчливый тон, более подходящий заслуженному отставнику, пребывающему в постоянном ужасе от нравов и разгильдяйства нынешней молодежи, подходил бандиту еще меньше. - Ты вообще здесь? Перебрал на борту, на халяву то? Или закинулся по прилету?
- Нет, что вы, - по своему хриплому бормотанию Геральд понял, что дядька его запугал до полусмерти. Это задание для шпиона, а не курьера. Скользнувший по нему взгляд бармена обидел и успокоил одновременно. Ясно - сопляк задумал дела крутить с матерыми мужиками и сейчас подвергается вразумлению. Пока устному. Эти стены видели множество таких сцен.
- Не отвлекайся, понабрали мечтателей, работать некому. Смотри на меня и запоминай: транспорт за вами прибудет через четыре часа. Продержишься?
- Конечно. - наконец-то разговор перешел на дела. - За себя ручаюсь, а Лина проблем не доставит, на случай истерики мне дали кое-что...
- Это твоя работа. Тебе не за туризм платят. - Интересно, откуда Мэт знает об отношении к работе молоденьких дипломатиков? Придурок!!! Это же наш шпион! Наверняка сам был таким же и общается с нами регулярно.
- Моя, я справлюсь. - Опять заискивающий тон.
- Молодец.- Снисходительная улыбка. - Приду лично я. Если попрет кто-то другой - запирай дверь. Значит операция провалена. Придут арестовывать официально - не сопротивляйся. Может, отобьем по дороге к шлюзам.
- Вас понял.
- Детский сад. То хлопает глазами, то косит под курсанта. -Мэт не выглядел сердитым, скорее насмешливым. На стол упал маленький накопитель - Просмотри. Тут инструкции. Свободен.
- Постойте, мне кажется, что за мной следят.
- Хорошо что заметил. Хоть что-то умеешь. Это не твоя забота. Иди.
Обратная дорога заняла меньше времени. Не надо было искать этот бар в лабиринте ходов, которых наверняка не было при строительстве. Не надо было пытаться сбросить слежку. Все идет по плану и бедуинов скоро ждет сюрприз...
Ужин уже принесли, но Лина к нему не притронулась. Она лежала широко раскинувшись на кровати и лицо ее было таким, что Геральд едва не брсился к аптечке. Она вздрогнула и подобралась.
- Лежи, лежи. - коротко бросил Курьер и впервые без раздражения подумал о своей работе. С чего он взял, что его услали с дурацким поручением? Судя по спешке и мерам безопасности, по прикрытию и агентам поблизости, дело было нешуточным. Геральд взял с подноса одноразовую тарелку и сел к терминалу, спиной к кровати.
На накопителе, как и ожидалось, было то, что Мэт сообщил устно - не далать резких движений. Лина спала, заострившимся лицом и равнодушной беззащитностью напоминала свеженький трупик. Впрочем, о трупах Геральд знал только по слухам .
Четыре часа пролетели незаметно. За прошедшее с отлёта время ситуация в мире осложнилась. Даже по коротким новостным сообщениям, мелькающих на непрофильных страницах, было понятно что что-то начинается. То странные контакты на границе, то грозные но невнятные заявления официальных лиц. От блужданий в Сети Геральта звонок в дверь. В этот момент курьер созерцал толпу оборванцев, собиравшихся у посольства Марты. Полицейских что-то было мало, как бы не разгулялись... звонят нетоерпеливо и так протиано, что даже Лина проснулась.
- Вы что, развлечься решили? - Мэт казался искренне возмущенным и раздраженным. Он рискует, а тут болезная девка и разгильдяй, не понявший что игры кончились, его одставляют. - Вещи хватай и бегом за мной. Если разобрали - идите в чем есть.
Поскольку вещи не разбирали, подхватились одновременно и быстро. Геральд с каким-то предвкушением, прав был Мэт, толкуя о сопляках, Лина с обреченностью. Было видно, что ей вообще не просто поднятся с койки и очень-очень не хочется куда -либо идти. Вообще, ей не нравилась сама идея и Мэт. Хотя харизма последнего понуждала к подчинению.
Они выбежали и, постоянно понукаемые насмешками, балансирующими на грани приличий, и быстро. Переходы станции словно обезлюдили, проводник вел дорогами, на которых мало прохожих, а те что есть, не задают вопросов даже мысленно, отводя взоры для пущего нейтралитета.
Все закончилось так же быстро, как и началось - очередные герметичные двери, поднявшись и отойдя в стороны, обнажили шлюз. Не пассажирский, через готорую Геральд с обектом сопровождения прибыл на станцию, а технический. Через такие привозят товары и осуществляют наружное обслуживание станции и осмотр окрестностей. Сейчас тут стоял небольшой челнок класса космос- космос. Только какой-то неправильный с корявым выростом под брюхом. Через минуту Геральд понял что это. К челноку был пристыкован еще один кораблик. Он стоял так, что не мешал прохождению внешних шлюзов и не попадался на глаза случайным наблюдателям. Хотя не понятно, как два корабля вместо одного проходили автоматику. Но, это проблема не Геральда.
Впервые он он обратил внимание на спутников Мэта. Странные люди - лица вроде не запоминающиеся, фигуры тоже, но в движениях какая-то сила и сдерживаемая стремительность. Тоже агенты? Они слаженно и без лишних движений достали мешки с широкими горловинами — безразмерные скафандры и быстро, явно отработанными движениями, затряхнули внутрь Геральда и Лину. Казалось, что в руках агентов были куклы, которые требовалось нарядить, а не живые люди.
После одевания, все так же молча, их повели под руки по каким-то желобам ко второму кораблику. Геральд вздрогнул. К челноку был пристыкован истребитель. Самый настоящий - короткие крылышки, которые крепились к поворотному кругу, прочерченому на фюзеляже, сверху и снизу на коротких штангах двигатели. Геральду стало страшно.
Его никто ни о чем не спрашивал и было поздно возражать. Их с Линой запихнули в небольшую корзинку расположенную кзади от фюзеляжа, между двигателями. В Голове Геральда мелькнули скупые данные: такие устройства предназначались для спасения пилотов сбитых машин. Или для перевозки нелегалов. Сопровождающий что-то поколдовал с выступающими из спин скафандров шлангами и подсоединил к разьемам клетки. Ясно: перелет долгий, а стандартых баллонов не хватит. О таких эвакуациях агентов Герадьду приходилось только читать. Нет, в своих грезах он тоже покидал опасные места схожим образом, но сейчас ему хотелось, больше всего на свете хотелось, оказаться в сколь угодно бедной каюте. Только бы не лететь вот так, без комфорта и под постоянным риском. Последний был реален: под крыльями истребитля отчетливо ввыделялись коробы с дополнительным боекомплектом. Олько теперь Геральд замтил и пушки, и полусферы такитического комплекса, выпирающае из корпуса икрыльев то тут, то там. Все по-взрослому. Истребитель снаряжен и готов к бою. До этого момента все присходящее казалось шпионской инрой из какого-то сериала, все понарошку и в случае провала грозило только неприятностями. Ну, объявят выговор, ну оштрафуют, ну уволят, в крайнем случае. Коробы во снарядами закрепленные на настоящем истребителе, черно-матовая полусфера его фонаря, скрывающая пилота, постоянно озирающиеся сопровожающие... Все по-взрослому!!! Не просто так истребитель вооружили дополнительным БК. Додумать Геральд не успел. Сопровождащий закончил бормотать инструктаж по пользованию системами жизнеобеспечения и исчез. Как во сне отодвигались фермы, ка которых висел челнок со своим неплановым грузом. Невесомо живая контрабанда попывла по туннелю в космос.
Через десяток секунд корабль снова остановился - досмотр. Прикрепленный снизу истребитель не былвиден, а с автоматикой, которая должна была его отследить, вероятно "договорились". Еще через минуты за решеткой "клетки" медленно и величественно поплыла чуть закругленная стена станции. Отсюда она казалась причной планетой, без грязи и криминала.
Геральта снова мутило. На лайнерах не так- невесомость почти не чувствуется и бывает гораздо короче. Тут- долгие минуты, когда перестаешь ощущать свое тело премежаются маневрами, когда тебязаваливает и держит то в одну сторону, то в другую. Лина, как казалось лишилась чувств. Оно и к лучшему, наверное.
Через какое-то время челнок вошел в ангар какого- то лайнера, а истребитель повис, прикрепившись к необятной стене днища. Под ногами расстилались звезды. Кажется, так гласил какой-то буклет. Переживать маневры лайнера вися на ренях было не так удобно как в кресле.
В какой-то момент ожила связь с пилотом. Когда их пихали на закорки истебителя о такой возможности сказали, но надобности в разговорах Геральд не видел. А Лина вдруг произнесла:
- Простите... пилот, а как вас зовут?

- Дэн, ты как, в порядке? - Ник говорил по-деловому, но с плохо различимым сочувствием. Казлаось, что ему хотелось чтобы Дэн немедленно ответил "нет" и запросился домой. И готовый удовлетвоирить это просьбу немедленно.
-Да, коммандир. Я могу продолжать службу и готов выполнить задание, если таковое будет.
- Будет, - с грубоким вздохом ответил Ник. - Ты уверен...?
- Да.
- Ладно. - Ник явно мысленно махнул рукой. - Короткий транспортный рейс. Надо забрать пару человек с одной станции из нейтрального сектора и перевезти к вам.
- Не вопрос.
- Взять на закорки.
- Даже так? Бедные гражданские.
 Бедные они или нет, но возможно противодействие. Работать будешь один. Послать два истребителя мы не можем. Ну как тебе?
 Нормально. - Дэн слышал свой голос и ждал когда это все закончится. Лететь так лететь.
 Дэн, - Ник с нажимом произнес имя. - Ты не сорвешься? Поверь, никто тебя не обвинит если ты откажешься от задания, или вообще полетишь домой.
 Я верю в это, командир. Я готов лететь.

 Меня зовут Дэн, я ваш пилот на сегодня. - Слова сорвались сами. Он назвал себя игровым именем и понял,что Данила медленно уступает место Дэну. По крайней мере в кабине.

Только теперь Лина очнулась. Наверное, подействовал полет. Идея полетать ей всегда нравилась. Правда, в далекой, как почему-то теперь казалось, юности она предпочитала полет атмосферный. На малой высоте и в хорошую погоду, любуясь видом. Потом, относительно недавно, Али ей обяснил, что там, в высоте ничуть не хуже. Ах, дорогой, как же ты был хорош тогда, когда мы познакомились. Страсрен и экзотичен, увлекающийсяи увлекающий... Хоть и неприятно вспоминать какой была дурой и что вышло после, но те давние, почти годовой давности воспоминания, наполняли грудь теплом, а глаза слезами. Правду говорят - бойтесь своих желаний, они могут исполниться. Она хотела получить что-то острое и настоящее. Получила. Теперь ее выкрали и тайно везут домой как экзотическую контрабанду. Желание поговорить с пилотом возникло спонтанно и она поняла это уже задав вопрос:
- Как Вас зовут, пилот? - Как оказалось, полгода брака со сторонииком древних традиций не отучило ее от восприятия пилотов, отделенных от космоса только тонкой перегородкой, фонарем и тканью скафандра, как неких сверхлюдей.
 Меня зовут Дэн.


Когда-то давно, когда Лина была маленькой, она нашла в кладовке их старого дома шкатулку. Мама с папой считали ее содержимое хламом и только радовались, что дитятко смирно сидит в комнате и перебирает бумажки, старые фотографии и потускневшие носители. Они считали что там небыло ничего интересного или опасного. Они ошибались.
Тогда, будучи маленькой девочкой Лина наигралась и забыла про шкатулку на долгих двенадцать лет. Потом, уже учась в школе, она разыскала увлечение детства и, переложив содержимое в другое место, взяла ее в свою комнату. Хранила там разные приятные девчачи мелочи и любовалась резним узором. В простых линиях резного дерева виделись романтическе картины - восточные принцы парили на коврах-самолетах в знойном небе над бескрайними песками и оазисами, или купались в холодных водопадах лунного света под серебрящимися в ночи резнымыи листьями пальм... Надо ли говорить, что в своих мечтах Лина была там, на летающем ковре, или на теплом со дня песке или среди роскоши садов... Шкатутку привез ее пра прадедушка с Великой Войны. Иногда представлялось, как он усмехается в седые усы, глядя на играющую с его трофеем правнучку. Лина никогда не видела предка, только на одной фотографии, где он стоял среди других мужчин в форме и был совсем молодым, чуть старше папы. Но в грезах ей очень отчетливо представлялась эта усмешка и седые усы, различимые до последнего волоска, и усталые глаза посреди паутинки морщин.
О содержании шкатулки Лина вспомнила чуть позже, когда на втором курсе надо было написать работу о каких-то социальных аспектах той Войны. Кто-то из сокурсников похвастал, что у него есть документы тех времен и он сделает работу более настоящую, чем все прочие. Лина встрепенулась и вспомнила, что документы у нее тоже есть и она сможет переплюнуть заносчивого сокурсника.
С одной стороны, ее ждала не удача, поскольку ничего по теме она в старых бумагах и поминутно виснущих носителях не нашла. Ей даже пришлось добиваться разрешения для использования старых информатисных машин, поскольку новые не могли читать старые носители. Работа ее заняла только четвертое место, но ее в то время это уже не интересовало.
Оказывается, что в никому не нужных материалах, на которые давно махнули рукой, были интересные сведения. Как известно, предыдущая война началась в следствии того, что ее хотели либ поработить, либо ограничить соседи. Одним был нужен всего лишь какой-нибудь материк, на который хотели переселить часть своего непомерно раздувшегося населения, другие хотели внешние колонии и рынки сбыта. Как следовало из старых документов, это было не совсем так. Даже если какие-то претензии к Марте и предъявляли, сами храбрые защитники родины вели себя так, что у соседей было право требовать уступки.
Предок не был простым солдатом, честно стоявшим щитом на пути тянущих к прекрасной родине свои мерзкие щупальца. Он работал в каком-то важном проекте, призванном переломить ход уже проиграной войны. Тогда командование на что-то надеялось, а потом, когда упований не осталось, все равно продолжало тратить ресурсы на некий план "Резерв". Согласно ему, спустя достаточно лет, чтобы противники расслабились и утратили бдительность, следовало повторить попытку. Повторить быстро, предельно жестко и так, что бы противник не смог оправится до победного конца.
Что ответ должен быть жестким никто не сомневался. В разрозненных дневниках, в скудных записях, начинавшихся словами: - " N упомянул в разговоре, что..." или: - коллега М из департамента биозащиты рассказывал о...". О сути сообщений не приятно было даже думать. подробная запись о буднях лаборатории биозащиты и проводимых там экспериментах наполнила Лину ужасом. Искусственное оплодотворение, отчет о попытке побега одного обекта и почти успешном самоубийстве другого, а так же о мерах профилактики и предотвращения. Лина в тот момент остро переживала такие вещи, поскольку приключилась с ней задержка ежемесячного недомогания и мысли, что даже самая передовая медицина не дает стопроцентной гарантии, не давали её покоя. Перепуг через пару дней прошел, а осадок от прочитанного остался. Заставить себя перечитать те строки Лина не смогла. Она поняла, что лучшей помощью ее прекрасному миру будет сохранение рук чистыми.
Тайну она хранила с трудом, но твердо. Делится не с кем, поскольку любительски замаскированный опрос друзей и родственников показал, что одних дела минувших дней не волновали, другие считали, что причиной поражения была излишняя мягкость. Некоторые считали, что Марта не могла совершить больше гадостей, чем ее противники. Эх, почему бы тогда Лине задуматься об этой фразе и вспомнить, что в войне участвуют две стороны...
В то время родной мир пошел на очередные уступки и в информационную сеть включились несколько каналов пустынников. Общество вздрогнуло. Кто от отвращения, кто от смеха. Пара известных сатириков не упускали случая прокомментировать наиболее заметные высказывания. Лина вздрогнула от другого. Она впервые столкнулась с чужим мышлением, другой логикой. К примеру, ей в голову не иогло придти, что преодалевать последствия перенаселения возможно воспитанием, а не только техникой и планированием. И вообще, сколько бы не издевались над враждебным образом мысли, она убедилась, что война не единственный выход. И тогда, сто тридцать лет назад можно было решить дело миром и сейчас. В том, что повторение сценария возможно, Лина не сомневалась. Слишком часто нужное настроение звучало в голосах друзей и в намеках новостных выпусков. С этими мыслями девушка приступила к расшифровке той части архива, до которого не доходили руки.
На первый взгляд, попытка декодировать то, что оставалось в тайне столько времени была неразрешима. На второй, как оказалось, вполне себе просто. Через сто лет после окончания войны сняли секретность с кодов и протоколов шифрования. Простого человека в хранилище не пустили бы, но Лина пошла к научному руководителю, минут десять упражнялась в актерском мастерстве, но убедила его, что ей необходим доступ в военный архив. Тот сдался.
На последнем диске оказалось нечто вроде дневника. На предыдущих были сухие цифры и скудные данные, до которых Лина обещала себе добраться позже. Но последний оказался сокровищем.
Просто потрясающе, как абсолютно технические детали, вроде ссылок на график движения транспортов, темп строительства и пайки персонала, могут передавать суетливое отчаяние. Документы относились к последним месяцам, когда уже насались предварительные переговоры, а на фронте наметилось затишье. Постоянно мелькал планетарный шифр Громовержца и сетования на малую пропускную способность каких-то узлов. Имея выбор между ремонтом подбитого керейсера и отправкой очередной партии груза к гиганту, выбирали последнее.
О причине таких странностей Лина прочла в самом конце, вернее услышала. Был большой звуковой документ, в котором некто читал лекцию о истории освоения планетной сисемы. То, что Громовержец представляет собой газовый пузырь огромного размера, чья поверхностность незаметно переходит в вакуум космоса, а ядро состоит из того же водорода, только спрессованного огромным давлением. После повторного выхода в космос там, в недрах гиганта, размещали автоматические исследовательские станции, чем-то похожие на аппараты для изучения морских глубин. Отсюда и произросла мысль разместить там часть флота. Он будет плавать в глубине и ждать. По мирному договору наверняка придется расстаться с основной частью вооруженных сил. Противники расслабятся и тогда...
Лина вздрогнула. Вот оно что, новая война на пороге, всё то, что творится вокруг это только прилюдия и формирование общественного мнения. Сетевые игры, которые постепенно набирают популярность — первичный отбор кандидатов в экипажи. Вон, несколько сокурсников жаловались на то, что не получается играть и учиться, поскольку там тоже много чего надо читать. Подготовка идет, настроение в обществе что надо, и надо что-то делать и быстро.
Эта идея так захватила лину, что началло страдать обучение, но ее это не волновало. Когда она узнала, что в университет по обмену прилетят какие-то пустынники, она вспомнила, что так бывает — сосредоточишься полностью на какой-либо цели, на каком либо знании и получишь ответ. Хоть на клочке бумажки, но получишь. Шанс сам шел в руки.
Али... В первые дни знакомства Лина честно пыталась выполнить первоначальный план и прощупывала потенциальный способ передачи закрытой информации. Ну а потом, забыла обо всём. Али был не просто экзотичен, не просто окном в другой мир, он был более живым, если так можно сказать, чем привычные люди. При всём при том порядочен и немного архаически мужественен. Он искренне восторгался достижениями Марты, огромными социальными гарантиями и безопасностью на улицах в любое время суток и где бы влюблённые не гуляли. Он считал, что Марта умудрилась для своих граждан построить рай на земле, одновременно не превратив их в поглощенных собственными удовольствиями животных. Но при этом отмечал, что жители этого замечательного мира несколько расслабленны своим благополучием, а Цветущий Оазис представлял собой другой способ организации общества. Жизнь там была жестче, но жители были индивидуально сильнее своих давних противников. Приспособленней, если так можно сказать. Однако, Али не знал какой подход к жизни бравильней. Скорей всего, никакой, поскольку каждое общество делало то, что считало приемлимым. Подстрочником звучало, что если Марта разрешит иммиграцию, то ее ждут серьёзные трудности. Лине прислушаться бы, вспомнить о патриотическом долге, но нет, потрясенная открытием, что её мир не так хорош как казалось, она не слушала голоса разума, да и вообще,как сказал один коллега — гормоны на мозги давили. Слушая такие рассуждения Али и признавая их правоту она рассказала всё что планировала, рассказала не дожидаясь «удобного момента», всё и без утайти. Додумалась попросить убежища, дура влюблённая. Догадывалась же, по обмолвкам догадывалась, что не простой человек прилетел сюда. Влиятельный дядя отправил племянника посмотреть вживую на тех, кто потом, может статься, будет удобно помещаться в прицел. Али подумал, отправил с оказией запрос инструкций. Ему быстро ответили.
Началась организация обратного обмена, когда люди готовившиеся к социальной архитектуре должны были встретится со своими коллегами. Идея была интересной, некоторые меры и методы могли пригодится, реакция правительства Марты была в целом положительной... Многие удивились, когда среди списка лиц, чьё присутствие пустынники сочли желательным, была и Лина. Её быстренько включили в круппу подготовки, должны были отправить после небольшого инструктажа, но за день до него Али увёз её на космодром. Она всё удивлялась, ведь разрешения ещё не получила, но таможенники пропустили ее без вопросов. Наверное, любимый действовал не один. Позже она узнали, что после взлёта ее пытались вернуть, но «помехи на линии» не позволили. Лине было плохо. Она приняла решение, отработать которое назад не сумеет. Задремав от волнения после первого прыжка она видела странные сны. То сидела в ящике толстого стекла с охраной по бокам, то стояла на низеньком помосте перед судьями, а огромный зал, способный вместить всё население столицы, неодобрительно молчал и миллионы взглядов фокусировались на ней, как солнечные лучи при прохождении через линзу. Откуда-то приходили странные сюжеты, в которых била в спину, растягивала тонкие веревочки над полом, что б о них споткнулись, подкрадывалась в темноте к персонажу из курса истории религии, который сидел и о чём-то вещал благовейно внимающим слушателям, а за Лининой спиной тихо позвякивала цепями стража...
Она что-то сделала не так, думала она, глядя как какие-то офицеры приветствуют Али, едва обратив внимание на предательницу. Их взяли и куда-то повезли. Вывезенные из дома материалы отобрали сразу. Она смотрела через затененные стёкла на чужую жизнь, которая скоро станет её и сомневалась, что у неё получится стать тут своей. Глядя на мальчишек, к чьим лицам словно прилипло выражение угодливой хитрости, продававших какие-то мелочи и что-то предлагавших, она пыталась представить на их месте кого-то из знакомых и не могла. Здесь тебе не передача, тут всё по-взрослому.
Что-то она сделала не так, мысленно кричала и эхо крика рикошетило внутри черепа, где воцарилась непонятная пустота, едва ли не впервые в жизни. Её допрашивала какая-то местная комиссия, чьё пышное название Лина не запомнила. Странные были взгляды у сидевших напротив людей. У кого брезгливая жалость, у кого недоумение, у кого смесь презрительного любопытства с равнодушием. Она передала все материалы и эта беседа, как называли процедуру хозяева, была лишь данью формальности. Нет, Лина не думала, что ее встретят объятьями и устроят триумф, но равнодушие... В взглядах было все кроме благодарности. Она им больше не нужна. Вопросы касались разных мелочей, а мысль о том, что она будет делать на своей новой родине ей в голову не приходила и когда спросили об этом, пришлось попросить воды, так пересохло в горле. И вообще, казалось, что ей с самого начала указали на её место. О любой мелочи надоб было просить. Вспомнив, как принимали группу Али, она стала догадываться, что родная пропаганда не во всём права.
Лина многое сделала не так, на пример отказываться от гражданства всё-таки не стоило. И не беда, что её как гражданку Марты было трудней натурализовать в здешнем обществе и проще забрать назад для примерного наказания. Посол на неё смотрел с недоумением и лютым не пониманием, словно на его глазах рушился привычный мир. Какая-то тётенька, по виду местная, но мартовская гражданка, шепнула ей на последок, что Лину ждут неприятные сюрпризы и что она всегда может вернуться. Как-то странно она это говорила, с болью. Как человек который точно знает что именно ждёт не влюблённую, а просто дуру.
Али почти сразу предложил Лине выйти за него замуж. Она не раздумывала. И всё шло хорошо. Через неделю свекровь назвала её дочкой, обнимая словно сироту. И жизнь начинала налаживаться, а страхи, сомнения, предчувствия стали уходить. Перед свадьбой её нашли работу в школе для девочек. Такой подход к образованию был несколько удивителен, но насторожиться не заставило. А после свадьбы стало поздно. Примерно месяц жила Лина в новом мире и начинала понемногу посмеиваться над предупреждением дамы из посольства и растерянностью посла. Али был прекрасным рыцарем и опорой в новом бушующем мире. Лина замечала изменения в любимом, но, как ни странно, находила их позитивными. Он стал тверже и жестче, там где Лина колебалась и стеснялась, он легко и быстро вынуждал поступать её правильно. Без него поиск работы и разные бытовые мелочи дались бы ей тяжелее, как со стороны затрат времени, так и душевных терзаний и рефлексии. Но потом, после свадьбы...
Нет, он не стал грязной заносчивой скотиной, как такие отношения изображали в искусстве Марты. Он начал следовать стериотипам заложенным в нём поколениями предков и жесткой системой воспитания. Всё-таки Лине было тяжело, она даже пару раз плакала и искала у Али утешения. И не получала. Он муж, у него есть права, она жена и может только любить его, оставляя где-то вдалеке свои проблемы, если те не касаются семьи. Ей казалось, что он-то её поймёт лучше, чем полуграмотные коллеги, которые дома не могли бы рассчитывать на успешную здачу выпускных экзаменов в школе, но тут считалисьучителями. Нет, Лина чувствовала специфическую житейскую мудрость, но что касалось отношений между людьми вполне себе действующую, какую-то внутреннюю силу, для которой все наслоения культуры простая шелуха. Но для неё и прочих жителей Марты культура давно стала сутью, а не лицемерием, как считали тут. Лина делилась с Али своими наблюдениями, ему в целом нравилось. Но когда он завел речь о детях...
Нет, в принципе она не возражала, но не сейчас же. Ей надо включиться в новую обстановку, провести небольшое исследование (и не одно) интересно же составить свое аргументированное мнение сейчас, когда глаз не замылен. Словно говорила на непонятном языке. Кажется, дорогой думал, что она придуривается, когда с самого начала он заявляла о своем намерении исследовать новое для неё общество и, таким образом, расправится с нетерпимостью и взаимным презрением. Али не верил в эти намерения ни раньше, ни сейчас, считая что жена просто не хочет следовать принятым нормам, выставляя его на посмешище. Казалось, что в её объятьях оказался другой, не знакомый человек.
Лина была готова признавать правила этого мира там, снаружи. Как говорится, в чужой монастырь... Но тут ее догнало самое большое разочарование. Она с трудом могла смириться с тем, что ее профессия тут ничто. Будь муж каким-либо общественным деятелем или журналистом - писателем, она бы могла ему помогать, а тут нет. Но когда выяснилось, что упомянутое выше нерациональное поведение не просто коснулось ее, а будет касаться прямо сейчас...
Оглядываясь назад, можно было предположить, что Али был предельно мягок и терпелив и действительно любил Лину. Просто они были из разных миров. На Марте он был таким же чужим, как и Лина на его Пустыне и вел себя чуть иначе. Да и не думал он, что всё это всерьез, а не что-то вроде курортного романа. Первые споры, которые не переходили во что-то большее, Лина выигрывала. Но потом, особенно после визита его матушки, ситуация изменилась резко. Вероятно, получил пинков за то что жена его не только из другого народа, но и позволяет себе строить мужа как сочтёт нужным в тех вопросах, которые её не касаются.
Стечением обстоятельств полученные пинки совпали со специфическим моментом, самой природой предназначенным для выбивания всяческой дури из взбалмошных девиц путём превращения их в бурдюк с потомством. Сначала гормоны весело посмеются над попытками мыслить здраво, ну а потом ни минутки свободной. Али начал с того, что поведал о старом не то правиле, не то предрассудке. Оказывается, первенец должен появится не позже чем через год после св


Последний раз редактировалось: Харитон (Вс Апр 29, 2012 1:51 pm), всего редактировалось 1 раз(а)
Вернуться к началу Перейти вниз
Харитон

avatar

Сообщения : 81
Дата регистрации : 2011-10-09
Откуда : город-герой Москва

СообщениеТема: Re: Звездный огонь.   Вс Апр 29, 2012 1:48 pm

Часть третья. окончание.
Лина все это сказала незнакомому пилоту просто потому, что он свой. Он для нее был воплощением всех тех иллюзий, которых ее лишили за неполные полгода . Отвечал ли её пилот и если да то что, она не помнила. Неожиданно в шлеме раздалось:
- Грустная и омерзительно поучительная история. Сам с некоторых пор начинаю подозревать, что наша пропаганда не всегда врет. Но... об этом потом. Простите, что прерываю рассказ, но мне пора заняться обязанностями корабля эскорта.
- Что... Что случилось?
- Нас преследует одиночный "квадро". Он требует от лайнера соблюдать инерционное движение, чтоб пилот мог провести внешний осмотр. Кажется, о вашем побеге известно и ваша новая родина тянется своими липкими щупальцами к нам. Не беспокойтесь. Один квадро нам не угроза.
Лина сразу поверила пилоту. Та же холодная уверенность была присуще и Али. Не важно, в семейной ли ссоре, в которой он побеждал благодаря традиции и умелому ей следованию, или в споре с коллегами. Будет бой.
Ужас резанул по глазам, прокатился по черепной коробке и провалился холодным бритвенным комком в многократно опустошенный желудок. Время, когда Лине хотелось быть принцессой, в чью честь устраивают турниры, давно прошли. Два пилота будут драться за право вернуть ее домой. На ту или иную родину и оба обстоятельства совсем не радовали. Зачем-то она Марте так нужна, что...
- Истребитель под брюхом лайнера, отстыкуйтесь и позвольте себя осмотреть. - Донесся. Через двое наушников голос был искажен, но Лина не закричала только потому, что перехватило дыхание. Ну почему это именно Али? Неужели других пилотов не нашлось...
- Ответ отрицательный, пустынник. - Голос Дэна холоден и безжизнен. Так говорят люди крепко задумавшиеся и на вопросы отвечающие односложно и на автомате. - Здесь нейтральный сектор. Корабль - территория Марты. Вы не можете нас останавливать.
Геральд прошептал что-то о том, что корабль не может сейчас прыгнуть. Военный бы мог, а лайнер не может рисковать. В мирное время, во всяком случае. А оно долго таковым останется?
- У вас на борту наша гражданка. Вы не можете уйти, пока не убедимся, что она не удерживается силой...
- Ага, а пока будем выяснять подтянется флот и мы никуда не полетим, а согласие Лины вам уже не понадобиться. Пусть решают дипломаты.
- Слушай, коллега, - Али был вежлив, но явно готов заорать, поняла Лина. - Вы похитили мою жену, так что...
- Гражданство Марты не отчуждаемо!!! - Дэн заорал первым. Не к добру, когда у твоей охраны не в порядке нервы. - Она решила вернуться. Нет у тебя больше жены. Но ты завидный жених у себя там, в трущобах. Так что не отчаивайся.- Дэн зло засмеялся, но к пассажирам обратился спокойно. - Я вас отстыкую пока, не паникуйте.
Сразу же толчок качнул кабину. Едва заметные даже в космической черноте огоньки сопел коротенько мигнули. Истребитель медленно отплыл вперед. Метрах в пяти огонь загорелся вновь, теперь уже по-настоящему. Добавились короткие и острые всплески маневровых и истребитель пропал из виду всего за секунду. Затерялся среди острых звезд, и стал ещё одной звёздочкой, хищной и злой. А в шлеме Лины стало тесно от крика.
Она отреклась от всего, о чем рассказывала пилоту, ото всего, что выплакивала в подушку последние месяцы. Не вина Али, что он был так воспитан, не вина его руководства, что для одинокой женщины в их обществе не предусмотрено места. Ее обустроили и социально защитили. Так, как умели. А теперь Али заплатит за любовь свою, за непонимание. А за это ведь не казнят... Лина кричала об этом, не замечая как корчится Геральд, пытаясь в шлеме зажать уши. Клетка не имела внешней связи, только друг с другом.
В темноте кружились звёздочки, рассыпаясь колючими и почти невидимыми искорками. Протянулись следы нескольких рукотворных комет, рассыпавшихся далеко в стороне. Лайнер глубоководной рыбой не спеша уплывал, добавляя зрелищу какую-то нереальность. Обзор он не закрывал. Клетка медленно вращалась.
Через минуту или около того появилась новая звезда — короткая и красная. Она потухла, а вторая стала приближаться. Лина уже не кричала. Она смотрела и не не могла подобрать своим чувствам названия. Что-то спектрально-чистое и раздирающее грудь. Как во сне. Она не знала чей истребитель хочет увидеть. Она пыталась разглядеть, но не могла и только несколько раз звякнула перчаткой о стекло забрала, пытаясь вытереть слёзы.
Геральд вскрикнул. Он сам не знал что вырвалось из горла, когда увидел знакомый и родной силуэт. Дэн победил и теперь медленно пристраивался к брошенному грузу. Он быстро синхронизировал вращения и толчок стыковки вышел даже слабее, чем при разделении. На правой плоскости виднелась царапина, которой минуту назад ещё не было. В районе стыковочного узла рассыпалось с десяток вмятинок. Во всю длину фонаря тянулась трещина. Но корабль слушался управления и ещё через неполную минуту они пристыковались обратно к лайнеру, который немедленно начал прыжок. Гаральд никогда не видел Изнанку с такого расстояния. Звёзды по курсу меняли свой цвет и колебались будто в рефракции. Это было красиво. Лина, как кажется, потеряла сознание.
 Как вы там, пассажиры? - Раздался голос в наушниках. Он дрожал. Дэну всё-таки бой дался не так легко.
 Спасибо, мы в порядке, - ответил Геральд, хотя отвечать мог только за себя.
 Не совсем. Твоя спутница, судя по монитору без сознания. Но не беспокойся, вроде ничего серьезного. Встроенная аптечка справится.
 Да, будет неприятно, если все эти... приключения пришлось совершить просто так.
 Ага, - Неопределенно хмыкнул Дэн и замолчал.
От нового толчка Лина пришла в себя. Истребитель зашел в док какой-то станции. Вход явно технический, не предназначенный для праздной публики — всё функционально и серо. Толчок захвата, подцепившего истребитель под клеткой и тянущего сейчас по короткой осевой шахте. Видимо, станция небольшая. Ну а когда истребитель стал на палубу и Дэн выпрыгнул на рифлёный металл, началось нечто. На причале стояло пара десятков человек — два офицера спереди и остальные сзади. Безнадежно молодые у всех лица. Некоторые встречающие могли не успеть закончить школу. Офицеры отдали честь, и светловолосый высокий крепыш что-то спросил. Дэн, с помощью техника освободился от шлема, козырнул в ответ. Казалось, что помощник не хотел отпускать пилота, осторожно держась за его плечо. Офицеры кивнули и техник с сожалением отправился с ними к клетке, а Дэн пошел вперед. Перед ним тут же образовался коридор. На него смотрели с восторгом, сладким ужасом и завистью. Каждый прикасался к скафандру, что-то говорил и Дэн кивал в ответ, иногда отвечал и продолжал идти. У самой стены с узкой дверкой на него налетела девушка с черными волосами. Не шла ей короткая стрижка, на всех прочих смотревшаяся прилично. Ей бы пошли волосы до лопаток, чтоб полностью скрыть голову любимого, когда она едва не опрокинула его, повиснув на шее. Жалко, Лина не видела лица своего спасителя. Дэн уходил не оглядываясь, подставляя глазам только стриженый затылок.
После трёх муторных суток допросов, на которых Лину прямо-таки выжимали, расспрашивая о каждом дне ее пребывания Цветущем Оазисе, столице своей несостоявшейся родины. Прерывались лишь на еду, достаточно вкусную, с поправкой на долгую разлуку, и на сон. Сна было много, все-таки родная безопасность вошла в ее положение (каламбур) и не стремились довести пленницу до полной невменяемости. Только толку от такого отдыха было не много – она добиралась до койки, теряла сознание и сразу же ёе будили. Часов через десять. Судя по замашкам, половина следователей была с медицинскими дипломами. Впрочем, Лина о тех и о других знала только из сериалов.
Телесный осмотр, проведенный в первые же часы, удовлетворил хозяев, и теперь занялись здоровьем душевным. Помимо прочих впечатлений от жизни за пределами Марты, их интересовало, как дошла приличная девочка их приличной семьи до жизни такой. Она отвечала, размазывая по щекам слезы. Как оказалось, упомянутые специалисты могут не только спрашивать, но и утешать. Бедняги, наверное, не часто употребляют это свое умение. Коды, которые Лина помнила со времен чтения закрытых материалов, она сдала.
Спустя несколько дней, на не помнила точно через сколько, она стояла на обзорной палубе. Стояла на магнитных подошвах, плавая телом в невесомости. Перед лицом, за толстенным стеклом, тянулись полосы Громовержца и его легендарные пятна – крутящиеся веками ураганы.
- Как вы думаете, для чего Вас пригласили сюда?
- Наверно, не затем, чтобы полюбоваться зрелищем. - Лина сама для себя неожиданно перешла на великосветский тон. Привычки возвращаются. - А зачем вы меня сюда зазвали?
- Затем, что бы вы убедились, что были не правы в своих подозрениях на наш счет. А так же что б полюбовались на ту тайну, что вы безуспешно пытались сдать нашим противникам. Начнется уже скоро. Смотрите внимательно.
Смотреть было на что. Средний участок стекла вдруг стал увеличительным. Там, в вертикальной стене вечных метановых облаков образовались окна, в которых что- то виднелось.
Все прежние страхи вернулись к Лине с прежней силой и даже возросли. Что-то не нравилось ей в тоне сопровождающего. Скрытое торжество, что бы не сказать злорадство, дескать, ты хотела предотвратить все это - так на, родная держи. Ты получила весь пассив, включая память на всю жизнь о своем проступке. Так посмотри - все было напрасно.
В туманных окнах появились точки, обрамленные огнем двигателей. Началось. Из водородно – метановых глубин всплывал древний флот Империи, готовый к новому бою. Вскоре стали различимы изломанные корпуса крейсеров, плоские стилеты легких фрегатов и даже пара флагманских платформ - тяжелые эллипсы, покрытые узором выпуклостей. Некоторые не определялись, вроде чуть заостренных труб. Парад, вырвавшийся из ночного кошмара в жизнь. Снова будет гореть космос. Мимо проплывали корабли десятков видов. Приглядевшись, Лина поняла, что таких кораблей сто лет назад не было и, словно подслушав ее мысли, раздался голос:
- В последние годы войны, когда опасность известного нам исхода была велика был принят план "Резерв". Ранее уже существовали автоматические исследовательские станции там, в давлении водородного океана. Они были расширены и оснащены производственным оборудованием. Были введены в строй новые станции, специальной постройки. Годами горящие молнии снабжали их энергией. По Специальным кодированным каналам вниз сбрасывалась информация о новинках и расчёты, которые не могли провести компьютеры станций. Полностью автономный мир, в котором не было людей, только роботы. Они строили корабли, перестраивали их в угоду времени и ждали. Как видишь - дождались. Это не хлам, оставшийся с имперских времен,а неучтенная сила. Именно в это не могли поверить те, кто допрашивал Вас на Пустыне. Они скоро пожалеют о своей легкомысленности, будь спокойна.
- А где Дэн? - Надо же было что-то ответить.
- Там, - неопределенный кивок в стекло. - Любуется на свой корабль - носитель. Потом будет обживать. Потом пойдет в бой.
Перед стеклом проплывали корабли. Их было много. Некоторые уже окружались челноками с личным составом. Действительно, началось. Рядом в полголоса кто-то комментировал зрелище, называл типы и классы боевых машин, перечислял характеристики, называл численность и так далее. Но Лина не смотрела и не слушала- ее душили рыдания, и она не знала по ком плачет. О пилоте ли, которого знала только по имени, о незнакомых ребятах и девчатах, которые мотыльками устремятся в пекло новой войны. Или запоздало пришли слезы по Али, так недолго бывшего мужем, погибшим из-за неё, пытаясь по-своему защитить...
Она стояла на коленях, а на нее молча смотрели. Она не видела лиц, но чувствовала тяжёлые, телесно тяжелые взгляды, обращенные на нее откуда-то свысока. В голове мелькнуло, что это взгляд судьбы. От Лины уже ничего не зависело, во всех смыслах. Она сделала что могла и на нее теперь смотрят люди обличенные властью, принявшие решение которое поменяет судьбы миллионов людей. Когда Лина очнулась, была на палубе одна.

Дэн шел, задумчиво похлопывая по переборки. Все рассыпались по палубам, даже Инна, и он остался один. На самом деле ничего особенного. Корабль как корабль, хотя на настоящих боевых кораблях Дэну бывать не приходилось. И воздух тут особенный. Мертвый какой- то. Безупречно выверенная химическая смесь и не более того. Безвкусная и невесомая. Наверняка, даже если бы коллеги-однополчане и заметили разницу, то нашли бы ее дополнительным романтическим штрихом.
А вот ангар ему понравился. Функционально, тесно, близко к пустоте. Носитель явно был одноразовым, каким и должен быть. Станции и корабли мирного времени предназначены для длительной эксплуатации. Они удобней для повседневной жизни и долговечны А тут функциональность, легкая заменимость и дешевизна.
Корабль нес полную авиагруппу. Птички произвели впечатление. Сразу видно, что проектировал их не человек. Вроде бы и похожи, ан нет. Какие-то они не наши. Определить различия не получилось, и прочие пилоты с Дэном согласились. Эти истребители были похожи на те, на чем летали до этого, как живая, мягкая и мурчащая кошка похожа на свою плюшевую версию. Как-то так.
В тоже самое время Геральд получал разнос. Никого не интересовало, что он не боец спецназа и не доктор, что он не мог помогать в проведении операции и поддерживать в работоспособном состоянии спасаемую жертву любви на протяжении всего полета. Некоторые накал снял робкий писк, что он не разведчик, и никто этому не учил Геральда, встрявший в монолог начальства. То слегка растерялось. Интересно, а за кого его принимали до этого?
На самой Пустыни дела творись странные. Демонстрации шли одна за другой, до погрома было рукой подать, но людей не эвакуировали, хотя посольство в такой обстановке работать не могло.
Начальство выдохлось и перешло к конструктиву:
- Первый советник был ранен, посол фактически заперт в резиденции. Нашего официального представителя сопровождать будешь ты.
- Я??? - Геральд мигом забыл как добрую четверть часа его песочили. - И зачем?
- Для солидности. – Хмыкнул собеседник. - Тебе же наверняка хотелось участвовать в чем-то значительном. Вот и будешь подголоском Судьбы, прости за слог. Мы сделаем нашим дорогим оппонентам предложение, которое лучше было бы им принять, ты видел почему, но они не примут. Ты будешь присутствовать при историческом событии, войдешь во все описания и мемуары. Просто потому, что больше некому. Подробности ты узнаешь в свое время, иди.
Геральд вышел, намереваясь выспался под снотворным, поскольку всего через восемь часов, ему предстояло лететь.

Дэн вернулся из тренировочного полета, призванного показать пилотам чем эти машины отличаются от прочих. Как только снял шлем, по нервам ударило возбуждение окружающих. Началось, подумал Дэн. Всех быстро созвали в главный коридор, в котором были убраны ширмы, загораживающие комнаты отдыха и вспомогательные помещения, иначе бы не хватило места. Корабль шел на автопилоте. В коридоре оказались все: мелькали кители собственно экипажа корабля, комбинезоны техников и костюмы пилотов. На экранах, установленных под потолком, застыли гербы, эмблемы флота и наиболее красочные сцены из Игры.
- Бойцы! - Казалось, что командующий флотом обращался к каждому по отдельности. - Начинается то, к чему вы стремились эти месяцы, а некоторые и годы. Чемпионат начинается чуть раньше, но, как я думаю, никто не огорчится.
По коридору вздохом пронеслось разрозненное "нет"!
Генерал говорил что-то о чести и мужестве, о людях и свободной воле, о теплых взглядах, которые устремлены с родной земли в небо... Кто ему речь сочинял? Но действует, некоторые плачут от волнения и счастья.
- И начнется наш чемпионат прямо сейчас!!! – Спустя секунду все взревели, выбросив кулаки вверх. Инна едва не сбила Дэна с ног, повиснув на его шее. Она его расцеловывала, а Дэн почему-то увидел бледное лицо той девушки, что он тащил "на закорках", тот «квадро», пилотировавшийся ее мужем, которого он убил. Сейчас все будет то же самое, только в другом масштабе. Подумать только, сколько вокруг покойников. Впрочем, вяло отвечая на поцелуи подумал он, без разницы. Одного своего завалил собственноручно, а остальные... Никто силком не тащил.
Инна что-то почувствовала и хотела было спросить...
Взревели динамики, наполняя палубы и коридоры хрипло-динамичной дрожью ревуна боевой тревоги. Началось.
Все дисциплинированно, а некоторые и весело перекрикиваясь, бросились в ангары. Дэн, втряхиваясь в скафандр не отрываясь смотререл на Инну. Раздевалки были общими по старому принципу, что тут нет мужчин и женщин, а есть только бойцы и командиры. Через минуту, когда скафандр был одет и застегнут, истребители уже были довооружены и готовы. На ангарной палубе стояли готовые принять в объятья кресел кабины. Перед тем как сесть и заскользить по направляющим к машине, а потом вывалиться наружу, в огонь и вакуум, Дэн быстро подошел к Инне. Она обернулась и стекла шлемов столкнулись в холодном поцелуе. А потом оба разошлись по кабинам. Половины товарищей уже не было. Дэн машинально проверял системы, рапортующие, что они дрожат от предвкушения. Вот, дорогой, твоя мечта исполнится через несколько минут. Додумать не успел. В уши ударил и бархатным буром ввинтился голос президента.

В это тоже время Геральд стоял чуть слева и два шага кзади от чрезвычайного посланника, который держал перед собой большой лист толстой бумаги, на которой был напечатан текст ноты.
Младший дипломат стоял и понимал, что получил то, о чем от большого ума мечтал в юности. Хотел присутствовал при исторических событиях - держи. Хотел участвовать - пожалуйста.
Он стоял и слушал, как хорошо поставленный голос Чрезвычайного посланника, бывшего дома первым замминистра иностранных дел, выводит:
- Ввиду сложившихся отношений между нашими мирами и поскольку ваша сторона игнорировала наши просьбы и требования, мое правительство вынуждено сообщить...

Министр обороны Цветущего Оазиса не успел отойти от сообщения о гибели любимого племянника, который только благодаря протекции и сумел стать пилотом, был окунут в омут сорвавшиеся с цепи событий. Он только и мог лишь изредка мысленно давать себе пощечины, поскольку надев на племянника форму, он подписал ему приговор. И какие демоны свели Али с этой оглашенной мартовкой! Нет, он понимает - государственные интересы, ценные сведения, использовать которые министр не мог, поскольку ими игрались более серьезные силы, и все такое, но зачем было женилться. Будто не было иной возможности натурализовать девку. Теперь министр сидел и смотрел на мониторе дипломатические страсти. Он все понял, когда мартовцы затребовали внеплановый коридор для дипломатического корабля. Когда тем оказался скоростной разведчик, министр схватился за голову. Он еще немного поспорил с солцеподобным правителем и собственным начштаба. Они полагали, что их просто пугают. Неукоснительно соблюдаемые противной стороной условия договора, доклады неусыпной разведки не давали повода усомниться, что Марта не имела достаточных возможностей отстаивать свои интересы силой. Но министр в какой-то момент закричал:
- А зачем тогда они ведут дело к войне? Они что, считать не умеют и не понимают, что только одни мы сильнее. Они наращивают нервозность, предъявляют требования и хотят уступок. Значит, они на что-то рассчитывают. Значит, надо готовиться.
Речь министра возымела действие, хотя и не развеяла опасений. Тем не менее, высочайше было разрешено принять меры безопасности на свое усмотрение и с максимальной осторожностью. Когда дипломаты появились в парадном зале, министр откинулся на спинку кресла. Все силы приведены в готовность и, когда чрезвычайный посланник открыл рот, понял, что был полностью прав. Он успел.
Министр слушал перечень претензий, понимая, что пойти на требуемые уступки, одно требование снять ограничения по флоту чего стоит, его правительство не может, поскольку даже ритуальное самоубийство всего кабинета не смоет позор. Значит - война.
- ... Таким образом, мы вынуждены заявить, что ваша позиция не оставляет нам иной возможности, кроме как потребовать...
Интересно, что сказал бы племянничек, доживи до этого момента. Впрочем, вопрос не актуальный. Он бы наверняка обрадовался и принял бы достойную смерть в числе первых. Хорошо, что он погиб во время мира. Хотя, смерть всегда смерть.
- ... В противном случае мы будем вынуждены настаивать на своих требованиях силой оружия... - Речитативом тянул дипломат. Нет!!! Такие ультиматумы читают только непосредственно перед началом атаки, Иначе нет смысла...
- Внимание всем постам, всем базам, - услышал министр свой собственный, начинающий срываться голос. - Занять оборонительные позиции, очистить прилегающие сектора от гражданских под угрозой открытия огня. - Министр, также чуть удивленно отмечал, как его руки осуществляют манипуляции с панелью управления. Он мог приказать просто так, его голос несся на закодированных частотах, что само по себе подтверждало подлинность приказа, но министру казалось, что он должен направить в эфир полностью подтвержденный всеми степенями защиты приказ. Он снял скан сетчатки, отпечатков пальцев, генома... Он не оставлял себе запаса маневра, не смог бы сказать, что этот приказ отдал не он.- При появлении неопознанных кораблей...
Его прервали:
- На гиперпространственных сканерах множественные групповые цели. Приближаются к базам в секторах...
Министр не дослушал:
- Всем предельная тревога! При появлении неопознанных кораблей открывать огонь без предупреждения! Огонь на поражение!!! - ответом ему было разноголосое подтверждение получения приказа. И министр тоже подумал, что началось
- Таким образом, у руководства Маты нет иного выхода, как с прискорбием сообщить Вам, что дальнейшие дипломатические усилия признаны нецелесообразными и правительство Марты не видит иного способа защиты своих интересов кроме военного. – Чрезвычайный посланник получил ожидаемое «Нет» на свои требования. - Сегодня, с часу дня вашего столичного времени Марта объявляет Цветущему Оазису войну.
Вот и все, слова сказаны. Геральд все время, когда падали тяжелые слова смотрел на антикварные часы замминистра. Тот держал перед собой лист с нотой объявления войны так, что единственная стрелка, которую мог видеть Геральд была секундная. Он смотрел, как она приближается к часу дня. Видел, как ровно за одно деление до часа посланник закончил говорить.
Дэн проснулся окончательно. Со смерти Нейла прошло немного времени, которое Дэн провел в тумане. Он все видел, в чем-то участвовал, отвечал на вопросы и летал, но так, словно это делал кто-то другой. Было нечто напоминающее просветление, когда он сражался с Али. Странно, но настоящий бой не пробудил его. Победный результат не затронул иных струн души кроме скуки. Рассказ Лины его огорчил и убедил в правильность решения, но не более того. Да и спрашивается, разве мог Дэн что-то сделать кроме продолжения служения? Тот случай не пробудил его, нет. За то какой приём оказали и как Инна была нежна… Разумеется, он первым из их группы, а то и всего флота провёл бой с врагом и победил.
Теперь Дэн это все понимал и ощущал, глядя в пусковую шахту, ожидая, когда господин резидент закончит свою речь и катапульта вышвырнет истребитель наружу.
Господин президент резюмировал все то, что показывали на уроках политинформации. Да, перед лицом экспансии этих грязных, забитых и от того не признающих запретов пришельцев нет иного выхода, кроме как воевать.
Верно, господин президент, будут потери. И будут они заставлять только сжимать зубы и крепче держаться за рычаги управления. Сказали бы лучше, сколько потребуется времени крепким рукам, чтобы испариться в месте с истребителем, но Дэн это может додумать и сам.
И еще раз вы правы, господин президент. Наши традиции никуда не делись и кровь предков, пролитая для нашего будущего господства, взывает к нам из толщи лет. Верно, у нас нет другой судьбы, кроме как попробовать снова и будь я проклят, если буду плохим солдатом. С кровью предков следует смешать свою, это вы верно загнули.
Дэн слушал, соглашался и чувствовал, как просыпается. Он смотрел на пусковую шахту как на ворота кладбища, он слушал, как слушают покойники произносимые над ними речи, оканчивающиеся словами " Прах к праху, тлен к тлену". Дэн понял, за десять секунд до запуска понял, что ему страшно.
Когда пилоты заняли места в кабинах, корабль без предупреждения прыгнул. В мути изнанки не было мыслей и эмоций, только сосредоточенность. Когда прыжок закончился, паузу во время перерасчёта траектории для финального рывка, зазвучала речь, которая теперь завершалась. Война начиналась. И Дэн чувствовал, что воодушевлением и пробуждением наполняется не только его душа, но и кишки с мочевым пузырем. Часть речи, которая наверняка войдет во все учебники он позорно прослушал, сосредоточившись на ощущениях внизу. Речь закончилась оптимистичным утверждением, что победа неминуема, если каждый из бойцов приложит максимум старания и отваги. Дэн действительно рвался в бой, поскольку считал, что иначе с организмом не справится.
- Преследуйте, атакуйте, этот день будет наполнять гордостью сердца ваших внуков.. - Бодро закончил президент. Вместо его голоса, по не остывшим ушам ударил отсчет...
До выхода из Изнанки осталось:
- шесть... пять... четыре...

Министр остановившимся взглядом смотрел на занимавший всю стену экран тактического монитора. Сейчас он узнает прав был или нет, в наушники давила тишина и на другом мониторчике он видел растерянные лица руководства в парадном зале...
Один из сигналов из неопределённо-красноватого стал алым. Первая группа неопознанных сигналов вывалилась из гиперпространства. Тут ожили наушники:
- Станция Рорас -три. Массовый выход из гипера. Неопознанные боевые корабли. Запуск истребителей, приближаются. Работают системы наведения...
Стреляют!!!
- Всем частям, боевая тревога. Открывать огонь по любым судам выходящим из гипера.
Министр не услышал ответа. Почти все нарушители перешли из гиперпространства в реальное. Не верил он что доживет до этого дня.

- Выход! - как тысячи раз в Игре и десятки на тренировках рявкнул компьютер. Шахта ожила, краем глаза Дэн видел, как машины бывшие ниже его подхватываются зажимами и выбрасываются наружу. Его истребитель поплыл вниз плавно, как хороший лифт. Слабо лязгнули захваты в основанием крыльев, в глазах потемнело от перегрузок. Не до конца прозрев Дэн вилел, как разрывается муть изнанки и он оказываеется вровень с теми кто стартовал перед ним. Внутри строя материализовались следы управляемых снарядов. Мелькнули и ушли в точку. Дэн, краем глаза глядя на то, как разворачивается строй понял, что сейчас ему не страшно.
На экране приближались станция - широкая бочка, вращающая вокруг своей оси и несколько легких кораблей. Перед ними развернутые эскадрильи "квадро" пятились к станции. Они ждали противника у точки вероятного выхода, а теперь старались уровнять скорости. У них получалось и замучаешься прорываться к станции. Но надо.
Ритуальный обмен ракетными залпами точно также, по традиции, не нанес сторонам ущерба. Уклонение, и два строя смешались. Каждый вел бой с каждым. Управление, вопреки усилиям командиров и предвоенному планированию утратилось секунд через двадцать. Дэн ловил хвост ведущего и лишь примерно двигался в том же направлении. Какой-то очумелый "квадро" попытался пристроиться командиру в хвост и Дэн его срезал быстро и не успев осознать, выстроил двойную спираль с другим, который тоже потерялся. Вот тут все было знакомо - Рывок прямо, в бок и торможение, выпустить очередь, повторить маневр, повторить в обратном порядке... Здесь у пустынника шансов не было и своим мастерством он только задерживал последнее попадание. Дэн отправляет одиночный залп, уклоняется от обломков и оглядывается. Станция уже близко и посмотреть, сколько прошло секунд с начала нет возможности: уже сигнализируют о начале прицеливания. Станция оживает, на орудийных палубах шевелится бахрома длинных и тонких стволов, о которых дико не хотелось думать. Как и о том, сколько снарядов в секунду они могут послать в каждого пилота лично. И еще Дэн заметил, что в свалке, распавшейся на индивидуальные схватки, между изломанными спиралями траекторий мелькают редкие искорки истребителей действовавших иначе, чем прочие. Управление не потеряли и явно не увлекались сражением, а просто делали дело. Но додумать Дэн не успел. Уже уклоняясь от огня станции, он посмотрел, что его игровое звено цело.
Да и бой еще не закончился. Рывки следовали с удручающей постоянностью. Истребитель следовал своей программе, на которую Дэн мог влиять только косвенно. Рисковать действовать самостоятельно он не стал. Программу составляли люди мудрее его. Станция приближалась и уходила вниз. Трассы огня стали разделяться, истребители сближалсь, обхватывали её с разных сторон. При торможении уже сложившееся подобие строя рассыпалось. С одной стороны хорошо — трудно просчитывать траектории, с другой — превращение боя в хаос... Дэн одёрнул себя и перешел-таки на полностью ручное управление. Приблизившись с торца станции, который прикрывал какой-то корвет, сейчас занятый боем с двумя мартовскими, Дэн резко затормозил и пронесся вдоль орудийной палубы, расстреливая каждую вторую чётную батарею. Ещё один истребитель, как выяснилось Инна, палил по нечётным. Станция промелькнула за пару секунд, с торца заходили новые машины, задание выполнено.
Один из пустынных кораблей уже взорвался. Совсем не красиво, небольшое облачко газа и медких обломков окружило обломки крупные. Кажется, кто-то сумел воспользоваться капсулами, но это не важно. Истребители уходили от станции общим направлением на космический док, бывшийс другой стороны планеты. Там находилось несколько гражданских и легких боевых кораблей. Копьютер передает приказ _ командование хотело собрать все машины в рой. Через неполную минуту Дэн понял, что прикажутсейчас. Пилоты превратились в пассажиров – машины шли подчняясь командам флагмана, сейчас будем стрелять. Удивительно. На пульте замерцал «Огонь». Без вмешательства пилота машина заплевалась короткими очередями. Почти полсотни машин дружно били по одной цели, которую не видели системы их корабликов, только комплексы тяжелых кораблей. Снаряды полетели длинной траекторией — Через полчаса, никак не раньше, они достигнут доков. Разброс будет конечно огромный, но командование это явно устраивало. Столкновение на скорости больше третьей космической не каждая броня выдержит. Расстреляв боезапас истребители притормозили, позволили себя догнать носителям и пошли на посадку. Первый бой окончился победой, эфир забит экстатическими воплями, всё предсказуемо.
Вернуться к началу Перейти вниз
Харитон

avatar

Сообщения : 81
Дата регистрации : 2011-10-09
Откуда : город-герой Москва

СообщениеТема: Re: Звездный огонь.   Вс Май 27, 2012 5:05 pm

Часть четвёртая. Фрагмент первый.
Патрулирование в пустом секторе… Пилоты - истребители, так и не привыкшие к окончанию Игры, не любили такие полёты, предпочитая скорость и огонь. Раньше долгие скучные полёты, в которых ничего не происходило, но надо было смотреть в оба, старались избегать как могли, а теперь не отвертишься.
Дэн не знал, зачем понадобился этот полет. Возможно, в тени одной из каменных глыб в секторе тринадцатой колонии собирались разместить станцию снабжения. Возможно, здесь затаятся тяжелые корабли для неожиданного рывка во фланг... Всё может быть. На втором часу полета Дэн открыл, что бездеятельный полёт ему по вкусу. С того полузабытого раза, когда он в Игре полетел по настоящему, не думая что это имитация, он желал вновь увидеть немигающие звезды. На тренировках смотреть было некогда, но сейчас...
Странная штука космическая стратегия: трехмерное безграничное пространство, а туда же – фронт, тыл, фланг. Наверно от того, что не хотелось рисковать ценными кораблями в предательской Изнанке. С начала войны старались летать короткими прыжками, и в Пространстве образовалась некая линия, которую сразу назвали фронтовой. Её крохотный кусочек и был зоной ответственности группы, в которую входил Дэн. Несколько астероидов и машин, их осматривающих, пара звеньев поддержки на отдалении плюс обещание через сутки прислать носитель - вот и всё, что находилось на участке. Дэн мог созерцать звезды сколько угодно. За пустотой следила автоматика.
Интересно, зачем воевать, когда можно просто смотреть в ночное небо? Ни амбиций не было бы, ни страхов, только покой. Дэн понимал, что это пустая греза, но почему бы не помечтать? Во время тренировок на базе, после которых не спишь, а падаешь в обморок, во время подготовок к операциям, было не до этого. Дэн смотрел в Пространство так же жадно, как обжора после диеты набрасывается на еду. Хотелось стать таким же бесплотным, как окружающий вакуум.. Жаль, что небо его мечтаний стало полем боя. Дэн мечтал затеряться между немигающих звезд. Хотел перемещаться между ними со скоростью света, пархать бархатным мотыльком, дрейфовать, как погибший истребитель. Интересно, удастся ли повстречаться с Нейлом?
Очередная каменная картофелина заскользила в полукилометре. Кратеры и осколки метеоров, ничего особого. Наверняка астрогеологи сказали бы, что вот этот кратер оставлен миллион лет назад, а вон тот - пару миллиардов. Место без истории. Здесь не жили и не умирали люди, им тут нечего делать, даже с системами регенерации воздуха и укрытиями в внутри кораблей. Даже близость к вакууму истребителя была не полной. На самом деле, тут нечего делать и Дэну и той россыпи крестиков, прятавшихся в тени глубокой расселины...
На тактическом дисплее замигали значки: " Квадро", " Активация систем наведения"."Вы захвачены". «Стреляют».
- Дэн ведущему! Пять «Квадро» в тени шестой цели. Сближаются. Атакую!
Одновременные возгласы «Он спятил»??? и «Вас понял», погрузили его уши в вату. Ничего больше не было вокруг истребителя. Звезды и печальные мечтания остались где-то там, в ином мире, в другой жизни, по ту сторону времени.
Машина совершает круговое движение вокруг астероида, но зайти в тыл не получилось – Дэна ждали. Два истребителя рядом, три чуть в стороне, словно готовились встретить с другого края. Всё правильно.
Три ракеты рвутся навстречу друг другу. Дэн разбрасывает ловушки, клюёт носом, выравнивается у поверхности. Ракеты проходят мимо. Ритуал приветствия окочен. Настояший стребительный бой – это когда снаряды долетают мгновенно. «Квадро» коротко сверкнули форсажем и бросились навстречу.
Они жмут Дэна к поверхности. Логично – астероид неровный. Идущему у его поверхности придётся полностью сосредоточится на пилотировании, предоставив свободу расстрела врагам. Автоматика тут помешает, поскольку надо ещё и уклоняться. Дэн примерно наметил свой путь. Через пару секунд загнанный зверь начнёт огрызаться. Чуть раньше этого момента на камне проступили оспины промахов. Началось.
Пора попробовать новинку конструкторов. Фюзеляж мог рывком поворачиваться на сорок градусов. Если смотреть по двигателям, то истребитель будет лететь прямо, а угол корпуса расширит возможности. Дэн поворачивается вокруг оси и, летя по инерции широкой частью вперёд, начинает отвечать. Две короткие летят в обоих. Те уклонились, но Дэн не огорчился. Пустынники использовали автоматику, а это указывало на уровень подготовки и на возможные пути к победе. К повороту корпуса они будут не готовы.
Несколько рывков и резкое торможение обречённого позволили «Квадро» приблизиться. Дэн очень понимал тех пилотов, которые стремятся увидеть как от их очередей взорвётся первый враг. И видел точку, где они ошибутся. Он мечется плоским зигзагом, оттягивая неизбежное. «Квадро» синхронно сближаются, занимая позицию сверху. Они погасили свою первоначальную скорость и почти уравнялись с Дэном. Они уже победили. Пилотов снедал азарт, и некоторые снаряды летели слабо прицельно, от удовольствия жать на гашетку, для кучности, а не для поражения. Дэн этого позволить себе не мог и главное, что его беспокоило – молчание остальных троих.
Корпус поворачивается на сорок градусов. С точки зрения компьютера, истребитель летит прежним курсом, лишь чуть-чуть поворачиваясь. На самом деле Дэн сыпет четыре короткие очереди за секунду. Первый пустынник закувыркался. Второй отпрянул в сторону. Сейчас я его… подумал Дэн, вновь нажимая гашетку. Промах.
«Ракета!!!» - сообщил компьютер. В бесстрастном сообщении почудился крик. Дэн посмотрел на летевшую чуть в стороне троицу. Она образовала правильный треугольник и от них отделились ещё по ракете. Бьют наверняка.
Опять ловушки, опять крутая восходящая спираль. Корпус становится на место для удобства. Ракеты мажут, но вторая партия рвётся раньше времени. Конус осколков задевает Дэна краем. Десяток осколков пробил обшивку. Третий двигатель мигнул, но остался в строю. Ещё несколько иголок отскочило от обшивки. Жить можно.
Облака газа ещё не рассеялись, как в одинокий истребитель летят очереди. Дэн отвечает и не попадает. Те снаряды, что не могли попасть, даже не вызывали уклонения. Дэн стреляет уже почти в упор и снова не попадает. Манёвры явно ручного характера, чувствуется индивидуальность. Машины закружились вокруг каменюки - то приближаясь к поверхности, то едва ли не отскакивая. За высоким выступом Дэн поворачивает назад, включает форсаж, палит по двоим и не попадает ни в кого. Только добивается, что от него чуть отстают. С другой стороны появляется последний из первой пары. Лезет в лобовую, почти на таран. Дэн уклоняется тем манёвром, за который его ругали – не ушел целиком, а переместил во вражеский прицел короткое крыло. Снаряды летят очень близко не попадая. Когда «Квадро» оказывается перед кабиной, Дэн уходит вниз, а фюзеляж поворачивает вверх. Короткая очередь, четыре снаряда на два ствола. Взрыв проносится мимо. Второй.
Снова ракеты вдогонку с вручную настроенным подрывом. Ущерба нет - осколки летели чуть быстрее истребителя и не пробили обшивку. Ориентируясь на задний экран, Дэн повторяет близкое уклонение и вдруг понимает, что это отсрочка.
Рисунок боя разительно отличался от первой пары. Понятно – уверенные в победе пустынники послали в первую атаку новичков. Были уверены, что прикроют. При успехе молодые пилоты попробуют кровь, приобретут уверенность, а риск минимальный - опытный пилот не полез бы в одиночку на пятерых. Значит, в атаку пошёл такой же новичок, наслушавшийся пропагандистов. Самоубийца.
Эти мысли пришли к Дэну одним блоком, словно со стороны и не были связанны с судорожно дёргающимся телом. Будто кто-то прочитал отстранённые воспоминания, написанные после того, как рана потери отболела.
Экраны выцветают. Цветные отметки становятся чёрно – серыми. Дэн уже не видит ничего по сторонам. Весь мир сузился до кружка, на котором бешено кружились астероид и противники. Они не отставали. Если бы бой шел в открытом пространстве, его бы давно сделали. Взяли бы в шар и всё. Камень позволял уклоняться и загораживаться. Предоставлял короткую отсрочку.
Машина была одноместной, но Дэну показалось, что рядом кто-то сидит. За спиной почувствовалось движение, но от управления не отвлечёшься ни на секунду. Пустынники перестроились в подобие шара с астероидом в центре. Куда не отворачивай, всюду ждут. Фюзеляж качается на крыльях как маятник. Пушки стреляют, но попаданий нет. Единичные снаряды мелькают перед глазами. «Что же вы мажете, суки?» - Неожиданно подумал Дэн. Он тут же опонял, кто сидит за его спиной и с грустно – снисходительной усмешкой наблюдает за всеми потугами. Оглянуться бы и проверить догадку, но пустынник попытался пристроиться сверху, пришлось снова закрутить изломанную спираль. Лёгкое повреждение второй мотогондолы -на ладонь в сторону и Дэн бы закувыркался. Время выходит. Нейл заждался.
Крутой поворот вокруг оси, огонь, уклонение, снова огонь. Надо забрать с собой хоть кого-то ещё. Не получилось. В наушниках кто-то кричит. Перед глазами сгущается перегрузочная темень. Скорей всего, она подступала уже какое-то время, просто удавалось игнорировать. Сейчас потеряет сознание и всё закончится.
Счётчик мигает – БК десять процентов. Очередь на удачу. Девять. Попадание. Не понял, подумал кто-то другой. Враг кувыркается, попытка добить пресекается мгновенно - две очереди сходятся там, где оказался бы Дэн, повернув на повреждённого. Подбитый выравнивается. Полноценный бой не потянет, но он теперь неизвестная величина. Двоё целых гонят Дэна уверенно. Как раз к повреждённому коллеге. Манёвр, снова манёвр. Пустые зарядные ящики добавляют четверть «Же» к рывкам. Разряженная машина подвижней загруженой. Но это помогает всё хуже. Стреляют одиночными и почти не мажут. За спиной словно вздохнули. Скоро, дорогой друг, уже скоро. Гады!!! Мне что, нарочно подставляться? Чего вы мажете, ведь было достаточно…
Мимо кабины мелькнула ракета. Компьютер на неё не среагировал. Своя. Дэн машинально поворачивает двигателями вперёд.
Огонь по преследователю. Тот уклонялся стандартным манёвром – какая ошибка. Наверняка ведь мог дёрнуться как-то иначе. От снарядов уклонялся успешно. А сейчас не смог.
Звено прикрытия плотно взялось за уцелевшие «Квадро». Чем всё закончилось, Дэн не увидел. Цвета вновь вернулись. Они стали резкими, контрастными, а звёзды впились своими алмазными остриями в глаза. И стало темно.
- Что это было, пилот? – от волнения Ник перешёл на официальный тон. – Тебе жить надоело? Так сильно? Какого рожна ты полез на пятерых?
- Так получилось, командир. – Дэн растерян, что жив. Сил придумывать оправдания у него не было. Он только и мог, что повторять, что так получилось. Как начал, в ответ на восторженные приветствия вытаскивавших его из кабины техников, так и продолжал. – Я не хотел предоставлять им убегающую цель для комфортного расстрела.
- Мы оба знаем, что если я прогоню завязку твоего боя на имитаторе, он мне выдаст с десяток вариантов уклонения. Ты не воспользовался ни одним из них, полез на превосходящего врага. И я спрашиваю тебя – почему?
- Я не мог просить их повременить с атакой, пока всё не продумаю. Я принял решение, командир. Оно могло оказаться не верным и мы бы не разговаривали. Мы говорим, значит, я не ошибся.
- Ты и впрямь дурак, или притворяешься? Тебе невозможно, нереально повезло. Ты же это понимаешь??? – Ник смолк, хотя ответа явно не ждал. Он будто увидел Дэна впервые. – Ты ни в чём не раскаиваешься, вижу. Ты куда вступал, во флот или в клуб самоубийц?
- Не вступал, а меня вступили. Сам знаешь. – Дэн хотел теперь только одного – лечь, закрыть глаза и перестать быть. – Я хотел служить, а тот обман с присягой меня напрасно оскорбил. Я верен Марте.
- И как ты ей собрался послужить? Завалить парочку, и стать павшим героем? Хорошо для пропаганды, но плохо для родины. Ты это понимаешь? Я вижу твой потенциал, у тебя впереди ещё много побед. Не губи себя. Главное оружие пилота – не реакция, не скорость, а голова. Только она подскажет, как и на что реагировать. Прости за банальность. Сегодня твоя голова не работала совсем.
- Откровенность за откровенность. Скажи, Ник, за что тебя направили к нам?
- Не понял.
- Всё ты понял, командир. Ты кадровый, мы игроки. Вас годами готовили к бою, нас пару месяцев. Вы шли во флот с открытыми глазами, а нас даже дать присягу заставили обманом. Нет, я не возражаю, но важен принцип. Мы расходный, ну… ладно, строительный материал будущей победы. Штурмовые отряды, которые должны проложить дорогу настоящим, кадровым частям. Пушечное мясо, которое должно сгореть быстрее, чем до него дойдёт по-настоящему, что игрушки кончились. Вот я и спрашиваю тебя, Ник, за что ты здесь? Ты же сам наполовину смертник.
- И с кем ты поделился своими подрывными мыслями?- Нику всё интересней и интересней.
- Пока ни с кем. Всё сказанное лично мои выводы.
- Я мастер-наставник. Я должен поддерживать в вас боевой дух на достаточной высоте достаточно долго. Разумеется, ради этого нужно иметь среди вас известный авторитет. Разумеется, для этого приходится летать с вами.
- Ясно.
- Ничего тебе не ясно. Думаешь, легко смотреть в ваши чистые глаза и на то, как вы раз за разом встаёте на Грань, даже не понимая этого? Как ты сегодня, на пример. Вы же не девятнадцатый истребительный полк, вы детский сад, щенячья группа. Ты понимаешь, что наделал? Ты понимаешь, сколько поклонников у тебя появится? Ты представляешь, сколько похоронок полетит домой из-за того, что эти храбрые, но безмозглые игроманы станут подражать тебе ??? – Голос Ника внезапно сорвался. До этого он говорил эмоционально, но узнаваемо. Примерно так кричат на митингах. Те же нотки слышались в голосах дикторов, сообщавших о героизме и победах. Даже боль в голосе казалось частью профессионального мастерства. Выходит, командир не играл. – Прочь с глаз моих и об одном прошу – не трепись о своих догадках.
- Есть! – Дэн машинально развернулся. Он уже делал шаг за порог автоматически открывшейся двери, как в спину его ударило:
- Скажи, бросаясь к героической смерти, ты об Инне подумал? А о матери? Первая не задержалась бы в наших рядах, уж поверь мне. А второй ты живой куда нужнее, чем твой портрет в дневных новостях и казенные похвалы. Или ты полагаешь, что Нейлу так не терпится встретиться с тобой?
- Чего бы хотелось убитому мной другу, позвольте судить мне, командир.
Дэн почувствовал пустоту внутри. Он действительно ни о чем таком не думал. Ему было страшно неудобно перед Инной. Когда она бросилась ему на шею, он не поверил. Она что-то шептала, давясь слезами, что-то о том, что не пережила бы его гибель, а он думал, что она все поняла. Казалось, грех забывчивости был отпечатан на его лице. Разумеется, она не думала ни о чём таком. Просто до слез была рада лежать рядом и не отрываясь смотреть в лицо.

В кубрике горела одна ночная лампочка. Темно и грустно. Час назад, едва Дэн попал от взбешенного Ника в Иннины объятья, кубрик мгновенно опустел. Пилоты разошлись группами, преувеличенно громко обсуждая неотложные дела. Сейчас Дэну захотелось, чтобы они вернулись, предстать перед судом телесно и душевно нагим, рассказать правду и выслушать бесстрастный и жестокий вердикт. Разумеется, ничего такого он не сделал, а только сказал:

- Я поступил глупо. Ник мне все мозги вынес, крича, что из возможных вариантов я выбрал наихудший. Он прав. Я чудом избежал гибели. Прости мня.

- Не надо. - Жар дыхания Инны жег. - Ты пилот от рождения, я вижу. Даже странно, что у нас что-то получилось. Странно, что ты вообще меня заметил. Удивительно и радостно. Ты должен был смотреть только в небо, дневать и ночевать в ангаре, искать и находить поводы полететь. Такие как ты обычно находят. Ты кружился бы в пустоте, пока тебя не вернут в ангар принудительно. При виде Квадро» ты не сдержался. Я понимаю.

- Дело не только в азарте и злости. Я хотел...

- Ты хочешь спать, а я тебе не даю. Не думай о плохом. Знаешь, а ребята правы, когда сравнивают нас с парой из сериала "Рубеж". И закончится наверняка все также. Не торопи развязку.

- О чем ты? - Дэн уже бормотал, почто не слыша собственных слов.

- О том, что у нас с тобой какое-то всё нереальное. Не как в сказке, а вообще. Затянувшийся сон игрока, отключившегося кресле, не снимая виртуального шлема. Все взаправду, но не верится. Я постоянно жду финальных титров. Если мы герои игры или сериала, то все кончится внезапно и жестоко. Говорят, зрителям нравится.

Она продолжала шептать, а Дэн проваливался в темноту. Тело его то начинало дергаться, выполняя уклонение или заход на атаку, то расслаблялось, когда он сквозь сон вспоминал, что рядом кто-то дорогой, кому нельзя причинять боль. А потом успокоился. Под веками кружились истребители, плюясь огнем, но Дэн больше не вздрагивал. Как и всегда, когда рядом была Инна.

Утром он узнал, что командование назначило его командиром звена. До этого командирами были кадровые пилоты вроде Ника - пастыри человеческого стада или их помощники. Дэн стал первым игроком, кого повысили до пилота первого ранга. Официально за проявленный героизм и мастерство, хотя не понятно - при чем тут умение управлять людьми. Когда его обступили возбужденные пилоты, Дэну захотелось найти Ника и проверить некоторые подозрения. Хотя и так все ясно: больше ответственности - меньше геройства. На скромном торжестве командир не показался, сославшись на дела. Вскоре на фронте образовались подвижки и стало не до выяснения отношений - носитель перебазировался.
Вернуться к началу Перейти вниз
Харитон

avatar

Сообщения : 81
Дата регистрации : 2011-10-09
Откуда : город-герой Москва

СообщениеТема: Re: Звездный огонь.   Вс Май 27, 2012 5:08 pm

Фрагмент второй.
- Командиры звеньев ко мне. - Рявкнул Ник, появляясь в кубрике. Пилоты поднялись и нестройно отправились в каморку, называемую по традиции кабинетом.
- Вот что, мальчики и девочки, игры закончились. По данным перехвата, пустынники начали перебазирование через тринадцатый сектор. Мы присоединяемся к силам контратаки. Вспоминайте, чему вас учили. Готовьтесь. Вас ждет бой не с только что проснувшимся врагом, как в первый день, и не с единичными звеньями. Впереди полномасштабная кампания. Такого вы вашей игрушке не видели.
Дэн с момента повышения что-то ждал. Всё-таки, пока война подозрительно напоминала Игру. Казалось, что не все поняли, что воюем теперь по-настоящему.

- В настоящее время идут переговоры с марконцами. – продолжал Ник. - Те поддерживают идею надавать нам по рогам. Командование считает, что крупная победа сможет предотвратить возобновление альянса. Ключ к этой победе - вы. В атаку пойдут все соединения сектора, исключительно новые корабли. Предполагается, что первые неудачи противник связывает с внезапностью нападения. Вы должны всем показать, что это не так. Командование верит, что вы справитесь. А теперь к делу.

Дэн через пять минут пожалел, что уделял недостаточно внимания тактике группового боя. Он считал это дело скучным, а теперь придется учиться по ходу дела. Не готов он нести ответственность, зря Ник его повысил. Ну какой из Дэна командир?

Объемные карты пестрели динамичными отметками. Тринадцатая колония - заметный, по периферийным меркам, индустриальный центр и малая база снабжения. Ясно – намечена атака цели которую не могут не защищать. Просто и не интересно. С другой стороны, угроза нарваться на крупные силы минимальна. Какой-то вопрос заставил Дэна вынырнуть из размышлений и вновь сосредоточится на карте.

Через час, лежа на спине и положив отяжелевшую голову на руки, он пытался понять - а что вообще им сказали. С одной стороны, план атаки не вызывал вопросов, в игре подобные операции редко, но бывали. Но с другой стороны, Дэна беспокоило то, что идеологическая сторона казалась притянутой за уши: ну не могло же руководство рассчитывать всерьез на скорое заключение мира. Нам что, простят всех погибших при первой атаке и жить мы будем по-прежнему? Если командование и впрямь хочет демонстрации, то могли бы устроить что-то вроде парада, а не начинали бы войну. Показали бы боевой флот, поставили бы перед фактом и предложили считать данностью. Пустынники предложили все считать инициативой отдельных генералов, а мы должны им ответить? Наверняка. Странная война. Или руководство по-прежнему не едино? Отсюда все шараханья и противоречия? Эх, был бы жив Нейл... Он бы все объяснил, как оно есть. И просто, был бы он жив…

Облачаясь в комбинезон утром, примерно на третьей - четвертой застежке, отдал себе отчет, что реальность вокруг изменилась. Перед началом первой атаки все было не так. Тогда Дэн был слишком погружен в себя и очнулся только в кабине. Сейчас серые коридоры прямо-таки блистали, резали глаза чисто отмытой ясностью. Завтрак вкусный, ребята - сошедшие детской картинки идеальные пилоты. Только на военных совсем не похожи. Скорее студенты, летающие по выходным. Все такие положительные, что хоть плачь от умиления и тоски.

У Дэна кружилась голова, но мелькнувшая мысль пойти в медотсек умерла не родившись. Это от нервов, решил он. Пойду к врачу - сочтут трусом. Если с организмом что и впрямь не так - автоматика скафандра прервет полет. Это нервы, твердил он, направляясь к своей кабине на пусковой палубе. Не он один волновался - то тут, то там раздавались голоса, преувеличенно - громко обсуждающие разные пустяки. Кому не давал покоя матч недельной давности, другой наконец-то освоил правильный левый разворот и грозился с его помощью перестрелять весь пустынный флот...
- У меня уже тринадцать тысяч золотых очков! - Молодой даже по местным меркам голос так звенел, что Дэн не узнал его.- Я доведу сегодня счёт до двадцати!
Подумать только, среди нас еще есть идиоты, считающие, что Игра продолжается. Дэн даже обернулся поискать энтузиаста, но не успел - Пилоты рассыпались по гардеробным шкафам. Через сорок уставных секунд он уже был в кабине. Без дополнительных сигналов она заскользила по направляющим вниз. Еще секунда — контакт с телом истребителя, ожили панели. Змеящиеся ремни проскользнули между ногами, подмышками и бесшумно замкнулись замками, прижимая пилота шелковой сталью к "креслу".
Пошел отчёт. До взлёта меньше минуты. Пошла муть изнанки. Значит, прыжок короткий. Странно, но не дают никакой информации по противнику. Все-таки интересно, предстоит ли охранное патрулирование или эскадренный бой сразу же после прыжка. Инструктаж посвятили тесному взаимодействию с тяжелыми кораблями, но что именно предстоит делать...
Как всегда, сознание размазало. Дэн вдруг стал и там и здесь, и в ангаре и снаружи. Изнанка пройдена. Одна часть сознания продолжала рефлексировать в ангаре, а вторая смотрела на черное небо и немигающие звезды, среди которых редко вспыхивали красноватые и недолговечные огоньки. Все-таки бой.
Когда электронная картина боя приблизилась, Дэн удивился. С краю сферы боя, там, где обычно находятся флагманы, красовался корабль странных очертаний, больше всего похожий на длинную шишку. Чешуйки разведены в стороны так, что примерно половина контура полупрозрачна. Помечен как «свой». Вблизи от него была лишь пара корветов…
- Все на охрану «Зеркала». – Ник не уточнил, о каком корабле говорит. В голове Дэна развернулся справочник на главе «разведчики». «Шишка» стояла на первой странице - флагман дальней разведки,. Молодцы стратеги – загнали корабль в принципе не приспособленный для эскадренного боя сюда, когда силы сторон только разворачиваются.
Молодец Ник, что поставил Инну в звено Дэна. Спасибо ему. Машины шли на автопилоте, но не влияющие на общую траекторию маневры разрешались. Истребители шли в коридоре, соединяющем носитель, постепенно сваливающий за зону видимости и окрестности "Зеркала". Дэн аккуратно, короткими импульсами маневровых двигателей приблизился к машине Инны так близко, что в деталях разглядел белого котёнка на правом крыле. Потом аккуратно перевернул машину так, чтобы две кабины почти соприкоснулись. Многотонные, начиненные стремительной смертью машины, раскрыли объятья. Дэн позволил себе забыть о том, что скоро начнется бой. Краем сознания отметил, что Серг подался в сторону, как отворачиваются деликатные свидетели поцелуя. Дэн рукой коснулся фонаря, откуда-то зная, что она, за непроницаемым черным зеркалом, повторила его жест. Длинная цепочка секунд тянулась, пока компьютер не потребовал расхождения. Истребители достигли точки торможения.

На экране давно переливалась графиками картинка переданная с "Зеркала"- три звена "Квадро" уверенно приближались к разведчику. Система заградогня заработала, но это была только отсрочка, достаточная для подхода прикрытия.

Вдали от боевой сферы показали новые корабли - экспедиционные крейсера. Обычно они патрулировали пограничные сектора, разбрасывали спутники-шпионы и снимали с них показания, перемещаясь вдоль сферы границы серией быстрых прыжков точно там, где проходил миллисекундный направленный импульс с информацией. Сейчас высокая точность позволила одному из них появиться перед звеном с другого носителя. Истребители брызнули в стороны, не пытаясь сохранить строй. Инерция была велика, траектория предсказуема и быстро мелькнули четыре вспышки. Дэн смотрел на гибель коллег холодно. Пора работать.

Вдали прыгнул еще один корабль, но двум истребителям удалось отклониться. Наверное, прыжок был не очень точен. Дэн мимолетно порадовался за везунчиков и выкинул их из головы. Шипастая шишка висела над головой. Её чешуйки были украшены многообразными выступами, иглами и безупречно гладкими участками. Все вместе это называлось универсальным комплексом сканирования. Детальное изучение окружающего пространства, весь спектр частот. Эта малышка заметит зажженную сигарету на другом конце Системы, определит состав дыма сигареты и выдаст примерный прогноз длительности жизни курильщика. Среди креплений и каких-то труб выделись площадки заградогня, с которых хищно смотрели в неподвижное небо тонкие орудийные стволы.

- Две цели на вести десять – пятнадцать – Голос в наушниках не дал насладиться видом гордости родного разведывательного флота.

Знакомые крестообразные силуэты быстро приближались. Истребители уже развернулись в тонкую сеть – паутинообразный строй с кораблём в середине. Если пустят легкие ракеты – перехватят. Если тяжёлые, то сыграют роль рассеянного глаза , повышая точность систем обороны.

Две ракеты пущены. Корабль не выдержит ни одну из них. Строй смещается вперед, истребители бьют короткими очередями. Первая ракета взрывается почти сазу. Вторая летит зигзагом, вынуждая идти наперерез. Когда Дэну кажется, что он её сейчас достанет, она рассыпается. Прицел ожил десятком отметок. «Захват цели, групповая атака». Кассетная. Она пробьёт брешь в обороне противника, займёт прикрытие маневрами уклонения.

Поворот, ещё поворот – два импульса уклонения. Ловушки вынуждают ракеты рыскать, на Дэна идут сразу две. Он привычно разворачивается хвостом вперёд. Они идут изломанной синхронностью – заставляют компьютер трудиться на пределе вычислительных возможностей. Пара очередей и первая вспыхивает маленьким огненным облачком. Вторая в тот момент даёт полный газ, ускоряясь как снаряд в стволе. Но ловушки уже ждали в своих контейнерах. Они рассыпаются, ракета рыскает и рвётся чуть в стороне. Осколки проходят близко, но мимо.

Дэн выходит из манёвра как раз вовремя, чтобы прицелиться в ближайшую ракету следующей пары. На этот раз они настоящие. Боевые части отливают не тёмным агатом систем наведения, а металлической синью термоизменённой стали. Полубронебойная. При правильном применении она пробьёт борт, несколько палуб и взорвётся в уязвимой точке. Если стрелок ас, то она разнесёт реактор или главную цистерну. Смерть кораблям. Жалко, что не придумали совершенно непроницаемой корабельной брони. «Зеркало» её не нёс вообще.

Летят частые короткие очереди. Вероятность попадания невелика, но ракета взрывается. Дэн перевел прицел на следующую, как перед глазами мелькнул снаряд. Тяжелые «Квадро» не только ракеты пускали, но и боролись с перехватчиками. В маневре с истребителями они не сравнятся, но имеют дополнительные огневые точки. Их маневренность нацелена на уклонение от оборонительного огня. Дэн это сразу почувствовал, когда попытался уклоняться и палить по ракете одновременно. Казалось, что его мысли читали. Каждый раз его не иначе как чудом миновали снаряды. Он пропустил ракету и в ярости бросился на перехват бомбардировщика, вокруг которого кружила Инна.

Трехмерный танец "шаг вперед, шаг в бок и назад". Разгон и торможение у бомберов не очень, но рывки вверх и вниз вполне сопоставимы с истребительными. Тем не менее, "Квадро" уверенно уходили к своим. Каждый имел по паре попаданий, но и Инна лишилась одного двигателя. Не смертельно, если она будет осторожна. Она сосредоточилась на уклонении, ведя лишь беспокоящий противника огонь. Даже разок попала.

Дэн быстро догонял пару. Он не оглядывался на "Зеркало" хотя мимолетно хотелось. Он сосредоточился на цели, пожелав разведчикам удачи. Ракета должна была уже долететь. Он закрутил классическую спираль, но оборвал на втором витке. Стрелок, автомат он или живой человек, был готов и один из снарядов пролетел впритирку к крылу. Подходит второе звено. Кажется, кадровое. Восемь машин дают почти одновременный залп по самому поврежденному. Тот уходит, одевшись гирляндой выхлопов маневровых двигателей и их имитаторов. За ними потерялись попадания, и Дэн не мог сказать, сколько их было. Потянулась едва заметная струйка топлива - долго не протянет. Хорошо, что пустынники так поверили в безумие нашего командования, думает Дэн, пытаясь прицелиться. Послали бы прикрытие - нас бы уже перестреляли.

Он подавился собственной мыслью, поскольку Инна в этот момент прекратила крутиться и начала классический, легко просчитываемый заход на атаку. Дэн едва не закричал от ужаса. Инна, надо полагать, разглядела что-то, что не видели другие. Она пустила ракету и, хотя всем известно, что против бомберов они не эффективны, острый след закончился взрывом. Звенья дружно переносят огонь на второго. Его стрелок решил отомстить за товарища, что позволило не пытаться уклониться, а бить точно в цель, отсекая возможные пути отхода. Пустынник и Инна взрываются одновременно. В криках восторга теряется вопль Дэна. Многие пилоты по-прежнему не видели гибели врагов, а Дэн заметил, что летит к Инне лишь когда в глазах потемнело. Он бросился к ней так, как не уклонялся от ракет и огня. Истребитель вторил его крику, двигатели на панели наливались красным. Ему что-то кричали. Не сразу пробилось:

- Она катапультирована. Остановись!!!

Дэн сбросил газ. Действительно, теперь он видел отметку скафандра. Короткий обмен сообщениями и он выдохнул: она не пострадала. Воздуха часов на десять, а при применении холодного сна, так и на все тридцать. Можно не торопиться. Только теперь Дэн подумал, что его могут привлечь за нарушение дисциплины: он покинул бой без приказа и вывел из него свое звено, последовавшее за ведущим. Впрочем, ему тут же выдали приказ отправляться к следующей цели, примерно находящейся на новом курсе. Разумно, поскольку на торможение и возвращение в строй времени ушло бы больше.

Впереди маневрировал отряд корветов. Они пытались справиться с крейсером, периодически дававшим залпы в сторону "Зеркала" и парой носителей "колониального " типа. Эти кораблики несли пару звеньев, сейчас кружащих между кораблями и были прилично вооружены. Классические корабли - универсалы, способные выполнять множество функций одинаково плохо или воевать со слабо вооруженным противником, или отбиваться от небольших истребительных групп. Сейчас они пугали угрозой атаки своих легких сил и тянули время до подхода союзников.

Звено Дэна ворвалось внутрь сложившегося баланса. Скорость велика, что уменьшало как вероятность поражения оборонительным огнем, так и время нахождения в атаке. Короткая команда и четыре очереди летят примерно в одну точку ближайшего колониала. Очередь - рывок в бок. Порции металла все еще в пути, а Дэн понял, что надо делать. Он сосредотачивает огонь на кормовой оконечности, сразу за барабаном вращающегося корпуса. Перестает уклоняться, готовит ракеты. Курс на столкновение. Снаряды вскипают в районе двигателей, окутываются ореолами обломков и, когда звено пролетает мимо, к ним присоединяются ракеты. Суммарная сила удара и взрыва корму отрывает. Колониальщик кувыркается. Какой-то умник из его эскорта стреляет вдогонку, забыв, что его снаряды летят медленней противника. Дэн развернул машину хвостом вперед и быстро тормозил. Не все ребята быстро повторили его маневр и звено распалось. Задача выполнена – в нарушенном строю корветы сначала добили поврежденного, потом систершипа, а потом плотно обхватили крейсер. Дэн видел, как гибнут истребители, и завидовал стрелкам корветов. У них сегодня обильная жатва.
Бой развивался, по всей видимости, успешно. Пока машина тормозила, а приказов не поступало, Дэн послушал что говорят на других каналах. Деловой шум кадровых вояк - углы, количество снарядов в залпе, точки прицеливания. Восторги и хвастливые обещания игроков. В целом, шум оптимистичный. Пустынникам приходилось туго. Скоро можно будет повернуть за Инной. Едва Дэн так подумал, как обнаружил, что точно помнит ее траекторию. Он может найти любимую даже без компьютера, но рисковать не будет.

Опять его мысли подслушали.

- Дэн, прием - будто Ник не знает, что не услышать его нельзя.

- На приёме.

- Лови координаты. Поможешь с эвакуацией.

- А Инна?

-Ей есть кому заняться. Выполняй.

-Есть.

Снова разгон, над серпиком планеты медленно уменьшался силуэт одного из номерных корветов. Этим кораблям не полагалось названий, но служившим на нем людям была нужна помощь. ПК 109 получил попадание в самом начале боя. Потом по нему отработали истребители. Дэн помнил, как легко расползается броня под очередями и вздрогнул, представив, что творилось внутри. Наверняка экипаж снаружи, а скафандры во время боя не снимают. Была даже дискуссия лет тридцать назад в одном журнале. Один автор отстаивал идею, что кораблям этого класса броня не нужна как таковая. Дескать, что-то более - менее приличное все равно пробьет корвет на вылет, а поставить нормальную защиту не позволит мощность двигателей. Другой теоретик отстаивал идею, что при умелом маневрировании и умеренном усилении брони, корабль сможет долго избегать фатальных повреждений. Победили дружба и средневзвешенный подход. Защиту усилили, но меньше, чем предполагал первый автор.

Как показал опыт, удерживаясь к противнику острым углом, корвет имеет шансы. Тот, к которому подлетал Дэн, не смог прожить заметное время. Даже целые корабли были похожи на чуть двояко заостренные гробы, а этот и подавно. В средней части громоздилось месиво из железа. Казалось, что корвет начали выворачивать наизнанку, но бросили на полдороге. Десяток зеленых огоньков, в точности как у Инны, сообщали, что экипаж спасся.

Торможение штатное - носом вперед. Неспешный облет остова, экипаж группируется вокруг тех выходов, через которые покинули корабль. Две пары и две тройки.

- Серг, бери кормовую тройку, я носовую, остальные пары.

Дэн не слушал нестройный ответ. Его слегка обеспокоило, что за весь бой он вспоминал о существовании звена изредка. Озадачило и забылось. Все придет со временем или не придет совсем. Или не успеет.

Скорости уравнены. Фигурки в скафандрах по одному перебираются на закорки истребителя. Там достаточно полууправляемых ремней, чтобы надежно зафиксироваться. Все эти маневры должны быть отработаны экипажами многократно, поскольку игроков эвакуации не учили.

- Мы пристегнулись, - раздаётся сзади.

- Отлично, - машинально отвечает Дэн и потихоньку трогает. Остальные машины не торопясь подтягиваются. Курс на корабль носитель. Теоретически, те кто на закорках могут выдержать те же маневры, что и пилот, но вся подготовка подсказывала, что лучше полный газ не давать. Прикреплены люди крепко, но Дэн догадывался, что не так хорошо, как он к креслу.

- Слыш, пилот, как тебя?

- Дэн.

- А мненя Фил
- Очень приятно.
- Ничего тебе не приятно, хорош врать. Скажи, мы побеждаем?

- Да, насколько могу судить. Из середины боя меня направили на вашу эвакуацию, а не на атаку или защиту новых объектов. Я слушал каналы...

- И что там?

- Все в норме. Картина победная.

- Не надолго.

- Что?

- Мы не можем победить. Я же понимаю - это не игра, а все всерьез.

- Да, хотя не все наши....

- Вот именно. Когда-то я играл, а теперь скажу тебе, что мы проиграем. Не стоило нас затаскивать сюда обманом, если бы командование верило, что победим. Я старше тебя, поверь.

- Вы устали и пережили стресс. Держите себя в руках. Я вас понимаю.

- Да ничего тебе не понятно, сынок. У меня дома даже работа была. Я играл для развлечения, часа полтора, два в день. Я не виноват, что у меня получалось командовать этим проклятым корветом!
- Так в чем же ваша вина? Толковый командир всегда нужен.
- Хватит! Обманом затащили, пусть теперь отпускают!
Вот наивный человек, подумал Дэн. Во время войны ссылается на законы мирного времени. Обиженный продолжал бубнить, но его больше не слушали.
Точка рандеву была не далеко. Истребитель шел на автопилоте в щадящем режиме разгона - торможения. На закорках стало тихо.
- Ты-то как сюда попал, герой? Твой бой с пятью "квадро" уже стал легендарным. Его показывали в новостях.
- Да? Мило.
- Тебе, кадровому, поди кажется что я струсил?
- Именно это ты и сделал, настоящий занятый человек. Я играл дни напролет. Я благодарен руководству, за то, что оно выполнило мои мечты.
- Ты игрок? Благодарен??Даже если погибнешь??? Ты-то хоть понимаешь, что перезагрузиться у тебя не выйдет и гибель будет настоящей?
- Понимаю. Это будет достойная цена. И прекратим об этом. Вы замолчите, или мне отключить связь?
- Молчу. Надо же, разговоры о патриотичной молодежи не все были враньём...
На экране уже сходились траектории звена и носителя. через минуту Истребитель, ведомый по лучу безукоризненно вошел в ангар. Дэн смотрел на звезды, мечтал о том, что на этот раз он бросится на шею Инне. В ангаре он спросил, подобрали ли ее и резко протрезвел, когда сказали "нет".
- Почему Инна не на борту??? - обрушился Дэн на Ника, едва тот снял шлем скафандра. Прилетел командир на минуту раньше. - Вы решили, что раз ее подбили, то она не нужна??? - Бредовость обвинений Дэна не останавливала. Ему было все равно.
- Пилот, смир-рно!!! - Чуть заложило уши. Неожиданное эхо удивленно заметалось под потолком. - Доложить о полете!
- Одна ракета перехвачена, один тяжёлый «квадро» и один колониальный фрегат повреждены. Десять человек с нашего подбитого корвета эвакуированы. Потерь в звене нет. Готовы продолжать выполнение заданий. - только на последнем слове Дэн понял, что докладывал.
- Вольно. Молодцы.
- Кто подобрал Инну?
- Отставить. Бой строился не вокруг неё. У нас семьдесят человек нуждающихся в эвакуации и примерно столько же противников. Ваши машины сейчас дозаправят и довооружат. Вы проведете поиск уцелевших. Пятнадцать минут на приведение себя в порядок и чтобы перекусить. Разойтись.
Кто-то пошел в туалет, кто-то пытался не подавится бутербродом. Как оказалось, бой занял более двух часов, хотя Дэну показалось, что не более сорока минут.
Во рту было сухо. Сколько бы Дэн не пил витаминизированного напитка, который на кораблях шел вместо воды и чая, все время давился. Словно хлеб был спрессован из песка, который при первом же укусе рассыпался и забивал дыхательное горло. Дэн мучился, неподвижно глядя в стену до самого объявления готовности к взлёту. С ним никто не говорил.
Носитель подошел ближе к месту боя. Пролет до вероятного нахождения Инны не должен был превысить десяти минут на щадящем разгоне, хотя Дэну хотелось врубить и поддерживать форсаж. Головой он понимал, что ей ничего не грозит, что может на полном ходу налететь на мелкий обломок, кружащийся по орбите снаряд или проскочить мимо. Но сердце кричало, что надо спешить. После пары окриков Ника, Дэн выбрал компромиссный вариант – разгонялся быстрее, чем предписывалось и медленней, чем хотелось.
На предположительном направлении было пусто. Это ещё ничего не значило. Чем-то этот поисковый полет напоминал тот, разведывательный. Вроде скучно и спокойно, ан нет, какое-то напряжение не отпускало. Оживление от недавнего боя не прошло? Может быть. Дэна угнетало то, что Инна не найдена. В точности ее курса он был уверен, в скафандре нет двигателей и она не могла свернуть. Полчаса ушло на обследование всего конуса возможных отклонений. Ее нигде не было.
- Пятнадцатое звено всем. - На кого и стоит надеяться, так на собратьев. - Никто не видел пустынных эвакуаторов?
Несколько отрицательных ответов, за которым последовал неуверенный:
- В конце боя тут прошел транспорт. Большой атмосферник.
-Где???
- Лови координаты. - Компьютер оживает под новой информацией. - Если они подобрали, то найдешь.
- Найду
- Упрутся - пригрози абордажной группой.
- Принял, спасибо.
Дэн знал, перед вылетом им сообщили, что с колонии взлетели транспорта. Велели не атаковать, но два звена взяли на закорки по паре десантников. На поверхностный досмотр хватит. Дэн слышал краем уха , что кого-то уже досмотрели. Но тот транспорт прошел раньше. Бой еще шё и пустынники, воспользовавшись тем, что враги заняты, ушли. Хорошо, что курсы совпадали. Сейчас Дэну не надо было ни уходить в сторону, ни тормозить.
- Звено, за мной!
Вернуться к началу Перейти вниз
Харитон

avatar

Сообщения : 81
Дата регистрации : 2011-10-09
Откуда : город-герой Москва

СообщениеТема: Re: Звездный огонь.   Вт Май 29, 2012 5:48 pm

Фрагмент третийЕе в очередной раз бросили на пол. Видимо, это была комната отдыха экипажа. В помещении были два дивана и ковер, густой и красивый, тёплого янтарно — коричневого цвета, но её забивали в голый угол. . Её ижний комбинезон снимать не стали, просто разорвли. Поначалу она пыталась прикрыться лохмотьями, что их заводило еще больше. Теперь не пыталась.
- Ну что, отдохнула? – Главный, до того неживший на ней свои ноги не торопясь поднялся, почесываясь в промежности. - Давай, поработай языком, как мне понравилось. Попробуешь еще раз укусить, повыбиваю ВСЕ зубы. - Ползи ко мне, собачонка. К ноге!
Инна хотела было воспротивиться, сжаться и лежать, не смотря на побои. Но что-то в ней, страшась последствий отказа, двинуло ее тело навстречу мучителю. Внутренняя борьба только придала ее движениям дополнительную неуверенность, шаткость, жалобность и была вознаграждена негромким сытым смехом. Она молилась любой потусторонней силе способной услышать, чтобы ей не пришлось делать то, что она сейчас сделает.
В кителе на вешалке раздался писк. Главный лениво хлопнул по карману и писк прекратился.
- Нам не помешают. Покажи, как ты меня любишь, - Подсунул под нос ногу с неожиданно ухоженными ногтями. Писк повторился. Разбитые десна полыхнули от раздраженно вогнанного в рот большого пальца.
Что? - Инна сжалась и отползла обратно в угол, хотя окрик предназначен не ей. - Если это какая - то ерунда...

- "Песчаный корабль", приказываю замедлиться и подготовить бортжурнал для предъявления. - Дэн чеканил слова, открывая в себе восторг права приказывать. Транспорт маячил на пределе видимости. Догонять его было еще минут пятьдесят, а Дэн торопился. Пусть замедляются.
- Мы не можем, нас не заправили полностью. - Жалкий лепет побеждённых царапает эфир. - Если потратим топливо на маневр, не сможем снова разогнаться.
- Ничего, пусть ваши пассажиры поскучают чуть подольше.
- У нас на борту женщины, дети и мало продовольствия. Для них лишние сутки в пути будут мучительными.
- Я не требую полной остановки. Начните замедление с однократной нагрузкой. - Компромисс. Догонять не час придется а минут двадцать. - Выполняйте.
- Выполняем.
Вот и ладушки, подумал Дэн расслабляясь. Жалко, что начал торговлю. Ничего, следующий раз учту и буду приказывать твердо.

- Отлично, - Коммуникатор брошен в карман, палач стал натягивать брюки. - Ты покажешь, как меня любишь и поработаешь языком другим способом. - Пошли. - Бросил какую - то тряпку. – Оденься.
 
"Песчаный корабль", вы не открыли канал связи. Вы вынуждаете остановить вас и вызвать досмотровую команду. Вашим пассажирам это не понравится. - Уверенность Дэна крепла - Инна на борту, её подобрали. Горе пустынникам, если они поступили иначе... - В случае попытки сопротивления мы применим силу.

- Не надо, Дэн.
По телу разлилось онемение. Он понял, кто говорит, хотя не узнал голос. Он даже удивился, кто это обращается к нему игровым именем и откуда пустынникам его знать. Он подумал, что надо сострить, достойно ответить на столь глупый обман…. Он не хотел в верить в своё понимание... А голос продолжал:
- Корабль набит женщинами и детьми. У них мало воды и топлива. Меня официально признали военнопленной со всеми правами и обязанностями. Не требуй остановки корабля. Со мной обращаются хорошо.
- Слышал свою подружку? Поворачивай назад. После войны получишь её в целости и сохранности. – От этого сытого, уверенного в безнаказанности голоса Дэна затошнило. И акцент на последних словах был вполне определённый.
- Уходи Дэн, мы увидимся после войны. – Сломанная игрушка продолжала бубнить. Повторяла, что всё с ней хорошо и не надо требовать остановки корабля. Воспроизводила вложенный текст с шорохом и скрипом. Начиналась мигрень. В голове Дэна шипастым ершиком ворочалось « не думать... не думать о том...,не думать о том, что... » Что они с ней там сделали???
Инну почти волоком протащили из кормы, где с ней развлекались, в ходовую рубку. По широкому коридору, под презрительными взглядами, бранью и насмешками. Ни одного сочувственного взгляда. Как быстро эти существа в цветных тряпках забыли свой страх и панику эвакуации как только представился случай поглумиться. Инну втолкнули в рубку и она растянулась на таком уютном, чистом, изолирующем покрытии пола. Такой материал повсеместно использовался на кораблях. В других обстоятельствах она расплакалась бы от облегчения, что вернулась домой. Но это обман. При открытии двери на неё обрушился крик:
- Да не могу я это сделать!!! Протоколы фиксации бортовой информации так и задумывались, чтобы их нельзя было на борту ни подделать, ни стереть. Отправим ему журнал – он узнает, что мы тормозили и открывали шлюз. Не отправим – собьёт двигатели и высадит команду.
- А она у него есть?
- Хочешь проверить? До наших сил ещё час полёта, а уйти от истребителя мы не сможем.
- Слышишь, собачонка, твой выход. – Инну вмяли в кресло. Оно было удобным настолько, что синяки почти не отозвались на удар о спинку. На голову нахлобучили наушники с микрофоном. – Поговори со своими дружками, пусть они уберутся прочь, или ты пожалеешь, что не сгорела в своём корабле.
Она не слышала больше угроз и обещаний прекратить издевательство. В рубке звучал родной голос и губы сами произнесли:
- Дэн…
Ему нравилось быть пилотом, он старательно произносил казённые слова, дающие право и опасную ответственность. В считанные секунды, что в девушку заливали липкий гной лживых, гнусных слов, она вспомнила всё. Как полыхнул истребитель и она в ждала, что сейчас всё закончится. Как поняла, что жива и закружилась в хороводе звёзд, думая, что теперь понимает Дэна и его стремление смотреть на них вновь и вновь, главное, чтоб он был жив и нашел её. Как при очередном повороте увидела перед собой борт лайнера и подумала, что будет интересно поговорить с пустынниками, спросить что они думают об этой войне и просто посмотреть на тех, кого раньше видела только на экране. Как её подняли на борт, велели назвать имя, звание, снять скафандр. Как она улыбнулась вошедшим в шлюз людям, совсем не страшным и вообще, бой закончился и то, что они с разных планет ещё не повод ненавидеть друг друга. Хотела поделиться надеждой, что лидеры планет договорятся и вернётся мир… И как получила удар в лицо, даже не обидевшись поначалу, а опешив, ведь так не положено. Как называла под насмешками статьи конвенции о ведении войны, сначала твёрдо, потом в слезах. Как человекообразные существа отволокли её в ту комнату и потные пальцы рвали нижний комбинезон, а слюнявые пасти выплёвывали непонятные оскорбления…
- Плохо работаешь, сука, он тебе не верит! – Шипят ей так, чтобы слова не попали в микрофон. – Если он…
- Дэн, ты меня слышишь? – Голос её вдруг стал прежним. – Дэн, милый, как я рада что ты жив. Ты всё-таки нашел меня, жалко, что поздно. – Жалкий всхлип унёсся в эфир, когда сжали её горло, что-то злобно шипя.
- Отпусти её. – Дэн с трудом говорит. Мысль о встретившем Инну радушии проскользнула-таки склизким слизняком в сознание. – Слушате внимательно – через десять минут она должна оказаться снаружи в исправном скафандре. Если с ней что случится, вы пожалеете.
- Эй, это не по правилам! – Новый голос, видимо пилота лайнера.
- О правилах вспомнили!!! Время пошло.
- Эй, истребитель, не кипятись ты так. – Голос властный и какой-то липкий. – Мы не можем остановиться. Ты не можешь по нам стрелять. С девкой своей встретишься потом, после войны.
- Командир, он тянет время. – Серг вмешался в разговор и Дэн едва заметил. – Посмотри на дальний сканер.
Рука машинально переключила экран. Там мигали редкие искорки. Слишком далеко для опознавания, но сил Марты там быть не должно. Ясно, почему они отказываются остановиться – тянут до своих. И Инну он потеряет навсегда, без вариантов. Не они убьют, так сама на себя руки наложит.

- Звено, управление огнём на меня. – Слова царапают горло, словно говорит кто-то другой. Корабль в зоне досягаемости. Оказывается, Дэн всё время наращивал скорость. Можно не успеть вернуться, но тому, кто говорил его голосом, было всё равно.
- Слушай меня, крыса ты пустынная, я вижу ваши корабли. Ты до них не дотянешь. Через семь минут Инна окажется снаружи в скафандре живой. Тогда я не стану расстреливать вашу летающую помойку.
- У-у-у, какие страшные слова, а мамочка знает, что ты ругаешься? Смотри, ремнём отделаем или подружка за твои слова ответит. Ты не станешь стрелять, пока она на борту. Так что гунди что хочешь, будет по-нашему. Ничего, победим и вернём тебе её. Мы её многому научим, будешь доволен. Не будь жадиной, мальчик, добром делиться надо. Не плачь, подмоется и будет как новенькая. – Он уверен в себе, этот невидимый герой. Думает, что может издеваться безнаказанно, прикрываясь самым дорогим, что может быть…
- Вы всё равно замучаете её до смерти, либо она не сможет жить с такой памятью в плену. Осталось шесть минут.
- Почему я должен верить тебе? И ты подумал, как будешь жить сам?
- Не твоё дело. Да, мне будет очень больно. Но это будет потом. За мою боль зпрлатят твои соплеменники. Я ничего не забуду, но позволю вам улететь. Рискни.
Инна почти наслаждалась замешательством и растерянностью вокруг неё. Она чуть размяла онемевшее от хватки горло и прошептала в не отключённый микрофон:
- Про меня ты всё понял, Дэн, а людей тут нет. Видел бы ты этих скотов, их самок и детёнышей отгоняли, что б не забили меня до смерти… Убей их всех.
- Мы встретимся там, где нет времени, нет памяти, нет тьмы... Скоро.
- Слыш, летун, всё, не пугай. Наши ускорились, не отвернёшь сейчас – не уйдёшь вообще. – Голос обрёл было утраченную весёлость и уверенность. Он действительно думает, что недосягаем…
Управление огнём на пульте ведущего. Цель захвачена. Сначала двигатели и реактор, потом кабина. Палец отжимает клавишу знакомым движением. Дэн зажмуривается, но продолжает видеть, как кувыркается истребитель Нейла. Как на крыле точно такого же корабля возникает фейерверк обломков. Долгое мгновение спустя кнопка гашетки клацнула, утопившись в рукояти…
- Стреляет!!! – Визг в наушниках, не отключенных пилотом. И смех. Истерический, безмерно счастливый смех Инны.
У Дэна заболели глаза. Следы рвущихся к цели ракет резали ночь. Второе нажатие гашетки, и еще две пары взломали черное небо. Они неслись невыносимо медленно. Можно было передумать множество мыслей, вспомнить много того, что будет греть и давать силы долгие годы, но в голове Дэна царила полная, совершенная пустота. Где-то промелькнула мыслишка, что надо бы сказать что-то приличествующее, но она пропала прежде, чем ее заметили.

Корабль пытался увернуться. Первые подарки попали между выхлопными дюзами и концом пассажирского отсека.

Двигательно-реакторный отсек раскрылся огненным бутоном, прямая черта пересекла пол копуса и позволила ему распускаться. Пассажирские палубы выворачивались на изнанку, передняя часть с кабиной начала задираться вверх, на встречу жадной взрывчатке.

Инну разрывал поток злой и безудержной радости. Старший что-то кричал на пилота, тот рвал ручки, с манерой буйного пианиста бил по кнопкам и едва успевающим возникать символам. Это было смешно. Они прежде смеялись над ней и её наивной верой в слова и правила. Теперь её черед. Один привык приказывать, другой подчиняться и они прятались от неизбежного в свои привычки, как дети за занавеску. Главный, стремительным зверем развернулся к ней, занося кулак…
Удар!!! Пилотскими рефлексом Инна удержалась в кресле. Невесомость, бортовая нагрузка швырнули главаря, вопящего что-то уж совсем бессвязное, в потолок. Пульты залило красным. Хвостовая секция обозначилась зыбким пунктиром. Нос разворачивало назад, за толстыми стёклами рубки летели мелкие обломки и резал темноту ромб приближающихся ракет. Инна улыбалась. Реальность рассыпалась разрозненными кадрами. Вот стекло крошится скупыми осколками, пропуская внутрь ракету. Вот тупой эллипс заплывает в середину рубки. Вот брызнул металлический огонь… Спасибо, родной.
Кабина рассыпалась, распираемая огнем. Дэн смотрел на взрыв на максимальном увеличении. На какой-то момент он ослеп и даже когда в эпицентре воцарилась тёмная безмятежность вакуума, зрение не вернулось до конца. Все стало не настоящим, пресно- бесцветным, пустым. Он смотрел вперед, пытаясь разглядеть Инну среди обломков, хотя знал, что Сам только что разнес ее на атомы.
Дэн понял, как должен поставить правильную точку. На экране уже замигал значок "Столкновение", прямо по курсу медленно вращался крупный фрагмент борта с куском выдранной палубы и тремя рядами слепых иллюминаторов. Как раз в нужный момент обломок должен был развернуться широкой стороной к Дэну. Вот и чудненько, не нужно поворачивать, достаточно лететь прямо. Борт был гладким, словно не вырванный взрывом, а аккуратно вырезанный в доке. Когда до контакта остались секунды , Дэн закрыл глаза и голос, отдаленно похожий на его собственный, сказал в эфир:
- Служите Марте верно.
- Непременно, - ответил Серг отстраненно, словно мысли были заняты другим, но Дэну было все равно.
Вернуться к началу Перейти вниз
Линдор Айвендил

avatar

Сообщения : 2486
Дата регистрации : 2011-06-03
Откуда : Энроф

СообщениеТема: Re: Звездный огонь.   Сб Июн 02, 2012 12:51 pm

Это финал?
Вернуться к началу Перейти вниз
http://www.diary.ru/~tairent/
Харитон

avatar

Сообщения : 81
Дата регистрации : 2011-10-09
Откуда : город-герой Москва

СообщениеТема: Re: Звездный огонь.   Сб Июн 02, 2012 2:36 pm

Нет. Но прочесть мнение по тому, что уже есть хотелось бы.
Вернуться к началу Перейти вниз
Линдор Айвендил

avatar

Сообщения : 2486
Дата регистрации : 2011-06-03
Откуда : Энроф

СообщениеТема: Re: Звездный огонь.   Сб Июн 02, 2012 2:52 pm

Пока могу сказать, что позиция автора неясна.
Вот эти две последние реплики, Дэна и Серга. Они производят странное впечатление, пока не могу сказать даже, почему. Такое впечатление, что есть какой-то разрыв между сознанием, словами и поступками. Я подозреваю, что так и задумано, и это интригует: что же с ними реально происходит.
Вернуться к началу Перейти вниз
http://www.diary.ru/~tairent/
Спонсируемый контент




СообщениеТема: Re: Звездный огонь.   

Вернуться к началу Перейти вниз
 
Звездный огонь.
Предыдущая тема Следующая тема Вернуться к началу 
Страница 1 из 2На страницу : 1, 2  Следующий

Права доступа к этому форуму:Вы не можете отвечать на сообщения
7 Небо :: Литературное творчество :: Проза форумчан-
Перейти: